Читать книгу - "Просто возьми меня за руку - Екатерина Борисовна Тимашпольская"

незнакомого человека, издал звук, похожий на хрюканье поросенка, и прыжками ретировался во внутреннее помещение.

– Аля! – Федя выплюнул кукурузу. – Соня в управляющем! Она победила! Ее выбрали! Я специально узнал, когда выходил из школы. Здорово, да?

– Шикардос! – Матвей погладил камеру. – Думаю, Екатерине Михайловне наш репортаж понравится. Я все заснял. Снимки получились супер! Все-таки Цезарь – это наше всё. Да, Макс?

Вечером в Алином диктофоне появилась новая запись.

Макс и цезарь – близнецы-братья. Даже у страуса кличка та же! Интересно, кого же Макс предпочтет: Катю, Таню, Софию или салат?

Глава 6

Диско и 80-е

Аля знала про свою болезнь все. Ну или почти все. Каждые полгода она ложилась в больницу, а дальше: гормоны, уколы, капельницы, МРТ, таблетки, анализы. И так с шести лет, с тех пор как врачи наконец-то определили, что с ней.

Мама утверждала, что все началось после прививки. Просто они попали в тысячный процент осложнений. Врачи предполагали наследственную связь или реакцию после стресса, правда, какого именно, не уточняли.

Однажды во время прогулки в детском саду Аля упала. Воспитательница помогла ей встать, но Аля упала снова, а когда ее принесли в медкабинет, врач увидела, что Алин зрачок закатывается под веко.

Срочно вызвали маму. Алю отвезли на скорой в больницу, сделали МРТ, на которой были видны затемнения в головном мозге. Стали подозревать онкологию. Мама захлебывалась слезами. Стойкой оставалась только бабушка. Она подняла на ноги весь город, добилась консультации у авторитетных врачей, в том числе неврологов. Один из них, профессор Игорь Валентинович Седюков сразу отверг предположительный диагноз.

– Онкологии нет, – спокойно произнес он.

Анна Львовна снова заплакала, теперь уже от счастья.

– Но… – продолжил врач. – Есть РС.

– Что это? – Мама достала из сумки бумажные платки.

– Рассеянный склероз.

– Склероз? – переспросила Анна Львовна.

– Хроническое аутоиммунное заболевание, при котором поражается миелиновая оболочка проводников головного и спинного мозга, – терпеливо объяснил Игорь Валентинович. – Я подберу для вас специальную литературу, почитаете… Я буду на связи, всегда объясню, подскажу. Не переживайте вы так, пожалуйста, медицина шагнула далеко вперед, сейчас есть новые лекарства, методики…

– Это лечится? – Анна Львовна взяла со стола белый лист бумаги и сложила пополам.

Профессор Седюков покачал головой.

– Рассеянный склероз – хроническое заболевание нервной системы. Идеальной терапии, то есть лечения, которое могло бы навсегда избавить пациента от болезни, пока не существует.

Бабушка заплакала в голос.

Игорь Валентинович налил воды в два стакана из большого прозрачного графина.

– Выпейте, пожалуйста.

Потер лоб и продолжил:

– Но мы можем существенно улучшить качество жизни пациентов и продлить… В общем, конечно, сейчас вам это трудно понять, но со временем…

Анна Львовна поставила бумажный кораблик на стол врачу.

– Мы сделаем все, что вы скажете.

* * *

Зима не приходила долго. В конце декабря ни снежинки, только черные дрожащие ветки озябших деревьев, сухой промерзший асфальт, потрескавшийся, как обветренная кожа, пленка грязно-серого льда на реке и темнота с трех часов дня.

В школе готовились к новогоднему празднику.

Старшеклассники выбирали песню из списка, составленного организаторами, чтобы инсценировать ее и спеть на концерте. Никто уже и не помнил, кто предложил тематику 80-х прошлого столетия со всеми атрибутами диско-стиля, но идею подхватили. Теперь на каждой перемене девочки обсуждали кричащие наряды поп-звезд, яркий макияж и прически.

