Читать книгу - "Всё сложно - Юлия Краковская"

Холодало, дни стали серыми и тоскливыми. Пришла пора покупать зимнюю одежду и обувь, которой у нас, разумеется, не было. Я обнаружила, что покупать зимние вещи я совсем не умею – последний раз я покупала их еще в Советском Союзе. Ни особых денег, ни времени, чтобы выбирать одежду, у меня не было, так что покупать себе одежду я могла только на вокзале за несколько минут до отхода поезда. Дешевые свитера были синтетическими и не грели, а шерстяные – сразу же пошли катышками и выглядели весьма непрезентабельно. К тому же купленные в сетевых магазинах вещи были совершенно лишены индивидуальности и какой-либо идеи – в такой одежде я не чувствовала себя собой. Строго говоря, в это время я не чувствовала себя собой вообще ни в какой области жизни.

От природы довольно дерзкий и гордый человек, я сходила с ума оттого, что постоянно пресмыкаюсь и боюсь, что терплю в своем доме мужчину, которого давно отправила бы на все четыре стороны, что я непонятно как одета, что я уже даже некрасива – на меня совсем не смотрели мужчины, как, впрочем, и я на них. По ночам я не могла спать, я все время высчитывала, сколько денег у меня на счете и хватит ли их до конца месяца. Притом что я экономила каждую копейку, деньги улетали как в трубу. Единственное, что радовало – я очень похудела. И я все еще любила Париж, мне было интересно во Франции. Я радовалась смене сезонов, всего этого мне очень не хватало на протяжении двадцати шести лет, и я все еще надеялась, что Жоффруа найдет работу и станет прежним. Меня невероятно смешили объяснения знакомых, что он-де тяжело переносит переезд и у него депрессия: он вернулся в свою страну, где отсутствовал два года – вот такая эмиграция. Хотя удивительно, что здесь у него не было ни одного друга или даже приятеля – никто никогда ему не звонил. За полгода нашей жизни во Франции его тетка позвала нас в гости на какой-то детский праздник один-единственный раз. У ее семьи был большой красивый новый дом с небольшим садиком. Когда Жоффруа представил меня своей тетке, она посмотрела на меня вполне доброжелательно, но сказала: «Бедняжка». Мы провели там всего пару часов даже без угощения, а ехали по два часа в каждую сторону. Выйдя из этих гостей, пришлось срочно бежать и искать ресторан, потому что Роми умирала от голода.

Мне все еще не хотелось сообщать подробности своей жизни родителям, я боялась их расстраивать и пугать. Я разговаривала с ними довольно часто, но рассказывала им только о хорошем. И, конечно, я постоянно говорила с Нинель. Я не знаю, как выжила бы без нее. Она и сама проходила очень непростой период в жизни. С большим трудом устроившись на работу через какого-то знакомого, чтобы работать под его началом, она обнаружила, что этот человек абсолютно безумен. Сначала он стал подкатывать, а получив отказ, начал без перерыва оскорблять ее и унижать, это происходило на глазах у сотрудников, и она ничего не могла с этим сделать. Она тащила на себе мать и дочку, и никаких вариантов не оставалось. Мы поддерживали друг друга как могли.

В конце ноября дети Гая сообщили нам, что у него очень болит спина. Восемь лет армии и стресс дали себя знать. Карин сказала мне, что он буквально парализован и уже несколько раз был в больнице. Я попросила Жоффруа пойти к нему и помочь, принести еды. Жоффруа с радостью кинулся помогать Гаю, они к тому времени немного подружились. Иногда Жоффруа ходил по вечерам к Гаю пропустить по стаканчику. Я была только рада, что у меня появились свободные от него вечера, тогда я могла подольше побыть с Роми.

Появилась приятельница и у меня. Гаэль была подругой Карин, она недавно развелась и вела веселый образ жизни. Мы быстро нашли общий язык, и я тоже забегала к ней иногда на стаканчик. Мы болтали о своем о женском, то есть о мужиках, благо тема эта неисчерпаемая и во всех странах одинаково популярная. Никаких ментальных различий в этом плане я не обнаружила.

Я очень много писала в фейсбук, что и до сих пор оставляет мне иллюзию вовлеченности в жизнь своих друзей и облегчает разрыв. И еще я вдруг стала запоем читать книги. Я не читала книг уже много лет. Перерыв от социальных сетей на чтение книг я делала только во время беременности. Меня каким-то загадочным образом тошнило от компьютера. Я прочла еще пару книг после родов, но в основном я читала только то, что предоставляли мне социальные сети: посты, статьи, холивары. Книги казались слишком длинными, казалось, что события в них развиваются слишком медленно. А во Франции я вдруг обнаружила какую-то новую и созвучную с теперешней жизнью литературу, в которой все было динамично, живо, проходило перед глазами видеорядом и при этом было умно. Именно чтение спасало меня в этот период.