Читать книгу - "Зеркало времени - Майкл Кокс"

Я дошла до упомянутой мистером Персеем каменной винтовой лестницы, ведущей из Картинной галереи в библиотеку.

На верхней ступеньке я в нерешительности остановилась.

Мне безумно хотелось своими глазами увидеть знаменитую библиотеку Дюпоров, по словам моего учителя славившуюся во всей Европе. Но пристало ли мне принимать лестное предложение мистера Персея? Что скажет леди Тансор? Пожалуй, я просто тихонько гляну, там ли мистер Персей, а уж потом решу, как мне поступить.

Я проворно сбежала по ступенькам и оказалась в узком коридоре с диковинным потолком, сплошь разрисованным затейливыми ракушечными узорами. Справа от меня находилась застекленная дверь на террасу, что была видна из окон моей комнаты; в другом конце коридора я увидела дверь поменьше, выкрашенную белым, подошла к ней и по возможности тише приоткрыла.

Представшее моему взору зрелище ошеломило меня.

Передо мной простирался огромный бело-золотой зал. Восемь французских арочных окон с видом на террасу и сады поднимались к украшенному изысканной лепниной потолку, и сейчас в них лились потоки утреннего света. В простенках между окнами и вдоль всей противоположной стены стояли высокие книжные шкафы с решетчатыми дверцами, а по обеим сторонам от центрального прохода тянулись ряды стеллажей и выставочных витрин. Я в жизни не видела такого огромного собрания книг и исполнилась благоговейного трепета при мысли о громадных затратах времени, труда и средств, потребовавшихся для того, чтобы собрать такую библиотеку.

За бюро в дальнем конце зала, спиной ко мне, сидел мистер Персей Дюпор, погруженный в чтение.

Что же мне делать? Несмотря на жгучее желание воспользоваться великодушным предложением мистера Персея, я все же приняла решение ретироваться отсюда и самостоятельно обследовать какую-нибудь другую часть дома. Я осторожно затворила дверь, а в следующий миг увидела молодого джентльмена, входящего в коридор с террасы.

Я с уверенностью опознала в нем мистера Рандольфа Дюпора.

Между братьями не было ни малейшего сходства. Мистер Рандольф — на добрую голову ниже брата и заметно шире в плечах, хорошо и крепко сложенный — производил впечатление энергичного человека, пышущего здоровьем. Загар и прямая осанка изобличили бы в нем заядлого любителя конных прогулок, даже не будь он в длинном, поношенном сюртуке для верховой езды и равно поношенных сапогах, заляпанных грязью.

Приветливое лицо под шапкой кудрявых темно-рыжих волос и теплые карие глаза наводили на мысль, что мистер Рандольф обладает спокойным и открытым нравом. При виде меня он лучезарно улыбнулся.

— Так-так! — воскликнул он, закрывая за собой дверь и направляясь ко мне. — Кто бы это мог быть? А, понял! Матушкина новая горничная, верно? Здравствуйте, здравствуйте! Рад с вами познакомиться, мисс Гирст… Гарст… Горст. Ну да, точно! Мисс Горст!

Он залился непринужденным заразительным смехом, и я невольно тоже рассмеялась.

— Но знаете, нам ведь не следует смеяться, — сказал мистер Рандольф, доверительно понизив голос и внезапно посерьезнев. — Я пришел к брату с печальной вестью. Слейк умер.

Увидев мое недоумение, мистер Рандольф пояснил, что хранитель библиотеки, профессор Люсьен Слейк, сегодня утром скончался от апоплексического удара.

— Ну прямо гром среди ясного неба. — Он печально покачал головой. — Совершенно неожиданно. Спроси вы меня, я бы сказал, старый Слейк здоров-здоровехонек. Только вчера с ним виделся — выглядел бодрячком. И вот на тебе. Смерть приходит, когда вздумается.

Высказав эту отрезвляющую мысль, мистер Рандольф пожелал мне доброго утра и проследовал в библиотеку.

Оставив братьев наедине, я решила продолжить свои исследования на вольном воздухе.

Выйдя на террасу, я прошла через арку с калиткой и спустилась по низким ступенькам на залитую солнцем ровную лужайку с расставленными повсюду крокетными воротцами. Вдоль дальней границы лужайки тянулась полуразрушенная зубчатая стена, и открытая дверь в ней — обитая железом, темная от времени — словно поманила меня к себе.

Через считаные секунды я оказалась в сущем раю.

Я стояла в древнем четырехугольном дворике, похожем на внутренние дворики средневековых соборов или одного из колледжей в Оксфорде или Кембридже, какие мистер Торнхау показывал мне на картинках. С трех сторон его ограждали темные крытые аркады, а с четвертой — восточная стена старинной часовни, с большим расписным окном. Посреди дворика бил фонтан, порождая тонко звенящее эхо.

Центральная часть, выложенная лепестковидными плитками, была заставлена урнами и вазонами с густыми развесистыми кустами августовской герани, папоротника и барвинка. Между ними стояли несколько коротких желобчатых колонн — одни с бюстами пустоглазых римских императоров (я сразу узнала Луция Септимия Севера, чье имя завораживало меня в детстве); другие пустые и полуразрушенные, обвитые блестящим зеленым плющом.

Перейдя на противоположную сторону дворика, я села на чугунную скамейку и прижалась затылком к теплой каменной стене часовни.