Читать книгу - "Ну здравствуйте, дорогие потомки, снова! - Анастасия Каляндра"

года, за них очень переживала, чтобы они появились, и от того очень спешила. А потом стала сразу переживать, чтобы они уж исчезли. Ну, что и говорить!.. Новый год – новые переживания. Так бывает в жизни. Но мне даже больше то нравится, когда мама переживает чтобы у нас их уже не было, чем когда чтобы они были. Ведь когда она так после Нового года переживает, то мы все кушаем и нам всем хорошо. А вот когда она до Нового года переживала – так это было хуже, ведь мы с папой вынуждены были одни наряжать нашу главную комнату, пока мама на кухне с салатами занималась. Мне мама совсем не хотела в том помогать, чтоб мне от того радостно было. Мне было бы радостно, если бы мы вместе с ней наряжали. А так – получалось, что без нее. Но мне всё равно было радостно немножко, ведь хоть это и грустно что мама твоя не с тобой рядом, а с какими-то салатами бездушными… хотя и очень вкусными… в сей предпраздничный час, но… Что же делать?.. Ведь если ты не рад, то и уже никакого праздника не получится вокруг. И ты должен быть рад. Иначе нельзя. И я старался быть рад. И был почти что. Тем более что со мной ещё был папа. Ведь это мама возилась на кухне и готовила там всё к приходу гостей и оттуда, из кухни, всё вырывался и вырывался пар и свист и шипение от кастрюль… А папа был здесь, в нашей комнате. Это мама по кухне всё бегала, забывши про сына родного, а папа тогда ничего не делал и был, потому, мне хорошим отцом. Я хоть его но заставил мне люстру на люстру вешать!.. Мы в магазине, большом пребольшом, купили мне люстру. Она из фольги и вся разноцветная. Я очень её хотел потому что увидел. И попросил. И мне взяли. И обещали повесить её, раз я так того хочу. Ну и вот. Мы с папой стали вешать её, но только она всё никак не крепилась сначала, ну а потом мы придумали её скотчем закрепить. И папа тогда наконец слез с лесенки, которую специально для того и ставил – чтобы повесить мне люстру мою. И тут оказалось, что папа своей головой её очень сильно прям достаёт. И так получается, что если вдруг папа не смотрит, куда он идёт, то идёт он всей головой своей прямо в люстру и люстра тогда качается, вместе с той – первой люстрой, что и была, и вот по комнате бегают разноцветные пятнышки света – они яркие и очень весело дрожат и это хорошо. Конечно же. И это так показывает, что папа очень головастый, что он решил люстру нам туда именно повесить. Правда мама слегка так была недовольна тем, что она так висит – ведь, просто, она тоже её головою слегка достаёт. И когда идёт мама в комнату с салатами в руках, и смотрит вся на салаты, то у неё, ну совсем нет возможности посмотреть на мою люстру. И вот она, люстра, ей и напоминает – что, мол, посмотри! А мама всё переживает, что так у нас и все обе люстры в конце концов свалятся. Ну а я того и очень жду – ведь это будет ещё как интересно!.. Но пока она, каждая из двух, висит. Даже уже и после Нового года, когда к нам ещё и пришел дядя Валера и он – так ещё выше, чем мама с папой. Но она всё равно висит. Ведь дядя Валера высокий, но очень внимательный, к сожалению. Он всё видит, что есть перед ним. И так и ходит мимо. А я!.. Я!.. Был бы я чуть повыше, так я бы уже как-нибудь так бы всю люстру своей головой зацепил, чтобы она уж непременно свалилась и мы бы все посмотрели – что там есть за ней в потолке! И это было бы нашим хорошим и интересным открытием в наш замечательный Новый год! Ну а потом – мы бы её обратно, конечно, на скотч приклеили. Вот так. Но со взрослыми ни одно дело до конца никак не доделать. Они, всё, какие-то бесконечные.

А мы ещё много чего украшали всей семьёй. Мы с мамой ещё украшали тоже немного. Но это было ещё давно – два дня назад. Мы с ней тогда украшали елку и очень даже хорошо её украсили. Особенно я. Я сразу несколько шариков даже на одну ветку повесил. Ведь так было чем-то похоже, что это кисть винограда – но только большого и разноцветного. А ёлочная ветка от этого, хотя она была и не нижней далеко, но стала, как будто бы нижней. А там где она и была до того – стало как будто бы так, что в ёлке дырка. И дырка такая интересная!.. Необычная, дизайнерская! Вот как я красиво украсил!.. А мама всё как-то странно украшала – брала каждый шарик себе из коробки и смотрела так долго, искала – куда бы его ей на ёлке повесить. Как будто бы ёлка со всех сторон не одинаковая! А она одинаковая. Ну, кроме той стороны, где красивая дырка.

А ещё мы с папой уже перед Новым годом, когда мама всё там на кухне готовила, решили вешать гирлянду, которая светится, на окно. Хотели повесить её на окно то, которое в кухне – чтобы поближе всем к маме быть и к её салатам. Но мама так объяснила, что если мы ближе к ней свою гирлянду вешать будем, то вот она может отвлечься и вдруг что-нибудь пересолить или пережарить и будет нам всем не очень хорошо. И мы это поняли и кивнули и пошли вешать в комнату. Тем более там у нас ещё и телевизор работал так громко и радостно, и радостно было нам под него вешать. И папа очень медленно вешал, ведь потихоньку он постоянно смотрел, что там показывают, а я мог смотреть – и что там и что тут. И везде было так интересно!.. И как папа вешает и что дяди по телевизору говорят. Нерадостные они, правда, всегда там какие-то. Даже в новый год. Как будто бы мультиков им посмотреть не давают. Ну а папа потом повесил – и всё!.. У нас так сияло окно, будто оно было прямо второй телевизор. Но только