Читать книгу - "Конкурс красоты в женской колонии особого режима - Виталий Ерёмин"

Мне уже не страшно в страшном мире,

Оттого – себя не узнаю!

Как мишень игрушечная в тире.

Весело сыграю смерть свою.

Члены жюри переглянулись. Что-то озадачило их в этом четверостишии. Кавээнщик спросил:

– А можно что-нибудь другое? Неужели о любви нет ничего повеселей?

Мосина отказалась читать другое стихотворение. Зато Каткова внесла оживление:

Мы любим по земным законам,

И соблазняешь ты меня

Не яблоком одним, зеленым,

А сразу спелыми, двумя.

Кавээнщик озадаченно поморгал, потряс головой.

– Что с вами? – участливо спросила его Каткова. – Вам нехорошо?

Тот замахал руками:

– Нет-нет, я в порядке. Просто я не привык к такой откровенности.

– Да будет вам! – сказала Каткова. – Про какую откровенность вы толкуете? Ну, давайте я вам Цветаеву прочту.

Грудь женская! Души застывший вздох –

Суть женская! Волна всегда врасплох.

Застигнутая – и всегда врасплох

Вас застигающая – видит Бог!

– Потрясающе! – воскликнул кавээнщик. – Какая внутренняя свобода! А вы показывали, как вас тут закрепощают. Где еще такое может быть? В какой тюрьме мира?

Он был не так прост, этот кавээнщик. Лукавил из страха, что менты в любую минуту скажут: хватит!

Каткова снова выиграла по очкам. А вот с уходом за ребенком у нее неожиданно возникли проблемы. Лариса не смогла правильно спеленать куклу. Это было очень странно. Леднев терялся в догадках. У нее же был сын. Кто же его пеленал?

Лучше всех других оказалась Валька Брысина. У нее все лицо засветилось нежностью. Будто в ее руках была не кукла, а живой ребенок. И каждое ее движение было ладным и уверенным. Леднев посмотрел на Ставскую. Отрядница была довольна. Хоть одна ее воспитанница оказалась в этом виде конкурса на высоте.

Легким тонким голосом на выдохе:

В горнице моей светло –

Это от ночной звезды

Матушка возьмет ведро.

Молча принесет воды…

Потом было соревнование в танце. Мосина и Каткова вышли на сцену в мужских костюмах. Они танцевали поочередно то с Агеевой, то с Брысиной. Особенно эффектным был вальс.

Раздалась барабанная дробь. Участницы конкурса, страшно смущаясь, вышли на сцену в купальниках. Особенно неловко чувствовала себя Валька Брысина. Хотя другая бы на ее месте так не стеснялась. Бедра только кажутся слишком широкими. Лет пятьдесят назад такие были у каждой третьей. Так ведь и рождаемость была другой.

Но и остальные конкурсантки были далеки от эталона. Тела красивые, но слишком уж исхудалые. И все же ээчки в зале завизжали от восторга, а члены жюри что-то оживленно говорили друг другу.

Господи, неужели этому конец? Все не понравилось Ледневу в этом мероприятии. Сама затея казалась ему противоестественной. Неволя – не место для конкурса красоты. Михаил ждал, когда объявят результат. Ему шепнули, что самый главный сюрприз ждет всех в конце.

Кавээнщик вышел на сцену в сопровождении Ставской, державшей в руках корону, сделанную на заказ из какого-то дешевого металла под серебро.

– Первое место и звание «Мисс очарование» присуждается… – кавээнщик сделал обязательную в таких случаях паузу. – Катковой Ларисе!

Первыми захлопали члены жюри и журналисты. Но зал поддержал их очень вяло. Там, где сидели сотрудники, раздалось всего два-три хлопка. Аплодисменты зэчек тоже трудно было назвать бурными. Каткову явно не любили. А теперь будут любить еще меньше.

Лариса приняла корону без восторга. Поправила ее на голове, надела набекрень. Только тогда аплодисменты стали погуще.

Жюри удостоило званий и наград всех участниц. Чтобы никому не было обидно. Здесь уж зэчки не жалели ладошек.