Читать книгу - "Кто, если не я? - Катажина Колчевська"

Я собрала постель, перетащила ее с дивана на кресло и начала потихоньку выкладывать одежду и другие вещи из чемоданов. Оля живо реагировала на каждую мелочь. Она так радовалась, когда видела свои вещи. Честно говоря, я удивилась, что такой маленький ребенок может узнавать свою собственность.

– Это Оли, – выкрикивала она радостно, хватая каждую вещь и прижимая к себе. Через пару минут в ее маленьких ручках уже ничего не помещалось.

– Да, это все твое. А чья это такая красивая блузочка?

– Оли, – подтвердила малышка.

– Хорошо. А давай выберем, во что ты сегодня оденешься. Смотри, какое красивое платьице.

– Не хочу, – наотрез отказалась она.

– А что хочешь? Ты же не можешь все время ходить в том, в чем спала. Давай наденем это платьице! – сказала я строго.

– Не, не хочу! Олеля!

Я бросила одежку и подошла к окну. Погода была ужасная, шел дождь со снегом. Двадцать пятое декабря, Рождество. Я глубоко вдохнула. Это же всего лишь маленький ребенок, подумала я и вернулась к Оле. Всего лишь маленький осиротевший ребенок.

– А посмотри, какие тут у нас мишки красивые и цветочки, ой, а это у нас бабочки или пчелки? Смотри, какие красивые, – попробовала уговорить ее по-доброму.

– Не, не хочу!

– Хорошо, а давай тогда вот эти красивые голубые штанишки и блузку с цветочками? – Я уже почти умоляла.

– Не!

– Что тут у вас происходит? – спросил Роберт, войдя в комнату.

– Проблемы с выбором одежды, – проворчала я.

– А именно?

– Она не хочет одеваться.

– Оля, ты почему не хочешь одеваться? – спросил он у малышки.

– Не хочу! – крикнула та и разрыдалась еще громче.

– Тетя тебя оденет, и мы пойдем гулять, хорошо? – Роберт попробовал подкупить малышку.

– Не, мама!

– Что мама? – не выдержала я.

– Мама дене Олю, – заявила девочка.

– А где ты тут маму видишь? – Я уже кричала.

– Оля, иди к дедушке. – Роберт протянул к ней руки и взглянул на меня с укоризной.

Я поняла, что должна выйти из комнаты, и вышла. В конце концов, это не мое дело. За закрытой дверью плач Оли зазвучал еще громче. Я почувствовала, что мне нужно пойти к ним. Кто, если не я? Мне и не с такими проблемами в жизни пришлось справляться – неужели не справлюсь с маленькой девочкой?

Я вернулась в комнату. Роберт попробовал взять Олю на руки, но та брыкалась и вслепую била ногами. Я подошла к чемодану и высыпала все вещи на пол. Потом выбрала три комплекта одежды: трусики, белье, блузки и разложила их на диване.

– Оля, – обратилась я к ней уже почти спокойно, – посмотри, тут твои вещи. Можешь сама выбрать, во что одеться, а потом мы кое-что сделаем вместе. Поиграем или… – Я не знала, что сказать дальше, и на мгновение растерялась. Чем любят заниматься трехлетние девочки? Какие у них любимые развлечения? – Поедем, посмотрим на что-то хорошее. Но сначала нужно одеться. Скажи, что ты хочешь делать? Может, потом заглянем во второй чемодан? Что-то мне кажется, что там были какие-то мышки и кубики. А еще я там красивую куклу видела. Не знаешь, чьи это игрушки? – Я разговаривала с ней беспрестанно, как заведенная, и сама себе удивлялась, откуда берется этот словесный поток. – Давай наденем вот эти симпатичные штанишки с божьими коровками. Божья коровка, улети на небко… Знаешь эту песенку? А может, знаешь еще какую-нибудь про божьих коровок? Потому что я больше песенок не знаю. Да и вообще тетя у тебя совсем не музыкальная, никогда петь не умела. Может, ты мне что-нибудь споешь? А ты знаешь, что сегодня Рождество? Давай возьмем дедушку и поедем вместе смотреть на большую-пребольшую разноцветную елку. Знаешь, что такое елка? Помнишь, какая елка у вас была в прошлом году? – Горло начало пересыхать, но толк от моей болтовни все-таки был.

Я говорила и делала свое дело. Оля уже была в колготках, штанишках, майке, и я как раз надевала ей блузку.

– Помнишь такое дерево? Красивое, разноцветное, с шариками и огоньками. Ура! – закричала я и облегченно вздохнула. – Мы уже оделись! Теперь можем навести порядок в волшебном сундуке, полном сокровищ! – сказала я, показывая на чемодан с игрушками. Оля тут же начала в нем копаться.

Я бросила на Роберта взгляд, исполненный гордости.

– Экзамен по гинекологии – сущие мелочи по сравнению с этим, – сказала я с усмешкой.

Мы пили кофе и наблюдали, как Оля наводит порядок в своих игрушках. Вдруг, ни с того ни с сего, она сказала:

– Мама, ам, ам.

– Олечка, ты кушать хочешь? – спросила я. Глупый вопрос, учитывая, что мы еще не завтракали. Игорь спал, во всяком случае, не выходил из своей комнаты.

– Да.

– А что ты хочешь? – спросил Роберт.

– Касю, – твердо заявила она. Надо же, какой решительный и самостоятельный ребенок. Знает, чего хочет.

Я приготовила кашу, поставила тарелочку на стол, набрала немного в ложку и поднесла к ее ротику.

– Нее, мама! – завопила Оля и отвернулась от ложки.

– Оленька, но мамы сейчас нет. Тебе тетя кашки даст, хорошо? – уговаривал ее Роберт.

– Не, мама, – ответила Оля с упрямством, которое было нам уже хорошо известно.

– Мама придет позже. Она очень рассердится, если узнает, что ты не позавтракала, – соврала я.

– Я хочу к маме!

– Я тоже хочу к маме, но сейчас ее здесь нет. – Я уже начинала злиться.

– А де она?

Я взглянула на Роберта со страхом и укоризной, а он сидел тихо и делал вид, что его здесь нет. Мужская храбрость! Помог бы мне, ну хоть как-то. Вчера я была сама, сегодня сама…

– Дедушка тебе объяснит, где мама, а я пока покормлю, хорошо? – с предвкушением заявила я.

– Оля, мамочка не может прийти, потому что… – начал Роберт и тут же замолчал. Малышка смотрела на него и ждала.

– Потому что… она очень занята… и… – запинался бедняга.

– Оля, доедай быстренько кашку и поедем искать маму. Но ты должна все съесть, а то у тебя не будет сил ее искать. И мама будет сердиться.

– Хочу к маме!

– Тогда давай ешь, – не отступалась я.

– Не! Мама! – упорствовала Оля. Похоже, мне достался достойный соперник.

– Ну, раз нет, так нет. Тогда я выбрасываю кашку, – сказала я спокойно и пошла к раковине.

– Аня, что ты делаешь? – спросил Роберт, устало уставившись на меня.

– Ничего, если не хочет, пусть не ест.

– Да ты что? Это же ребенок. Ей надо поесть.

– Когда проголодается, поест.

Он посмотрел на меня испуганно. На самом деле я понятия не имела, могут ли такие дети заморить себя голодом из-за стресса, от упрямства или отчаяния. Но что-то мне подсказывало, что Оля зла себе не причинит. Что она сильнее, чем все мы, вместе взятые, и умнее, чем нам кажется. Я выбросила кашу и помыла мисочку. Потом налила себе чаю.