Читать книгу - "Хрестоматия по литературе. 8 класс. Аудиоверсии по QR-коду - Михаил Юрьевич Солонников"

ему трапезы; прежде нежели оставил он дом, родители отрока, усматривая в нем духовную силу и прозорливость, рассказали ему, каким образом сын их, будучи еще во чреве матери, троекратно прокричал в церкви, и просили разрешить их недоумение о приключении, которое самою необычайностью своею тяготило их душу, исполняя их невольным страхом. Старец, утешая их, отвечал: «О добрые супруги, удостоившиеся быть родителями такому детищу! Для чего устрашаетесь страхом, там, где нет страха, вместо того чтобы исполняться радостью о данном вам благословении? Господь предизбрал отрока вашего еще прежде его рождения, и вот вам знамение: первым исполнением словес моих будет, что после моего удаления узрите отрока, хорошо разумеющего книги, ибо сын ваш будет велик пред Богом и человеками ради добродетельного жития». К сему присовокупил еще в самую минуту своего отшествия, что отроку надлежит построить обитель Пресвятой Троице, дабы многих привести вслед себя к разуму божественных заповедей. Утешенные родители провожали старца до ворот своего дома, но тут он внезапно сделался невидимым пред их очами, так что они возвратились в недоумении: не ангел ли Божий послан был даровать премудрость их отроку? И глубоко положили в сердце своем его таинственные глаголы. Получив столь нечаянно совершенный успех в учении, Варфоломей прилепился к церковному богослужению и чтению священных книг и с юных лет начал являть в жизни плоды учения. Не приставал он к суетным детским играм, смехотворству и сквернословию, но возрастал и преуспевал в страхе Божием. По некотором времени восприял он строгий пост: в среды и пятки не вкушал ничего, а в прочие дни питался хлебом и водою; часто целые ночи проводил без сна в молитве. Заботливая мать старалась умерить строгость его поста, представляя ему, что тело его еще растет, но он ей отвечал: «Не ты ли сказывала мне, что я еще в колыбели, в среду и пяток, постился? Слышав сие, могу ли теперь не понудить себя, воспрянуть к Богу, дабы он избавил меня от грехов моих?» Когда же мать возражала: «Двенадцать лет тебе только от роду, и ты говоришь о грехах своих; мы же видели над тобою ясные знамения благодати Божией!» Отрок отвечал: «Перестань, о мать моя, тебя увлекает естественная любовь твоя к чадам; не слышала ли ты в Писании, что никто не чист пред Богом, если хотя и един день жития его будет». Отрок продолжал укрощать плоть свою воздержанием и трудами для сохранения чистоты душевной и телесной; часто удаляясь в уединенное место на молитву, просил он Господа: «Если истинно то, что возвестили ему родители его, о знамениях над ним бывших, то да даст ему всем сердцем и всею душою служить Ему от младых лет; ибо привержен Богу от утробы матери своей и от сосцов ее, и да не оставит его Господь, когда отец и мать оставят его сирым в сея жизни, но да причтет его к избранному своему стаду и сподобит хранить святыню Его в страхе, да не прельстят его красная мира сего, но да возрастет он возрастом духовным, и Дух Божий, благий, да наставит его на землю праву».

<…>

Там продолжал начатый им подвиг отрок Варфоломей, день и ночь подвизаясь в посте и молитве. Два его брата вступили в супружество, но Варфоломей просил у отца своего позволение вступить в иноческое житие. «Помедли, – говорили ему родители, – мы стары, немощны и скудны; братья твои заботятся о своих женах; хорошо, что ты печешься, как угодить Богу; только послужи нам немного и проводи нас во гроб, тогда исполнишь свое желание». Благодатный сын повиновался.

Поучительный пример благоразумия родительского и послушания сыновнего! Кирилл и Мария не усиливаются погасить возгорающееся в сыне своем божественное желание и связать его мирскими узами, но только представляют ему свою нужду, втайне более помышляя о юности его, и дают ему случай испытать самого себя и укрепиться в намерении, дабы он, возложив руку на плуг, уже не озирался вспять. Но и Варфоломей не уподоблялся детям века сего, не всегда покоряющим волю свою воле родителей, он знал достоинство того, чего желал; однако согласился до времени томиться неисполненным желанием, дабы сохранить повиновение родителям и через то наследовать их благословение.

Афанасий Никитин

Хождение за три моря

(Отрывок)

И шли мы морем до Маската[2] 10 дней; а от Маската до Дега[3] 4 дня; а от Дега к Гуджерату[4]; а от Гуджерата к Камбаю[5], тут родится индиго и лакх[6]; а от Камбая к Чаулу[7]. От Чаула мы пошли в седьмую неделю после Великого дня, а шли до Чаула в таве 6 недель морем.

И есть тут Индийская страна, и люди ходят все голые: голова не покрыта, груди голы, волосы в одну косу плетены. Все ходят брюхаты, детей родят каждый год, и детей у них много. Мужи и жены все черны. Куда бы я ни пошел, так за мной людей много – дивятся белому человеку.

А князь их – фата[8] на голове, а другая – на бедрах; бояре у них ходят – фата на плече, а другая – на бедрах; княгини ходят – фатой плечи обернуты, а другой – бедра. Слуги же княжие и боярские – фата на бедрах обогнута, щит да меч в руках, а другие с копьями, или с ножами, или с саблями, или с луками и стрелами. И все голые, босые и сильные. А женки ходят с непокрытой головой и голыми грудями; мальчики же и девочки ходят голыми до 7-ми лет, и срам у них не покрыт.

Из Чаула пошли сухим путем до Пали[9] 8 дней, то индийские города; а от Пали до Умру 10 дней – это индийский город; а от Умри до Джунира[10] 6 дней. И живет здесь джунирский, индийский Асад-хан[11], Меликтучаров[12] холоп; говорят, что он держит от Меликтучара 7 тем. А Меликтучар имеет 20 тем[13]; в течение 20 лет он бьется с кафирами[14] – то его побьют, то он их часто побивает. Хан ездит на людях; много у него и слонов, и коней добрых. Много также у него людей – хорасанцев, а привозят их из Хорасанской земли[15], или из Аравийской, или из Туркменской и Чагатайской[16]; привозят их все морем, в тавах – индийских кораблях.

И привез я, грешный, жеребца в Индийскую землю; дошел же до