Читать книгу - "О чем кричит редактор - Анна Гутиева"

раз через диалог, как отражение «естественной речи», попытка эдакого снижения уровня ради эксперимента. Я еще раз повторю – естественная речь, которая якобы передает реалистичность персонажей, – не означает речь простая, сводимая к кратким формам, безыдейным бытовым репликам, междометиям и мату.

При этом нам известно, что классики использовали «естественную речь» в ее различной форме для передачи характеристик персонажей, отсюда вывели «правило для построения диалогов», тиражируемое в пособиях для писателей – речь должна быть естественной. Джон Кеннеди О`Тул использовал упрощенную, часто безграмотную речь на протяжении книги, чтобы передать контраст между образованным непризнанным гением, который у него выражается утрированно пафосно и псевдонаучно, и средой, в которой он существует (Сговор остолопов).

1.

– Нещасная. – Джоунз как раз ощупывал шваброй кабинку. – Воду втюхивает, помрачения гоняет. В-во!

– Так настучи в участок на нее. Она клиентов разводит.

– Я погодю, пока на вас в ухрясток не настучу. Дарлина не хотит клеёных разводить, а вымождена. Она на истраду попасть хотит.

2.

– … Я весьма серьезно сомневаюсь, что кто-то меня наймет.

– Ты что хочешь сказать, Туся? Ты – прекрасный мальчонка с хорошим образыванием.

– Работодатели ощущают во мне отрицание своих ценностей. – Он перекатился на спину. – Они боятся меня. Я подозреваю, им это видно: я вынужден функционировать в столетии, кое глубоко презираю.

ДжК.О`Тул «Сговор остолопов»

Гоголь в «Мертвых душах» утрирует пустоту разговоров общества до приторности, кидается штампами естественной речи в максимальном количестве. Джейн Остин известна своей иронией, когда весь роман – словно калька с великосветских бесед, а на деле диалоги, состоящие из принятых оборотов речи той эпохи – высмеивание подобных речевых конструкций. Для нас диалоги этих авторов выглядят срисованными с действительности, но для этого использовалось усиление особенностей речи. Не калька напрямую, а усиление.

Писатель берет речь для своих героев из реальности, но не забывайте, что писатель создает из этой самой реальности литературу – новую реальность. Писатель СОЗДАЕТ: а, значит, реальность не является константой, она искажается, меняется, приобретает иные формы, трансформируется. Ну, не может писатель всерьез следовать за реалиями нашего мира – он пишет, чтобы либо показать их в таком виде этому самому миру, чтобы мир себя увидел с изнанки, со стороны, как минимум; либо, чтобы выделить какие-то стороны мира, какие нам кажутся обыденными или которых мы не замечаем; либо, чтобы изменить их так, чтобы нам стало или тошно, или сладко. Помните, писатель – тот, кто способен видеть мир так, как не способен на это обыватель. Пишете ли вы любовный роман или фэнтези, ведете детективную линию или экспериментируете с сюрреализмом, вы показываете мир так, чтобы обыватель на миг очнулся и увидел мир по-новому. Неважно с какой стороны – отношений, силы духа героя, расследованиями и подозрениями и тд. Поэтому не надо всерьез относится к попыткам ввернуть реалистичную речь в текст – если люди говорят грязно, глупо, бессмысленно, ведут пустые беседы – это вовсе не значит, что для передачи живости ситуации, вы должно отразить это в книге. Вы с этой данностью можете играть.

_________________________________________________

Вот красиво созданный диалог, как передача реплик, как балансировка говорящих, построен на раскачивании детской качели. Участники бросаются короткими фразами, толкают движениями качелю, ускоряя темп, толкают отношения к концу репликами. Диалог – завершенная сцена.

– Ну, – сел на двойную детскую качалку. Аэлита в красном мини-платье, напротив. Когда-то покрашенная в красный, качалка заржавела, краска облупилась, а издаваемые ультразвуки мертвых поднимут в судный день.

– За что? – Аэлита. Отталкиваясь ногами, вверх.

– Что за что? – проседая, вниз.

– Что я сделала не так? – вверх, скрип.

– Ничего, – как объяснить: запарила. – Ты взрослая, замужняя женщина, – вниз, скрип.

– Я люблю тебя, я жить без тебя не могу! – скрип.

– У тебя муж, семья, ребенок, – скрип. – Х* тебе надо?

– Я помню, – вниз, вверх. Скрип, скрип.

– Вот, и иди к ним, не жуй мне мозги, – вниз. Скрип.

– Я жить не могу без тебя… – скрип.

Заело. Когда это закончится. Скрип. Вокруг суетились воробьи, один с зашитым черной шелковой ниткой светло-серым брюшком. Летать воробей не мог, но не сдох.

– Я сегодня шла и надеялась, что не дойду, – сквозь слезы. Скрип.

– Давай без истерик, б*.

У птиц не бывает заражения крови, надо бы проверить шов.

– Я хотела, чтобы меня сбила машина или бы я просто исчезла, и всем будет хорошо.

– Б*, – негромко. – Прекрати, тебе не пять лет, и я – не твой престарелый муж.

– Извини. Я не права. Я пойду, – Донцова встала, и качалка заткнулась.

Алина ш… «Хор и ко»

________________________________________________

О простоте современных диалогов

Некрасивость современных книг – отчасти в простых диалогах. Выше я сказала, что продуманные персонажи сами ведут диалоги. Но как я отмечала в главе о персонажах, давно никто не брал в герои книг удивительных, сложных, необычных личностей. Быть может поэтому и не случается в современной литературе невероятных диалогов. Простые ребята в роли персонажей, простые реплики, простейшая функция речи – передать информацию.

А еще, выглядит так положение дел с диалогами, будто люди стали бояться быть вне правил. Кто позволит себе прямую речь персонажа на тройку – другую страниц? Вас обвинят в резонерстве – такова печать критиков на длинные рассуждения: им вчитываться неохота – поскорее и так много надо прочитать еще, проще сказать, что у автора нарушение мышления, бесплодная несвязная болтовня. Но ведь мы все живем в интернете, вы не могли не видеть интересные комментарии к постам, полные иронии, двойных смыслов, витиеватых рассуждений. Люди по-прежнему способны вести глубокие, потрясающие диалоги. Диалог не вымер. И в книгах значит тоже может существовать такой диалог. Поймите правильно, простая речь нужна и оправдана в большинстве случаев, простые диалоги не портят книгу, но порой видишь, как хорошо человек умеет писать, и, главное, о чем, и просто понимаешь, что он не задумывался о диалоге, не использовал его возможности для себя.

Диалог может быть несодержательным внешне, в нем будет иметь значение только атрибуция – поясняющие слова автора после реплик. Диалог в книге никогда не равно диалогу в жизни! – это самое главное, что должен знать писатель о диалогах. Диалог – голоса в голове писателя, живое проявление хорошо прописанных персонажей, которые, как нам всем известно, с какой-то страницы начинают вести свою собственную упрямую жизнь, не желая подчиняться писательской руке – то есть