Читать книгу - "Приручая Серафину - Джиджи Стикс"

Дом Эдоардо угловой, в гостиной горит свет. Губы сжимаются. Проникнуть без помощи Лероя будет тяжело, но не невозможно. В конце концов, я убила десятки целей еще до того, как связалась с профессиональным киллером. Обхожу дом сзади, окно не заперто.

Подтянуться с раной больно, но я стискиваю зубы и переваливаюсь через подоконник на кухню. Темное помещение, все поверхности завалены мусором. Приземляюсь в приседе, задев пластиковые упаковки от еды.

Смех ситкома тянет меня в коридор, потом в гостиную. Там, на кожаном диване перед огромным телевизором на стене, развалился мужчина, спиной ко мне, в руке банка пива, глаза прикованы к экрану.

Губы кривятся.

Как мило, расслабляется после трудового дня.

Из-за таких, как он, мне никогда не найти покой.

Я не верю, что то, что случилось с мамой, было подстроено. Даже если и так, кошмары были настоящими, как и пять лет, проведенных в подвале. Эдоардо скажет, где искать Самсона, или мучительно умрет.

Достаю пистолет, подкрадываюсь сзади и вдавливаю ствол ему в затылок.

— Не шевелись.

Он застывает, банка пива выскальзывает из толстых пальцев.

— Ты еще кто, мать твою? — рычит он.

— Та, что размажет твои мозги по телевизору, если не ответишь на вопросы.

Он резко выдыхает, огромное тело дрожит от сдерживаемой злобы. Эдоардо выглядит как человек, который в любой момент может схватить меня за руку и вывернуть пистолет, поэтому отхожу на шаг назад, чтобы быть вне досягаемости.

— Чего тебе надо? — голос натянут, как струна.

— Самсон Капелло жив. Где он прячется?

— А в главном доме не пробовала искать? — огрызается он.

Отвечать на тупость не собираюсь. Самсон не вернется в особняк, пока не убедится, что все враги мертвы. Вместо этого щелкаю предохранителем, Эдоардо снова каменеет.

— Еще раз, урод.

Он поднимает руки.

— Ладно, ладно. Последнее, что я слышал, он остановился у одного знакомого за городом.

— Где?

— Не сказал. В какой-то доме у озера Ольдерни.

Ноздри раздуваются.

Он у Антона.

— Это все, что я знаю, — говорит Эдоардо. — А теперь не могла бы ты просто отъебаться?

У меня не хватает сил устраивать ему красивую смерть. Вся злость утонула в огромной, всепоглощающей боли от предательства.

Глубже всех ранил Лерой. С потерей мамы я уже смирилась. Она была не без изъянов, но не заслуживала такой смерти. А теперь я вообще не знаю, что думать.

Дыхание становится тяжелым. Лерой создал образ идеального для меня мужчины. Человека, который знал, каково быть отвергнутым семьей, и провел подростковые годы, учась убивать, точно как я. Он дал мне надежду, что где-то есть тот, кто увидит во мне больше, чем пешку или добычу. А я для него была и тем, и другим.

— Эй? — рявкает Эдоардо, вырывая меня из мыслей. — Получила, что хотела, так…

Я обрываю его пулей в горло. Он валится с дивана тяжелым мешком.

Убивать без зрителей скучно.

Выходя из дома Эдоардо, в голове сплошная муть из обрывков мыслей. Мама. Габриэль. Лерой и дыра, которую нанесла ему в живот. Как, черт возьми, найти дом Антона. Наверняка адрес есть в контактах Мико. Если нет, может, подскажут фотографии.

Боль тянет сердце вниз, к самым лодыжкам, будто на них надеты настоящие кандалы. Я знала, что с Лероем все слишком хорошо, чтобы быть правдой, готовила себя к предательству, но не к такому. В худшем случае я представляла, что он просто устанет от меня и вышвырнет. Ни разу не приходило в голову, что он может оказаться одним из тех, кто задумал поработить мое сердце.

А мама? Тут я вообще теряюсь.

Единственный способ очистить голову — убивать врагов, пока не получу ответы. Если повезет, найду, где Самсон прячется у Антона, и буду убивать всех по одному.

Пробираюсь обратно в дом Пьетро, и вдруг в руку впивается острая боль. Смотрю вниз, из кожи торчит красное оперение транквилизаторного дротика.

Рвусь бежать, но поздно. Ноги тяжелеют моментально, мышцы сдаются под напором снотворного.

Тьма застилает глаза, я падаю на колени. Ударяюсь о пол, грубые руки переворачивают меня на спину. Поднимаю взгляд, яростно сверкают глаза нападавшего.

Мико скалится.

— Ты заплатишь за нападение на Лероя.

ГЛАВА 71

ЛЕРОЙ

Боль вонзается в рану, будто раскаленный прут, прожигая все нутро. Колени ударяются о землю, я кричу Серафине, чтобы остановилась. Она думает, что я напал на ее мать, но не понимает, что пытался не дать ей убежать. Кровь хлещет из живота так, что глаза застилает темная пелена.

Черт.

Из всех возможных моментов, именно сейчас, когда меня все еще шатает после взрыва.

Серафина ныряет в машину Мико и срывается в одну сторону, Эванджелин убегает в другую. Последнее, что вижу, перекошенное лицо Мико, а потом все тонет во тьме.

Не знаю, сколько прошло времени, но когда снова прихожу в себя, голова набита ватой от опиатов. Под спиной вибрирует жесткая поверхность, в ноздри бьет резкий запах антисептика.

Боль в животе где-то на дальнем краю сознания, будто воспоминание о чужой боли. Глаза открывать тяжело, веки словно засыпало песком. Где Серафина? Она вообще умеет водить?

Всплывает ее голос, что она брала уроки вождения, и тут сквозь туман прорезает голос Мико: — Лерой?

Все, о чем я могу думать, это она. Одна, перепуганная, преданная, возможно, уже записала меня в список ублюдков, которые тронули ее мать. Нельзя дать ей думать, что все между нами было ненастоящим.

— Доктор, — говорит Мико. — Очнулся.

— Сейчас посмотрю, — отвечает низкий голос.

Шаги. Я с трудом разлепляю глаза и смотрю в лицо темнокожего мужчины с коротко стриженными волосами. Сэл, наш штатный доктор без лицензии.

Взгляд мечется по тесному пространству, стены обвешаны медицинским хламом, под спиной все трясется и гудит. Похоже на машину скорой помощи.

Мысли только о Серафине. Что, если появление Эванджелин снова толкнуло ее в одиночку охотиться на охрану Капелло? Без техники, без оружия, без прикрытия. Что, если она разобьется на шоссе в машине Мико и просто не доедет?

Туман опять накатывает, тянет вниз. Стискиваю челюсти, сопротивляюсь.

Не могу лежать тут, пока она там одна и в аду.

Пытаюсь приподняться на локтях, Сэл ладонью прижимает меня обратно к койке.

— Лежи спокойно, — говорит. — У тебя небольшая резаная рана на спине и брюшная, из