Читать книгу - "Счастливая Жизнь Филиппа Сэндмена - Микаэл Геворгович Абазян"

воздух поднялись всего две руки: Саада и Аарона. Последний вдобавок еще издал на выдохе какой-то смешной звук. Пока все хихикали, поддерживая разряжаемую атмосферу, Филипп резко выдал еще одну позицию:

— Кто Брат?

Хотя Аарон и поднял руку первым, уже не сопровождая это каким-либо звуком, через пару секунд право играть роль Брата решил оспорить Артур, неторопливо подняв свою руку. Филипп лукаво улыбнулся.

— Мне это очень даже по душе: Саад как Сын, а Артур — его Старший Брат.

Аарон как-то растерянно наблюдал за происходящим, чем-то напоминая гепарда, погнавшегося за двумя молодыми антилопами сразу, но так и не решившим за кем из них продолжать погоню, после того как они вдруг словно по сигналу решили разбежаться в противоположные стороны.

— Аарон, ты что, злишься на них? — игриво спросил Филипп, на что парень лишь молча пожал плечами. — Увели у тебя из-под носа обе роли? — не унимался Филипп. В его словах чувствовался назревающий поворот. — Ну так насоли им по полной за все это! Будь тем самым Жителем Той Страны, который будет использовать незавидное положение несчастного Сына в своих целях…

Взгляд Филиппа вдруг застыл на какой-то точке в бесконечности. Так он простоял, смотря сквозь них и непроизвольно шевеля губами, словно общаясь с кем-то. Выйдя из ступора он сказал:

— Хотя почему обязательно той? Ты вполне можешь быть Жителем Этой Страны, который даст Сыну работу, такую работу, чтобы она его закабалила, чтобы оставила его без единой нитки. — Пару раз моргнув, словно сбрасывая с ресниц пелену, только что покрывавшую его, он добавил: — Да, я забыл сказать, что я хотел бы поместить события в настоящее время. Вы не против?

— Я, если честно, только так и представляла себе все это, — отозвалась Я'эль. Остальные просто закивали головами в знак согласия.

— И спасибо тебе на этом, — отреагировал Марк Эго, — а то я тут все сижу и думаю, откуда мне достать моду того времени и как ее применить к нашему спектаклю.

— Думаем дальше, — не сбавляя темпа, продолжал Филипп. — Если наш Сын живет сегодня среди нас, то что он может делать, чтобы получить какую-то работу, и почему он решает обратиться к отцу с таким вопросом? Кстати, что касается Отца… — и он посмотрел на Симона. — Есть какие-то мысли?

— Если честно, то пока что нет подобных мыслей, — глядя в глаза, ответил тот, никоим образом не демонстрируя оскудевание интереса к происходящему.

— Ладно, — несколько задумчиво согласился Филипп. — Честность нам всегда помогает. Так что же у нас с работой? При прочтении притчи у меня лично не создалось впечатления, что наши герои происходят из неимущих слоев населения. Вы не согласны?

— Я бы даже больше сказал, — поддержал его Саад. — Не знаю в каком этносе мы будем разыгрывать нашу пьесу, но оригинал имеет восточные корни, а если человек Востока вот так просто приходит к своему отцу и просит у него получить свою часть имения — и получает ее! — чтобы отправиться в путь, то это говорит о том, что у отца вполне мог храниться финансовый эквивалент этой самой части имения, которая полагалась ему по закону. Отец не должен был для этого делить все пополам, нести все на базар и пытаться получить выручку — нет. Такой вариант исключается, иначе отец просто вышвырнул бы такого сына из дома. Да и по возвращении сын находит свою семью продолжающей жить в том же доме — никакого деления дома и обмена жилья нет и в помине. И я не могу себе представить сына уносящим с собой в дальние страны книги, мебель, кухонную утварь, матрац, осла с тремя коровами и дюжину овец. Опять нет. Речь тут идет о деньгах. Сын попросил отца дать ему деньги.

— Естественно. И отец дал их ему, не имея, чем возразить, — довольно отвечал Филипп на хорошую заявку на понимание ситуации от Саада. — Закон предписывает — люди исполняют. Требование сына законно, тщательно обдумано и обосновано, и личные желания отца уже не так важны. Кстати, я полагаю, что и по поводу части света, в которой проживают наши братья, у нас не будет разногласий. Ситуация, когда человек решается на большой риск, чтобы изменить уровень жизни, земля, живя на которой он все-таки считает необходимым обращаться к отцу за одобрением своего решения, ее удаленность от того места, где можно попытать счастья — все это добавляет баллы какой-нибудь стране Ближнего Востока. Ну и тем более, что мы сейчас говорим о тебе как об актере, который будет играть роль Сына.

Все это время молчавший Аарон внимательно слушал говорящих, и сейчас почувствовал, что у него у самого есть то, что можно было бы добавить к ситуации, которую они готовили для своих героев.

— Я — предприниматель, распространяющий сомнительного рода объявления с целью нанять работников «здесь» для работы «там». В случае успешного выполнения контракта укрепляется мое реноме и расширяется клиентура, но действовать нужно предельно осторожно, потому что в случае сбоя я просто кидаю людей, оставляя их на произвол судьбы и стараясь сделать все так, чтобы об этом не узнали. Очень рискованно, но очень хлебно. Казалось бы, что мешает работать на совесть и исключать те случаи, когда возможен срыв?

— Очень интересно! Продолжай пожалуйста.

Ах эта манера Филиппа прерывать рассказчика, сразу же извиняясь за это! Однако в данной ситуации он тем самым сделал необходимый акцент.

— Либо зависть, либо стремление сводить с людьми старые счеты. Я пока не определился, хотя не исключаю совокупности обоих факторов в случае с нашим Сыном.

— Ууу! А вот и предыстория! — Филипп оставил в покое лист бумаги, который он время от времени складывал чтобы вскоре снова раскрыть, и, довольно потер руки. — Они могли быть друзьями, которые с ранних лет интересовались, скажем, программированием, или финансами, экономикой — неважно. С какого-то времени он — назовем его Старый Друг — предложил Сыну работать вместе с ним. «Смотри какой вариант побочной работы открылся: мы сидим дома и работаем с одной страничкой в интернете, через которую мы предлагаем хорошую работу за рубежом, которую сами и находим. Мы помогаем с покупкой билетов и оформлением