Читать книгу - "Мечта о крылатом коне - Сергей Станиславович Юрьев"

– Какой всё-таки я храбрый! – похвалил Шалун сам себя и пошел дальше.

Но почему-то все, кого он про людей спрашивал, сразу же от него сбегали, даже небольшой розовобрюхий дракончик уж на что зубастый, а тоже как взмахнет крыльями и полетел, звездочки с неба сшибая.

И вдруг слышит он голос, скрипучий такой, страшней, чем у бабушки:

– Ты куда это собрался, пострел?

– Кто это? – удивился Шалун.

– Это я, старый мудрый Пенёк, – ответил голос, – ты на мне стоишь.

Шалун с него спрыгнул и увидел – вправду пень, старый, трухлявый, облезлый. Гоблинята – ребята вредные и пакостные, так уж их воспитывают, и Шалун решил тут же Пня обидеть.

– Я вот путешествовать иду, людей посмотреть, себя показать, – говорит, – а ты вот, Трухлявый, всю жизнь на одном месте провел, тут и развалишься.

– А вот я тебя! – рассердился Пенёк да как из земли-то корни свои вытащит.

Гоблиненок не то чтобы испугался, но на всякий случай в сторону отпрыгнул. Хотел было закричать «Маленьких обижают!», но подумал, что бабушку разбудит и достанется ему мохнатой лапой по мягкому месту. Лапа у бабушки тяжелая была.

Пришлось Шалуну от Пенька скрываться, но тот его шлепнул корешком по спине и крикнул, убегая:

– Тебе водить!

Только тут Шалун понял, что Пеньку просто хочется с ним в догонялки поиграть. А когда устали оба, смотрят – место незнакомое – ни тебе драконов, ни кикимор, вместо ночи – день. Пенёк корнями в землю закопался, и Шалун хотел было на него присесть, но тут Пенёк его попросил:

– Что-то у меня спина зачесалась. Посмотри-ка, что там…

– Да на тебе веточка зеленая проросла! – сообщил ему Шалун, увидев свежий побег.

– Вот ведь, пока все об меня спотыкались и злились, я только и делал, что сам злился и загнивал. А вот мы с тобой поиграли, и мне так хорошо стало, что скоро я снова зазеленею, снова лесным великаном стану.

– А мне пора, – сказал в ответ Шалун. – Пойду людей искать, уж больно они страшные, говорят.

– Иди-ка ты лучше домой, а то там волнуются, – ответил Пенёк. – А люди – это всё выдумка, бабушкины сказки…