Читать книгу - "Проигрыш - дело техники - Сантьяго Гамбоа"

— А ты все со своими прибаутками, Марко Тулио. — Он несколько раз дыхнул в трубку, беззвучно смеясь. — Послушай, тебе ведь прекрасно известно, что те земли бросовые, и окружная управа продала их мне только потому, что другие не пожелали вложить и медяка в этакой Тму-Таракани! Вы же у себя в совете сами провозгласили политику возрождения города. И вот я, добросовестный инвестор, строю там, куда больше никто не придет, на мертвой, затапливаемой почве…

— Доктор, поймите меня правильно…

— Я тебя очень хорошо понимаю, Марко Тулио! И если положено не больше трех этажей, значит, так и построим. Мы не станем нарушать закон и подвергать опасности будущих квартиросъемщиков, так или нет?

— Именно это я и хотел от вас услышать, доктор.

— Тогда не будем тянуть резину, — подытожил Варгас Викунья. — Пришли мне досье проекта, и там, где указано шесть этажей, изменим на три. И дело с концом! А тем гринго, что делали по моему заказу исследование почвы, вставим в задницы по динамитной шашке, согласен?

— Ха-ха… Конечно, доктор, — посмеялся Эскилаче, немного расслабившись. — И скажите мне, если не секрет, не припасено ли у вас в загашнике и других проектов застройки?

— Ну как же, ведь это мой хлеб, дорогой советник! Буду направлять их тебе по мере готовности!

Они распрощались, и Эскилаче перевел дух. Он все еще умудрялся находить общий язык с таким опасным противником, как Варгас Викунья. Оба хорошо сыграли свои роли.

С улицы донесся отчаянный автомобильный гудок. Грузовик, развозящий молоко, пытался заехать задом на тротуар и перегородил проезжую часть, чем вывел из себя вынужденного затормозить водителя маршрутки.

Далеко от этого места адвокат Эмилио Барраган бездумно поигрывал брелком с ключами от своего «Пежо-605». Даже дурацкий разговор по телефону с Эскилаче не испортил чудесного солнечного утра со свежим горным ветерком и голубым, безоблачным небом. Адвокат распахнул окно, сквозь кроны деревьев окинул взглядом город. Потом вдруг суетливо ощупал себя в поясе и с разочарованием убедился, что снова заметно прибавил в весе. Он втянул живот, задержал дыхание, затем взялся руками за пухлую грудь, напряг мышцы, поднял подбородок и полюбовался на свое неясное отражение в оконном стекле. Почему Эскилаче обращается с ним, как с никчемным сопляком? Ответ очевиден: Каталина его племянница, и Эскилаче из родственной солидарности помогает карьере ее мужа на адвокатском поприще, подбрасывает ему работу. Барраган провел пальцем по шее и поднес его к носу. Затем торопливо выдвинул третий ящик письменного стола, достал флакон с туалетной водой и пальцем нанес пару капель над воротничком сорочки.

Его беспокоила эта история с трупом на Сисге. Ужасно, что подобное творится в непосредственной близости от цивилизованного общества. Вот почему он испытывал страстное желание переехать на жительство в Лондон, мечтая покупать себе рубашки в универмаге «Харродс» и запасаться провизией на рыночке в Камден-тауне. Или в Париж: магазины на рю Сен-Оноре, бутики на Елисейских Полях, тысяча и одна лавка в районе Оперá. Вот это настоящая жизнь, не то что каждодневное убогое и пошлое существование, которое он вынужден влачить в Боготе, окруженный тревогами, неудобствами, неприятностями и грязью! Кстати, за примером далеко ходить не надо, только вчера ему рассказали в клубе, как один нищий в инвалидной коляске, занимающийся помывкой ветровых стекол на перекрестке, во время остановки на красный свет подкатил к машине жены Кансино Прады, сунул руку в открытое окно, поднес ей прямо к носу какашку и заорал: «Если не хотите жрать это говно, сеньора, гоните-ка сюда бумажку в десять тысяч песо!» Говорят, ее чуть инфаркт не хватил, бедняжку! И неудивительно — мерзость какая!