Читать книгу - "Мужские разговоры за жизнь - Дмитрий Пучков"

— Какая разница? У тебя что — вызывает сомнения обоснованность?

— Донесли, не иначе.

— Вот ведь сволочи, да?

— Д. Ю., вот вы частенько у себя на сайте постите про то, что закон один для всех должен быть. И аудитория у сайта солидная. Вы вот как раз организуете общественность и привлекаете внимание, но ситуация ведь не меняется. Почему так получается?

— Как же не меняется? Ситуация, камрад, меняется постоянно, и на данных направлениях — в положительную сторону.

— Дмитрий Юрьевич, ты как-то собирался рассказать, как писать доносы по таким фактам. Еще есть в планах?

— Просто. Пишешь грамотно, запечатываешь в конверт, отправляешь заказным письмом с уведомлением — для регистрации оного.

— Советую лично принести на прием. Одну копию — в прокуратуру города, вторую — в прокуратуру по территориальности. Вопросы, касающиеся территории, разъяснят по телефонам приемных прокуратур.

— Камрад, если не затруднит — опиши подробно. Спасибо.

— Куда, кому, камрад?? Участковому? Я ведь дурак, могу сразу с порога поинтересоваться, мол, куда доносы нести!

— Если донос не на него — он тебе подробно объяснит куда.

— Я вот только понять не могу, чего таким серьезным ребятам, как менты, дался этот блаженный?

— Призывы блаженного у тебя, как положено, отторжения не вызывают?

— Вам виднее, конечно, но я из Украины особых перемен не вижу. В новостях одни скинхеды фигурируют, которые прямо терзают граждан с Кавказа.

— Камрад, из нашего телевизора видно, что Украина — государство адских упырей, занятых реабилитацией войск СС. Ничего другого у вас не происходит. Что до скинхедов — регулярно показывают, к примеру, что скинхеды ведут записи нападений на видео. С точки зрения преступника — это понять невозможно, люди сами себе готовят срока. С точки зрения ведения отчетности за полученные деньги — можно прекрасно понять, за деньги надо отчитываться. Это не говорит о том, что русских националистов нет — они есть, и их много. Но подобные вещи — они настораживают, ибо это делают для создания определенного общественного мнения.

— А про гостей с юга все как-то молчат.

— Власть не может про это говорить. Если начать про это говорить через телевизор, это приведет к серьезнейшим последствиям.

— Но как знакомые из России приезжают, так рассказывают страшное. Говорят, одних случаев изнасилований кавказцами русских девушек столько, что на уши не натянешь. Это так или преувеличивают?

— Камрад, я живу в Питере и не работаю в центрах обработки информации.

— Не ощущается общности между «ненавистью к русским, чеченцам, евреям и т. п. и «ненавистью» (вернее сказать, гражданским презрением) к группе лиц определенного рода действий, уровня образования, наклонностей и социального уровня.

— Ну, если ты дурак — это неудивительно.

— Таких писак самих лучше сжигать в печах, очищая генофонд.

— Тоже отлично. «Убить всех людей!» — и подобных проблем больше не будет.

— Вызывает удивление тот факт, что народ ссыт вызвать милицию, когда кого-то убивают, и не ссыт настучать на блогера.

— Камрад, ты вот это говоришь — «народ ссыт вызвать милицию, когда кого-то убивают» — на основании неких цифр по звонкам или просто так ляпнул?

— Нет. Цифр по звонкам у меня нет.

— Это понятно.

— Я это… скорее фигурально выразился.

— Нет. Это называется — ты херню спорол, типичную подростковую херню.

— Недоумение — оно вот в чем. Пост обвиняемого товарища не содержит призыва к действию. Собственно, он вообще ничего не содержит.

— Зема, ты в натуре малолетний дурак.

— Я не понимаю.

— Лечись.

— «То есть призывы жечь людей в печах — тебя не смущают?» Чтобы такие призывы приняли всерьез, нужно использовать настоящие СМИ.

— То есть призывы жечь людей в печах — тебя не смущают? Или ты просто дурак и не понимаешь, что там написано?

— Слабоумные любопытны, когда не опасны. Ты считаешь, что этот персонаж опасен?

— Камрад, ты прикидываешься или действительно дурак?

— Что до кавказцев, то у нас их тоже много. Иногда в трамвай заходишь, а там только они и есть. Но как-то ведут себя тихо. Ничем от рядового украинца не отличаются. Я понимаю, что сравнивать нельзя, ибо у вас несравненно больше. Но у нас вот нормально, а стало быть, не все плохие.

— Большинство нерусских у нас работают на стройках — таджики, узбеки и пр. Там и живут.

— А чего у меня «подросток» под ником? Омолаживающий эффект просто!

— Да ты еще какую-нибудь херню похлеще напиши — будет «малолетний долбоеб».

— Чувствую, после моих комментсов ты статью напишешь типа: «Малолетние долбоебы на проводе», и тысячи кинутся меня обсирать! Это ли не слава…

— Извини за грубые слова — на хер ты никому не сдался.

— Стало быть, разница между профессией и национальностью в контексте призывов к сжиганию все-таки есть?

— Конечно есть, камрад, разве это не очевидно? В одном случае речь идет о людях, а в другом — наоборот.

— «Бей жидов» — это призыв. А «было бы хорошо, если бы стояла печь, где ежедневно сжигали бы по неверному менту» — это всего лишь пожелание.

— Слышь, интеллектуал. Угомонись.

— Я полностью поддерживаю действия властей, наказание должно быть.

— Я не про действия властей. А про то, что пишут дети.

— А грамотная защита суд выиграет, вцепившись в нелепое определение блога как СМИ и оценивание его аудитории как «неограниченной».

— А это, не поверишь, совсем другой вопрос. Призывы убивать людей — это одно. А формулировки в УК — это другое. Полагаю, это даже детям понятно, кроме особо тупых. Тебе, камрад, понятно?

— Впрочем, раз взялись, стоит постараться этого одного конкретного дурака наказать — может, остальные задумаются. Хотя думать особо нечего — лотерея. Типа дурак попался, а я не попадусь, так как я умный хакер. Нет самого главного — неотвратимости наказания.

— Ну, ты ж понимаешь, что это дело должно продвигаться не припадками, а неумолимой поступью.

— А какую консерваторию исправлять правильнее? Приводить закон к нормам жизни или наоборот?