Читать книгу - "Что может быть лучше? - Михаил Армалинский"

Впервые опубликовано в General Erotic. 2003. № 90.

Стэн был молод и красив телом, а вот лицо у него подкачало. Родился он с заячьей губой, да такой, что вместо губ оказались одни шрамы, и рот получился совсем невкусный. Именно это утверждали женщины, воротящие от Стэна нос. А точнее, свои губы. В остальном самки радостно принимали Стэна: его хуй был велик и умел.

Из-за характера своей ущербности Стэн больше всего мечтал о том, чтобы женщина страстно целовала его в губы, чтобы в жаркой похоти лезла языком, облизывала рот изнутри. Но женщины, позволяя Стэну себя заполнять, упорно и с явным отвращением сторонились его губ. Ему стало унизительно и недостаточно просто ебаться с женщиной или давать ей сосать хуй. Его мечтой было кончить в сросшемся засосе и чтобы женщина, кончая, запихивала ему в рот свой язык.

Получалась странная ситуация: поцелуй взасос – самый первый и простой этап в процессе соблазнения женщины – был для Стэна самой заветной и недостижимой мечтой, тогда как совокупление с женщиной, рвущейся на его большой и долго стоящий хуй, было весьма доступным – а ведь именно это представляет нелёгкую задачу для многих мужчин. Таким образом, самое изначальное и простое стало самым сложным и не имеющим начала, а самое сложное и завершающее стало привычно-простым и легкодостижимым. Чего только в жизни ни бывает!

У Стэна был друг Вик. Он не был таким накаченным и хуястым, как Стэн, но зато женщины радостно целовали его в губы. И не только в губы. Вик любил рассказывать Стэну о своих похождениях и особо – о своей нынешней подружке Софи, которая была помешана на сосании хуя и сперме. Стэн видел её не раз и жадно смотрел – не на её большую грудь, не на тонкую талию и не на величественный зад, а на полные губы крупного рта и на язык, которым Софи любила облизывать губы, выпуская его изо рта чрезвычайно далеко и надолго.

Софи рассказывала Вику (а Вик пересказывал Стэну), что она ощущает максимальную власть над мужчиной, когда берет его хуй в рот. Вот перед ней сильный, грубый, властный мужчина, но чуть её язык касается заветного места, как мужчина становится её рабом, даже если он с силой натягивает на хуй её голову, ухватясь за уши.

Чтобы избежать мужской торопливости, Софи уговорила Вика купить специальные ремни и маску без выреза для глаз. Она связывала ему руки, надевала на глаза маску и тут уже могла сама выбирать темп и способ обработки члена. Софи чувствовала себя властелиншей, так как именно она давала мужчине величайшее наслаждение и могла в такой ситуации управлять тем, как быстро и сколь обильно он изольётся в её рот.

Сперма имела для Софи чуть ли не мистическое значение, так как представлялась ей материализацией мужского оргазма. Согласно воззрениям Софи, получалось, что оргазм – не только эмоциональное явление, но и вполне вещественное, а именно, оргазм по сути своей есть жидкость, которая имеет цвет, запах и вкус. Это цвет, запах и вкус семени, выплеск которого неопровержимо свидетельствует о вспышке наслаждения – а наслаждением этим Вик обязан Софи. Она восхищалась устройством мужчины, которого природа ОБЯЗЫВАЛА испытать наслаждение, чтобы он мог излить семя. Тогда как для женщин наслаждение – дело добровольное и необязательное для зачатия.

Стэна и Вика объединяла общая ненависть к «голубым». Не раз они поджидали у бара, где собирались гомосексуалисты, какого-нибудь «вихлявого», как называли таких Вик со Стэном, шли за ним и избивали его в каком-нибудь тёмном углу. «Чтобы знал своё место», – так они объясняли свои мотивы, но где это «своё место», приятели определять не брались.

Софи удивлялась этой ненависти и пыталась отговорить друзей от жестокости, аргументируя, что, чем больше будет «голубых», тем меньше у Стэна и Вика будет конкурентов в освоении женщин, а поэтому им надо только радоваться обилию гомиков. Это женщины могли бы обозлиться на избегающих их гомосексуальных мужчин. Но женщины предпочитают концентрироваться на оставшихся гетеросексуалах. Однако такая логика не действовала на ненавистников.

Софи и Вик часто в открытую целовались при Стэне, и это вызывало в нём столько зависти к Вику, что она начинала граничить с неприязнью. И, будто дразнясь, целующиеся детально демонстрировали поцелуи, чуть отстранясь губами друг от друга, но сохраняя контакт вытянутыми языками, чтобы через миг снова всосаться до неразличимости ртов.

Стэн закусывал свою заячью губу и отворачивался в ревности и злобе.

Так как поцелуи были для Стэна исключены, он настойчиво приучал своих: возлюбленных, чтобы они при встрече и прощании в качестве приветствия говорили не «Kiss you!», a «Fuck you!»[27]. Сначала женщины ёжились от такой «нежности», но при регулярном повторении вскоре привыкали, проникаясь прекрасным смыслом этого восклицания.

Софи уговорила Вика вделать в каменную стену его комнаты стальные кольца. Вик, вошедший во вкус связанных рук и завязанных глаз, стал увлекаться игрой в раба, которая давала ему свободу от ответственности – за достижение собственного оргазма и доведения до оргазма Софи. Ибо если любую ответственность рассматривать как бремя, то рабство с полностью переложенной ответственностью на хозяина можно считать свободой. В данном случае это была хозяйка, да ещё дарящая изощрённое наслаждение.