Читать книгу - "Где спряталась ложь? - Людмила Сурская"

Ещё идя за идущей впереди охраной по коридорам, Кушнир, наклоняясь к ней, засипел:

— Я глазам своим не верю. Ты с ходу чуть замуж не выскочила. Это как понимать?

— Считай, что твои эксперименты с моей внешностью выдались удалыми. — Отшутилась она, останавливаясь и, смотря ему в спину.

— Ты в сторону не сворачивай. Его что, не только Долгов, но и ты давно знаешь? — убавил он шаг, поджидая её.

Лена развела руками:

— Есть такой грех.

Кушнир, прежде чем уточнить, крякнул в кулак:

— И он свободен?

Лена, сделав вид, что не заметила его волнения, прищурила глаза:

— Вдовец. Только тебе какое до всего этого дело?

Ему хотелось выбухнуть, мол, как какое, этот генералитет только что, на глазах уводил его женщину. Но он выразил это в мягкой форме.

— Но он предлагал тебе выйти за него замуж? Я не глухой и не слепой.

Лена не оборачиваясь буркнула:

— Это он сгоряча.

Никита ухватил её за рукав. Он сдерживался, но явно из последних сил.

— Не финти.

Лена посмеиваясь объявила:

— Замуж меня больше на аркане не затащишь. Нажилась под горло. Мне и одной неплохо. Хочу ем конфеты, хочу лук жую…

О, как это ему не пришлось по вкусу. Как он возмутился.

— Что-то я тебя не понял, а я?

Она удивлённо вскинула бровь.

— А ты тут причём?

Никита встал как вкопанный. Так сказать ненадолго онемел.

— Вот те раз. Я что пустое место?

Ну раз так ему невтерпёж услышать её мнение, то она скажет. Тем более до машины они уже добежали. Ребята и двери предусмотрительно открыли. Лена взглянула в лицо уставившегося на неё парня.

— Никита, твоего терпения и азарта хватит ещё на неделю. Может, ещё на поездку к старому командиру наскребёшь и всё, ты скиснешь сам.

— Да?

— Ага. Я уверена. И не забывай об окружающих, на нас оглядываются.

— Садись в машину, — подтолкнул он её в открытую мужиком с автоматом дверцу.

Он, не успел сесть рядом, как обняв, притиснул её к себе. Прошептав на ушко.

— Ленка, ты не шуткуй. Кошмар какой, я рассчитывал мы делом поехали заниматься, а ты на ровном месте жениха нашла себе. Зачем тебе тот старый генеральский козёл. Знаешь, я взбешён.

Она, отвернувшись к окну, пробубнила:

— Тогда надо заехать к доктору.

Он приобнял её за плечи и заглянул в лицо:

— Я не шучу.

Впившись в его глаза своими возмущёнными фонариками, отчеканила:

— Я тоже. Ты цирк такой зачем устроил. Детство играет. Охрану изобразил, сопровождение. Всех друзей собрал или ещё по городу бегают.

Плечистый мужик, спереди, заслышав такое, переглянулись с водителем и, улыбнувшись, весело глянули на Никиту.

— Ты не крути головой, а держи баранку. — Тут же получил замечание водитель. А ты Сашок, — ткнул он в плечо сидевшего спереди, — заткни уши, чтоб не отвлекаться от работы.

— Ну, а мне что скажешь? — сердито посмотрела на него Лена.

— Только то, что непременно исправлюсь.

— В смысле? — не поняла она его хода.

— Так и быть повзрослею, — обещал он.

Лена опять отвернулась к окну. В голове волнами плескалось: "Вместо того чтоб, остановить машину и вытолкать меня взашей, он слушает моё нытьё. Зачем?" Но молчать долго не получилось, она, тронув его за рукав, попросила:

— Даньку проверь, пожалуйста, артист.

Кушнир с прежней улыбкой обещал:

— Само собой.

Он проводил её до дверей и, заперев, чтоб не было соблазну выйти, сбежал к ожидающим его машинам.

Она слышала, как за её спиной щёлкнул замок. Не убежать, не вырваться…, а надо ли? Ведь ей так хорошо, как никогда не было. Если б можно было всю жизнь прожить в его плену. Но сказок в жизни не бывает…

Никита с той же блуждающей улыбкой сбежал по лестнице. Прошёл мимо приподнявшейся дежурной. Открыв входную дверь, не торопился к машине. Постоял на крыльце. Подняв глаза к небу, проводил подталкивающие друг друга в своём плавании в никуда облака… С деревьев, раскачивая ветки вспорхнула стая птиц. Они рванулись в небо, казалось, вот-вот и они достигнут облаков и, усевшись на них, как на ветки поплывут…

— Никита Богданович, — встретил его, распахивая дверь, начальник охраны вопросом. — Она что не в курсе, кто вы?

— Нет. А вы тоже молодцы, могли бы и поиграть немного в друзей.

— Учтём на будущее, — захохотали они. — Странно.

Никита, отвечая на звонок разрывающегося телефона, рыкнул:

— Что вам странно?

Санёк, не разворачиваясь к нему и зорко следя за дорогой, пробасил:

— Она же детективы пишет. Могла бы догадаться.

Кушнир, откинув телефон, ухмыльнулся:

— Сочинять — это не значит, что то, про что описываешь испытывать на своей шкуре и досконально понимать.

Мужики в два голоса гаркнули:

— Как это?

Никита постучал ладонью по их спинкам:

— Толстой под поезд не кидался, а сцена получилась замечательной.

Тут уж не удержавшись Санёк скосил глаза:

— И кем же она вас видит?

Никита с картинной важностью заявил:

— Мастером по ремонту телефонов.

Санёк присвистнул:

— Не слабо. Её не смущает, что тому по карману жить в таких хоромах, опять же тачка за бешенные деньги. Костюмчик на вас стоимостью в годовую получку мастера по телефонам.

— А я ей свой детектив втюрил. Квартиру друг под присмотр оставил. Тачка его же. Друзья в охранном отделении работают. Костюмчики мои она долгое время вообще не замечала, но вчера расплющила глаза, пришлось сочинить, что в треть цены на распродаже купил.

— Но ведь когда-нибудь она узнает, вы представляете, что будет, — влез в разговор Вася.

Никита поёжился. Он не представлял и не желал это представлять. Сказал честно:

— Пока с трудом. Так, не щекочите меня. Кто, между прочим, подсунул мне её книжонку в руки. Помнится ты Вася. — Похлопал Кушнир водителя по плечу.

— Маленькое уточнение, Никита Богданович, вы на неё сели. — Улыбнулся Саша. Только кто предполагал, что вы так заиграетесь. Данька тоже не в курсе?

— Тот знает. Засёк по цене моего спортивного костюма и кроссовок.

— Да ситуация… Надо же и матери не продал.