– А почему мы зациклились на восьмидесятых? – Аля и Таня встретились в раздевалке. – Что, если захватить девяностые и даже начало нулевых? Так же интереснее будет.

– Пойдем нашим расскажем. – Таня повесила пуховик на вешалку. – Мне Земфира нравится. Можно ее песню спеть, вот эту: «Хочешь, я убью соседей».

– Это название такое?

– Нет, строчка из куплета. А еще «Тату» можно – «Нас не догонят», твою любимую.

– Точняк, Тань! – Аля запрыгала на одной ноге, пытаясь втиснуться в кроссовку, не развязывая шнурков. – Нас точно не догонят! Мы такое замутим.

Одноклассники идею одобрили и с воодушевлением принялись за инсценировку песен Земфиры и «Тату». Репетировали каждый день и в результате остановились на песне Земфиры, потому что превращать «Нас не догонят» в смешную погоню на сцене показалось издевательством над песней.

– А что, – попытался возразить Макс. – Побегаем немного, похудеем, зато потом сразу салатик.

– И наберем еще больше, чем потеряем, – ехидно добавила София. – Как же ЗОЖ?

– Ага, – подмигнул Андрей. – Напилим цезаря пару килограммов, съедим, потом выпьем литров пять колы и забудем про ЗОЖ.

– Почему нет? – надулся Макс. – Ты что-то имеешь против?

– Я всегда за! – сказал Андрей, и Макс облегченно вздохнул.

– Просто в «Нас не догонят» мало действия, – объяснила Таня. – Сплошная беготня.

– Зато какой глубокий смысл! – засмеялся Федя.

Аля слушала молча. Песня Земфиры ей тоже нравилась, а занимать актовый зал надолго им бы не позволили: классов много, а времени мало.

По задумке, под песню Земфиры «Хочешь» на сцене в длинном белом платье появлялась Аля. Она садилась за стол, к которому один за другим подбегали мальчики и девочки и оставляли на нем апельсины, лампу, бумажные кораблики и елочные украшения, по форме напоминающие звезды.

Последняя репетиция перед праздником получилась нервной и скомканной.

– Почему главная героиня Аля? – Федя пожал плечами. – Почему мы уговариваем ее «не умирать»?

– Потому что в песне слова такие – «пожалуйста, не умирай», – в очередной раз объяснила ему Таня. – Что тут непонятного?

– Но почему Аля? – горячился Рысин. – Пусть Матвей «не умирает» или Катя.

– Да тебе-то что? – не выдержала Аля, спустилась со сцены и подошла к Феде почти вплотную. Он пытался жонглировать апельсинами. – Тебе-то что? – повторила она.

– Да так, интересно просто. – Федя сбился, и апельсины со стуком упали на пол и покатились большими оранжевыми пятнами. – Ты красивая, когда злишься.

– Началось. – Макс закатил глаза. – Может, делом займемся?

– Угу, – кивнул Федя и собрал апельсины. – Давай иди «умирай», а мы будем тебя уговаривать не, – крикнул он раскрасневшейся Але. – Да готов я, готов! Что, пошутить уже нельзя?

– В каждой шутке есть доля правды, – усмехнулся Андрей. – Молчу, молчу! – Он поднял руки вверх, заметив на себе гневный взгляд Али. – Какие все нервные!

В день выступления потеплело. Появилась надежда, что пойдет снег и станет чуточку светлее. Тяжелые тучи цвета мокрого асфальта висели низко-низко. Казалось, до них можно дотянуться и проткнуть чем-то острым.

А в школе было светло – из-за блестящих новогодних украшений. Восьмой «В» готовился выйти на сцену. Только что выступили девятиклассники с песней Сюткина «Любите, девушки, простых романтиков» и сорвали громкие аплодисменты.

– Мне страшно, – прошептала Аля и нервно поправила воротничок на платье. – Реально.

Федя в очередной раз уронил апельсины, которыми жонглировал.

– Звезды эстрады не нервничают. – Он ползал по полу,