Читать книгу - "Одинокое место Америка - Ирина Борисова"

Прежде Надя верила, что основной фактор успеха — усердие. Надя очень старательно училась на курсах. Она даже не выходила в перерывах перекусить, а жевала свой бутерброд за партой, перелистывая страницы лекций. Она никогда не болтала, не хихикала во время занятий, она лишь укоризненно смотрела на меня и другую болтливую женщину за столом впереди. Сама же она старалась не пропустить ни одного слова преподавателя.

На работе она вела себя точно также. Бухгалтерия у нее была в идеальном порядке. Она отслеживала все изменения в законах и налогах. Она старалась изо всех сил и требовала того же от других. Когда ей однажды показалось, что ее начальник не проявил должной ответственности, Надя честно ему об этом сказала, свято веря в преобладание чувства долга над всем остальным. Ее немедленно последовавшее увольнение разрушило эту веру. Но она все же продолжала вести себя, как раньше.

Каждое утро, не пропуская ни дня, она ходила в бюро трудоустройства, чтобы посмотреть, какие есть вакансии. Потом она возвращалась домой и принималась звонить. Иногда надевала свой лучший темно-вишневый костюм и ходила на интервью. Она возвращалась, и сын встречал ее в дверях, вопросительно на нее глядя.

— Сразу никогда не отказывают, — говорит мне Надя. — Обычно обещают позвонить. Говорят: мы вам позвоним на той неделе. Или: мы обязательно вам позвоним. Но когда я, наконец, звоню сама, извиняются, что место уже занято.

Однажды ей показалось, что ее усердие все же снова будет вознаграждено: Надя пришла в фирму и разговорилась там с женщиной в ожидании начальника. Женщина была тамошним бухгалтером, и Наде показалось, что ее профессионализм произвел на коллегу впечатление. Женщина ободрила Надю и пообещала за нее похлопотать. Начальник был тоже очень приветлив, обещал позвонить, но так и не позвонил. Когда Надя решила еще раз сходить в эту фирму, та же женщина ее даже не узнала.

Надя не может понять, почему все так получается. Она пытается сформулировать закон, в соответствии с которым человеку не везет. Ей кажется, если она это поймет, то все изменится.

— В самом начале поиска я пришла на интервью вместе с другими кандидатами, — говорит Надя. — Место было хорошее, на него претендовало много молодых людей с дипломами. Пожилая женщина в старомодном платье, тоже претендентка, подошла ко мне и сказала: "Бесполезно! Представляете, я уже целый год вот так хожу!"

— Эта женщина выглядела типичной неудачницей! — восклицает Надя. — Не надо было мне с ней разговаривать. Я теперь думаю, это она передала мне свою неудачу!

И Надя отчаянно смотрит на меня, будто надеется, что я скажу, что этого не может быть.

Я говорю, что этого не может быть, что нет никакой удачи или неудачи, что могут быть только неудачные обстоятельства. Я говорю, что сейчас просто больше бухгалтеров и меньше вакансий, чем было тогда, когда мы учились на курсах, это и есть простая материальная причина, по которой она не может найти работу, но со временем она ее найдет. Нужны лишь терпение и время. Я убеждаю ее, пытаясь честно смотреть ей в глаза. Пытливо на меня глядя, она спрашивает, на самом ли деле я так думаю. Я выдерживаю ее взгляд и киваю, уверенно улыбаясь.

Я перевожу ее резюме, заполняю анкету агентства и, отвечая на вопросы анкеты, Надя немного оживляется, заполняя графу о будущем спутнике жизни, она улыбается, кокетливо поправляет прическу, и в свете солнечных лучей я замечаю седые волосы в ее укладке и то, как изношен ее лучший темно-вишневый костюм.

Я провожаю ее до двери, она, кажется, успокаивается и уходит от меня, глядя с надеждой и намерением не сдаваться. Я закрываю за ней дверь, возвращаюсь к столу и собираюсь продолжить работу. Но я ничего не могу делать, как будто что-то плохое поселилось в моем офисе после ее ухода.