Читать книгу - "Граница вечности - Кен Фоллетт"

На следующий день Джордж прочитал в газете короткие сообщения о насилии, но, к сожалению, эти события затмил полет в космос первого американского астронавта Алана Шепарда. Кому какое дело, с горечью подумал Джордж. Советский космонавт Юрий Гагарин стал первым человеком в космосе месяцем раньше. Русские опередили нас в этом. Белый американец смог полететь в космос, а черный американец не может войти в туалет.

Потом в Атланте участников рейса свободы громкими возгласами приветствовала толпа, когда они вышли из автобуса, и Джордж воспрял духом.

Но это была Джорджия, а сейчас они держали путь в Алабаму.

— Почему Кинг сказал, что в Алабаме у нас могут возникнуть неприятности?

— Говорят, что ку-клукс-клан что-то замышляет в Бирмингеме, — мрачно сказал Джордж. — Очевидно, в ФБР все знают об этом, но никакие меры не принимаются, чтобы не допустить этого.

— А местная полиция?

— Полиция заодно с ку-клукс-кланом.

— А как насчет тех двоих? — Мария кивком головы показала на места в следующем ряду, позади них через проход.

Джордж посмотрел через плечо на двух крепких белых мужчин, сидящих рядом.

— А что такого?

— Тебе не кажется, что они оттуда?

Он понял, что она имела в виду.

— Ты думаешь, они из ФБР?

— Одежда у них слишком дешевая для ФБР. Думаю, они из дорожной полиции Алабамы, только в штатском.

Джордж изумился:

— Как ты стала такой умной?

— Мама заставляла меня есть овощи. А отец — адвокат в Чикаго, гангстерской столице США.

— И что, по — твоему, те двое делают?

— Трудно сказать, но я не думаю, что они здесь, чтобы защищать наши гражданские права. А ты как думаешь?

Джордж посмотрел в окно и увидел указатель, сообщающий, что они въезжают в Алабаму. Часы показывали час дня. На голубом небе ярко светило солнце. Прекрасный день, чтобы расстаться с жизнью, подумал он.

Мария хотела заниматься политикой или работать на государственной службе.

— Оппозиционеры могут оказывать большое влияние, но в конечном счете мир преобразуют правительства, — сказала она.

Джордж задумался, соглашаться ли с этим утверждением или нет. Мария подала заявление на работу в пресс — службу Белого дома, и ее пригласили на собеседование, но работу там она так и не получила. «На работу в Вашингтоне не берут много темнокожих юристов — как — то раз сказала она Джорджу. — Вероятно, я останусь в Чикаго и буду работать в юридической фирме моего отца».

Через проход от Джорджа сидела белая женщина средних лет в пальто и шляпе. На коленях она держала большой белый пластиковый саквояж. Джордж улыбнулся ей и сказал:

— В такую погоду приятно путешествовать в автобусе.

— Я еду к своей дочери в Бирмингем, — ответила она, хотя он не спрашивал.

— Это хорошо. Меня зовут Джордж Джейкс.

— Кора Джоунз. Миссис Джоунз. Моей дочери через неделю рожать.

— Первенец?

— Третий?

— С вашего позволения, вы слишком молоды для бабушки.

Она издала звук, похожий на мурлыканье, и сказала:

— Мне сорок девять лет.

— Я бы ни за что не дал вам столько.

Автобус «Грейхаунд», ехавший во встречном направлении, моргнул фарами, и автобус с участниками рейса замедлил ход и остановился. Белый мужчина подошел к водительскому окну, и Джордж услышал, как тот сказал:

— На автобусной остановке в Аннистоне собралась толпа.

Водитель что — то ответил, чего Джордж не услышал.

— Так что будь осторожен, — сказал человек у окна.

Автобус тронулся с места и поехал дальше.

— Что это значит — толпа? — встревоженно спросила Мария. — Может быть, двадцать человек или тысяча. Встречающие или негодующая толпа. Почему он не сказал ничего более конкретно?

Джордж понял, что под маской раздражения скрывается страх.

Он вспомнил слова матери: «Я боюсь, что они убьют тебя». Некоторые участники рейса говорили, что они готовы умереть за дело свободы. Джорджу как — то не хотелось быть мучеником. Было много всего другого, чего он хотел: например, спать с Марией.

Через минуту они приехали в Аннистон, небольшой город, как любой на Юге: невысокие дома, прямоугольные кварталы, пыльные и раскаленные на солнце улицы. По обеим сторонам вдоль дороги стоял люди, как будто в ожидании парада. Многие оделись по — праздничному, женщины в шляпах, дети тщательно отмытые, несомненно, только что из церкви.

— Что они ожидают увидеть? Людей с рогами? — сказал Джордж. — Вот, полюбуйтесь, мы настоящие северные негры в ботинках и все такое. — Он говорил, словно обращался к ним, хотя его могла слышать только Мария. — Мы здесь, чтобы отобрать у вас ваши винтовки и научить вас коммунизму. Где здесь купаются ваши девушки?

Мария засмеялась.

— Если бы они могли слышать тебя, они не поняли бы твоих шуток.

По сути дела, он не шутил. Это больше походило на браваду. Таким образом он пытался подавить в себе страх.

Автобус повернул к остановке, на которой, как ни странно, никого не было. Дома вокруг казались наглухо закрытыми и запертыми. У Джорджа по спине пробежали мурашки.

Водитель открыл двери автобуса.

Джордж не видел, откуда набежала толпа. Они появились неожиданно вокруг автобуса — белые, некоторые в рабочей одежде, другие в воскресных костюмах. В руках у них были бейсбольные биты, металлические трубы и железные цепи. И они кричали, что именно, в общем гомоне невозможно было разобрать, но Джордж услышал отдельные слова ненависти и даже «Зиг хайль!».

Джордж встал со своего места, его первым желанием было закрыть дверь автобуса, но те двое, которых Мария распознала как алабамских полицейских, оказались проворнее — они вручную захлопнули дверь. Возможно, они здесь для того, чтобы защитить нас, подумал Джордж, или они просто защищают самих себя.

Он посмотрел в окна и не увидел полицейских. Как местная полиция могла не знать, что вооруженная толпа собралась на автобусной остановке? Они не иначе как в сговоре с ку-клукс-кланом.

Секундой позже люди набросились на автобус со своим оружием. Поднялась жуткая какофония от ударов по бортам цепей и ломов. Вдребезги стали разбиваться стекла, и миссис Джоунз закричала. Водитель завел мотор, но кто — то из толпы лег перед автобусом. Джордж с испугом подумал, что водитель может переехать человека, но автобус остановился.

Камень ударил в стекло и разбил его. Джордж почувствовал острую боль, словно в щеку его укусила пчела. В него попал осколок. Мария сидела у окна, ей угрожала опасность. Джордж схватил ее за руку ниже локтя и притянул к себе.