Читать книгу - "Мохнатый бог - Михаил Кречмар"

А потом мы тащили шкуру этого двух с половиной метрового медведя тридцать километров до трассы по рыхлому и мокрому снегу… Нет, это всё-таки было не пять километров…

На этой охоте зачастую стрелять приходится издалека, поэтому предпочтительным оказывается нарезное оружие — карабин, винтовка или комбинированное ружьё. Довольно часто здесь приходится стрелять в неподвижного или медленно идущего зверя, так что времени для того, чтобы точно послать пулю, оказывается достаточно.

Охотнику надо знать, что ранней весной, когда внизу в логах температура ниже, чем на прогретых солнцем вершинах, воздух тянет снизу вверх, в то время как в летнее время наоборот — сверху вниз.

Подходить к медведю следует только тогда, когда он держит голову опущенной книзу или занят каким-нибудь серьёзным делом, например раскопками сусличьей норы. Когда зверь останавливается и поднимает голову, охотнику следует замереть — как на глухарином токовище, когда глухарь останавливает свою песню.

Стоит помнить ещё и о том, что все звери предпочитают передвигаться, выдерживая генеральное направление против ветра — даже если тот тянет совсем чуть-чуть.

Весенние наброды медведя на снегу — знак его присутствия в данном районе.

В крутых горах с изрезанными склонами медведи, как, впрочем, люди, олени и прочие млекопитающие, для переходов со склона на склон или с горы на гору предпочитают пользоваться перевалами и седловинами. Однако в пологих горах такая тактика совсем необязательна — зверь может ходить и напрямую, поперёк распадков.

Итог охоты.

Часто успех обещает и такая тактика: человек, понаблюдав за медведем некоторое время, устанавливает основное направление, в котором двигается зверь. Установив его возможный маршрут, охотник обходит медведя далеко стороной и устраивает засаду на его предполагаемом пути. Однако, выбирая этот способ охоты, надлежит помнить, что у человека-охотника всего две ноги, а у бурого медведя, как известно из учебника зоологии 7-го класса, — четыре. Причём он на своих четырёх ногах лёгким шагом передвигается гораздо быстрее, чем человек на двух. Кажущаяся неуклюжесть зверя тут никого не должна вводить в заблуждение — размеренно шагающего медведя человек может догнать только бегом. Поэтому когда охотник начинает подходить к пасущемуся на месте медведю, то он должен понимать, что достаточно тому куда-нибудь пойти — даже не испугаться, а так — вожжа под хвост попала, — как догнать его и снова начать скрадывать будет очень и очень трудно.

Кроме того, при охоте в горах надо очень хорошо знать особенности траектории полёта пули из вашего оружия при стрельбе вверх или вниз под различными углами. Не пожалейте патронов и попрактикуйтесь в аналогичных условиях — это избавит вас от многих неприятностей, связанных с подранками.

При охоте в горах надо помнить, что медведь, как партизан, в случае опасности использует малейшую складку местности, чтобы уйти из-под выстрела. П. К. Козлов, один из величайших путешественников нового времени и при этом умелый охотник, однажды попал в подобную ситуацию.

«В то время как я наблюдал за очертанием берегов и и оттенками красок поверхности озера, а также за плававшими на нём птицами, мои спутники развлекались стадами животных, бродивших в ближайших окрестностях Алыкнора. Показались, наконец, и медведи; не только в бинокль, но и простым глазом можно было различить крупного самца и значительно меньших размеров самку, следовавших вместе. По мере приближения к зверям стало выясняться, что последние были заняты любовной игрой и что поэтому подойти к ним в меру выстрела не представит особого труда.

Оставив лошадей, я с Бадмажаповым направился к медведям, соблюдая, конечно, охотничью сноровку.

В воздухе всё ещё стояла обычная утренняя тишина: подброшенная вверх тонкая пыль возвращалась на то же место или едва заметно относилась в противоположную сторону; следовательно, не было особого основания опасаться того, что звери нас учуют. Достигнув, однако, ровной площадки, на которой находились медведи, мы были тотчас ими замечены. Мишка мгновенно остановился и поднялся на дыбки, пристально глядя в нашу сторону; медведица приблизилась к мишке и тоже насторожилась; оба зверя превратились словно в изваяние. Настала минута общего напряжённого внимания. Условившись заблаговременно, кому стрелять в того или другого зверя, мы одновременно пустили в медведей две пули. Мой мишка грузно свалился наземь, медведица также было последовала его примеру, но вскоре поднялась и почти незаметно отползла в ложочек, а затем совершенно скрылась; когда же мы подошли к убитому наповал медведю, то медведица была уже на значительном расстоянии; бинокль обнаруживал её быстрое движение и временные остановки, когда напуганный зверь напрасно оглядывался в нашу сторону».