Читать книгу - "Граница вечности - Кен Фоллетт"

— Вот так неожиданность! А как любезен Бобби, — заметила Джеки.

— Подстроенная неожиданность, — сердито буркнул Джордж. — Бобби никогда не появляется раньше времени. Деннис намеренно ввел нас в заблуждение. Он хотел выставить меня наглецом.

Мать погладила его по руке.

— Если это худшее из того, что нам сегодня уготовано, то мы легко отделались.

— Не знаю. — Джордж вспомнил слова Верины, что Бобби держит его для приличия. — Ты не думаешь, что моя роль здесь сводится к тому, чтобы Бобби мог пускать пыль в глаза, будто он слушает негров, а на самом деле это нет?

Джеки задумалась.

— Может быть.

— У Мартина Лютера Кинга в Атланте я мог бы принести больше пользы.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, но я думаю, что тебе следует остаться здесь.

— Я знал, что ты так скажешь.

Он проводил ее из здания.

— А как твоя квартира? — спросила она. — Я должна ее увидеть.

— Я доволен. — Он снял верхний этаж в высоком узком доме викторианского стиля недалеко от Капитолийского холма. — Приходи в воскресенье.

— Я смогу приготовить обед в твоей кухне?

— Замечательное предложение.

— А с твоей девушкой увижусь?

— Я приглашу Норин.

Они поцеловались на прощание. Джеки предстояло ехать на пригородном поезде до своего дома в округе Принс Джорджес, штат Мериленд. Прежде чем уйти, она сказала:

— Запомни: работать у Мартина Лютера Кинга хочет тысяча умных молодых людей, но в комнате рядом с кабинетом Бобби Кеннеди сидит только один негр.

Она права, подумал он. Она всегда права.

Вернувшись на работу, он ничего не сказал Деннису, сел за стол и написал для Бобби резюме доклада о десегрегации школ.

В пять часов Бобби и его помощники сели в машин, чтобы доехать до Белого дома, где у Бобби была запланирована встреча с президентом. Джорджа первый раз взяли на совещание в Белом Доме, и он не мог понять, то ли ему начинают больше доверять, то ли совещание не столь важное.

Они вошли в Западное крыло, а там — в Зал Кабинета, длинную комнату с четырьмя высокими окнами с одной стороны. Порядка двадцати темно — синих кожаных стульев стояли вокруг стола в форме гроба. Джордж благоговейно подумал, что в этой комнате принимаются решения, влияющие на судьбы мира.

Прошло пятнадцать минут, а президент Кеннеди все не появлялся. Деннис обратился к Джорджу:

— Пойди и убедись, знает ли Дейв Пауэрс, что мы здесь. — Пауэрс был личным помощником президента.

— Да, конечно, — сказал Джордж. Семь лет в Гарварде, и я мальчик на посылках, подумал он.

До совещания с Бобби президент должен был присутствовать на коктейле для своих видных сторонников. Джордж прошел в главное здание, ориентируясь по доносившемуся шуму. Под массивной люстрой в Восточной комнате уже второй час выпивала сотня людей. Джордж сделал приветственный жест родителям Верины — Перси Макванду и Бейб Ли, которые разговаривали с кем — то из Демократического национального комитета.

Президента в зале не было.

Джордж посмотрел по сторонам и заметил вход на кухню. Он слышал, что президент часто проходит через двери для персонала и по задним коридорам, чтобы его никто не останавливал и не задердерживал по пустякам.

Он вошел в дверь для персонала и сразу же за ней увидел президента и его помощника. Сорокачетырехлетний симпатичный загорелый президент был в темно-синем костюме, белой рубашке и узком галстуке. Он выглядел усталым и раздраженным.

— Я не могу фотографироваться с межрасовой супружеской парой, — сказал он сокрушенным тоном, словно вынужденный повторять это. — Я потеряю десять миллионов голосов.

Джордж видел только одну межрасовую супружескую пару в бальном зале: Перси Маркванда и Бэйб Ли. Он почувствовал, что в нем растет негодование. Так значит, либеральный президент боялся сфотографироваться с ними!

Дэйв Пауэрс был обходительный мужчина средних лет, с большим носом и лысой головой, отличавшийся от своего босса настолько, насколько можно было представить. Он спросил у президента:

— Так что же мне делать?

— Выставьте их отсюда!

На правах личного друга он не боялся высказать Кеннеди свое раздражение:

— Что я им скажу, черт возьми?

Джордж перестал внутренне негодовать и подумал, что ему представляется благоприятная возможность. Хотя у него в голове еще не созрел конкретный план, он сказал:

— Мистер президент, меня зовут Джордж Джейкс. Я работаю у министра юстиции. Позвольте мне заняться этой проблемой.

Он смотрел на их лица и догадывался, о чем они думают. Если случится так, что Перси Маркванду в Белом доме нанесут обиду, не лучше ли, чтобы это сделал темнокожий?

— Ну что же, — сказал Кеннеди. — Не возражаю.

— Спасибо, сэр, — проговорил Джордж и ушел обратно в бальный зал.

Но как мне действовать, напрягал мозги Джордж, идя по полированному полу к группе беседовавших гостей, в числе которых он заметил Перси и Бэйб. Ему нужно было увести их из зала минут на пятнадцать — двадцать всего — то. Что им сказать?

Все, что угодно, только не правду, решил он.

Когда он приблизился к группе и слегка коснулся руки Перси Макванда, он еще не знал, что сейчас скажет.

Перси повернулся, узнал его, улыбнулся и пожал ему руку.

— Прошу внимания, — обратился он к окружавшим его гостям. — Позвольте представить вам участника автобусного рейса свободы.

Бэйб схватила его за руку обеими руками, будто испугалась, что кто — то может украсть его.

— Вы герой, Джордж, — произнесла она.

И в этот момент Джорджа осенило.

— Мистер Маркванд, мисс Ли, я работаю у Бобби Кеннеди, и он хотел бы поговорить с вами о гражданских правах. Я провожу вас к нему.

— Конечно, — обрадовался Перси, и несколькими секундами позже они вышли из зала.

Джордж сразу пожалел, что поступил так опрометчиво. Его сердце бешено колотилось, когда он вел их в Западное крыло. Как Бобби отнесется к этому? Он может сказать: «Что такое? Я занят». Если возникнет пиковое положение, виноват будет он — Джордж. Кто его тянул за язык?

— Мы обедали с Вериной, — между прочим сообщил он на ходу.

Бэйб Ли сказала:

— Она довольна своей работой в Атланте. У Конференции христианских лидеров Юга скромное помещение, но они делают большое дело.

Перси сказал:

— Доктор Кинг великий человек. Из всех лидеров движения за гражданские права, которых я встречал, он самый выдающийся.

Они вошли в Зал Кабинета. Полдюжины человек сидели на одном конце длинного стола и разговаривали, некоторые курили. Они с удивлением посмотрели на вошедших. Джордж отыскал глазами Бобби. На его лице было написано удивление и раздражение. Джордж сказал: