Читать книгу - "Стремнина - Галина Шкавронская"

Как бы мы ни ощущали себя в разные моменты своего существования, река жизни неумолимо несёт нас всё дальше и дальше, постоянно меняя обстоятельства, словно экзаменатор, рассыпая перед нами билеты «на засыпку». Трудно удержаться на плаву, когда водоворот событий засасывает тебя в воронку, из которой, казалось бы, не выбраться. Тебя накрывает ревущим потоком с головой, не хватает дыхания, уже кажется, что всё — не выплыть! Но в самый последний момент, извернувшись каким-то чудом, попадаешь во властное и величавое течение. Ты — снова на поверхности, снова в бурной стремнине жизни! Она несёт тебя дальше, навстречу новым нешуточным преградам. Их нельзя обойти, объехать, их можно только преодолеть. Жизнь словно испытывает тебя на прочность, заставляя задуматься: «Господи, за что мне это?». Хорошо, если мы сами находим ответ, вспомнив, как однажды, оступившись, возможно, спровоцировали сегодняшнюю без пяти минут трагедию. И как только осознаешь, что тогда был не прав, гадок и эгоистичен и осудишь себя за это, как ситуация волшебным образом переменится. В награду будет даровано, пусть даже на некоторое время, спокойное течение жизни-реки. Передышка для того, чтобы почувствовать себя счастливым, набраться сил для нового рывка в неизвестность.

Мы не можем существовать вне этой шумной непредсказуемой реки жизни. И стоит только почувствовать, что нас влечёт на мелководье, к берегу, как мы в ужасе начинаем барахтаться, отталкиваться от чего придётся ногами и руками, стремясь в центр несущей нас стремнины. Только бы вновь испытать эту ни с чем не сравнимую страсть — сражения с неумолимым потоком во имя счастья любить и быть любимыми, видеть небо и звёзды, слышать щебетание птиц, вдыхать аромат цветов и пробудившейся от зимней спячки земли, ласкать детей и слышать их чарующий смех и мысленно говорить с небом в минуты познания себя в этом мире… Вот оно, высшее счастье, дарующее нам силы жить дальше!

Всё остальное — суета сует!

Так думала Марина, гуляя с внучкой в парке. Зара, весело повизгивая, гонялась за мячиком, скользящим по траве, а бабушка, присев на пенёк, поглядывала на небо, на лёгкие перистые облака. Одно из них напомнило ей старинное гусиное перо. Наверное, таким Пушкин писал свою поэму «Руслан и Людмила». Оставаясь наедине с природой, на даче, за городом или, как сейчас, сидя в безлюдном парке, Марина часто почти физически ощущала себя одним целым с окружающим её, мягко обволакивающим любовью, миром. В такие моменты ей в голову приходили наиболее здравые мысли. Казалось, сама природа вкладывала их. К ней подбежала внучка и, обняв её колени, вдруг сказала:

— Буся, а где моя мама? Почему она не идёт?

— Скоро, совсем скоро, приедет твоя мамочка! Я тоже скучаю по ней! Чуть-чуть потерпим, хорошо?..

Марина Михайловна обняла внучку, прижала к себе. Но непоседа-ребёнок быстро высвободилась из объятий и весело помчалась за голубем, неторопливо выхаживающим по тропинке. Марина посмотрела ей вслед, и мысли её обратились к Яне.

Да, случается, что нас покидают выросшие и оперившиеся дети. Мы плачем о них. Кажется, нет более безутешной потери, нет горя большего. В такие минуты теряешь смысл жизни, но в один прекрасный момент нисходит озарение: растя детей, вкладывая в них свои силы, мы не меньше и черпаем от них! Не только мы, но и они невольно переделывают нас, делая нас духовно богаче, добрее, заставляя отречься от собственного эгоизма.

Человек, однажды осознавший это, будет всегда пребывать в состоянии умиротворённого счастья, довольствуясь лишь необходимым. «Так что же я грущу и о чём страдаю последние месяцы? Какой любви, какого тепла мне не хватает в моей теперешней жизни, если вот здесь и сейчас я сижу и млею в восторге от запаха цветущей липы, от созерцания прекрасной свежей пышной зелени, от тепла, которое мне дарит этот изумительно ласковый июньский день?» Почувствовав вдруг невероятный приток душевных сил, Марина неудержимо захотела жить, радуясь каждому мгновению. Когда они с Зарочкой вернулись с прогулки, их, как обычно, встретил Ральф, восторженно молотя хвостом, фыркая и лебезя всем туловищем.