Читать книгу - "Тьма времени - Сара Сэмюэлс"

— Малик действительно беспощаден и опасен. Но он сам охотится на Бальтазара. И когда найдёт его — убьёт. Он уже очень давно строит планы, как уничтожить Бальтазара.

Перед глазами всё поплыло.

— Малик способен убить Бальтазара? Я думала, Бальтазар неуязвим.

— Не совсем, — ответил Джон. — У Бальтазара есть слабое место. И этим слабым местом является Эйан Малик. Если Бальтазар узнает о Малике, он сделает всё, чтобы уничтожить его. Малик знает все его тайны. Вы должны найти его. Только он сможет вам помочь.

— Что? Почему он вообще должен мне помогать?

— Позвольте рассказать вам, кто такой Малик и почему он так важен. — Джон Джеймс задумчиво потёр подбородок. — Малик стал порождением тьмы, когда ему было пять лет. Тьма рождается в тот момент, когда Рождённый временем впервые совершает путешествие во времени. И жажда убийства проявилась в Малике сразу же, в столь раннем возрасте.

— Бальтазар стал свидетелем того, как этот маленький мальчик убивал без малейшей жалости. Именно тогда он понял, что Малик — такое же порождение тьмы, как и он сам. Первая жертва Малика произвела на Бальтазара огромное впечатление.

Я презрительно скривила губы.

— Очень похоже на Бальтазара.

— После этого, — продолжил Джон Джеймс, — Малик убивал часто и без всяких колебаний. Его жажда крови не знала границ. Тогда Бальтазар взял его к себе как приёмного сына. Он воспитал его, и по мере взросления Малика они вместе предавались всевозможному разврату. Убивали вместе, делили любовников. Что бы ни делал Бальтазар, Малик всегда был рядом, разделяя с ним каждое новое открытие. Вместе они были непобедимы — никто не мог их остановить. Бальтазар гордился тем, что воспитал сына, столь похожего на самого себя, достойного продолжателя своего пути. Малик ни разу его не разочаровал. И сам он был счастлив видеть в Бальтазаре отцовскую фигуру.

Меня едва не вывернуло наизнанку.

— Бальтазар не… О боже…

— Что такое? — спросил Марселиус, хватая меня за запястье.

Я тут же выдернула руку и зло посмотрела на него.

— Не трогай меня.

— Бальтазар и Малик… они ведь не делили между собой мою мать? — с отвращением спросила я.

— О нет, боже мой, конечно нет, — поспешно ответил Джон Джеймс.

— Вы уверены? По-моему, я бы этого уже не выдержала.

— Нет, нет, нет. Для Малика Алина была под строжайшим запретом. Бальтазар лично проследил за этим.

— Слава богу. — Я вытерла пот со лба.

— Нет, женщин они делили, но не Алину. — Джон Джеймс на мгновение задумался. Когда его взгляд вновь обрёл ясность, он продолжил: — Малик отличается от Бальтазара. Хотя его воспитывал Бальтазар, Малик умён — намного умнее своего наставника. Он замечает каждую мелочь. Он хитёр, расчётлив и прекрасно умеет играть на чужих чувствах. Всё шло хорошо, пока Малик не влюбился в Рождённую временем по имени Лейла. Она стала для него всем. Он был ею одержим.

Он задумчиво коснулся губ.

— Так вот… когда Лейла узнала о его тёмной сущности, она воспротивилась. Она сказала: «Я хочу нормальной жизни!» Сами понимаете, для демона это практически невыполнимое требование. И всё же Малик попытался изменить своё поведение. К сожалению, ничего не вышло. Чтобы сохранять свою силу, ему необходимо было убивать. Тогда Лейла узнала, что кинжалы Солнца и Луны способны избавить его от тьмы.

— Правда? — Я прижала ладони к щекам.

— Да. Кто-то рассказал об этом Лейле. Тогда же она и Малик выяснили, что Бальтазар тоже охотится за этими кинжалами. Только ему они были нужны совсем по другой причине — чтобы стать ещё сильнее. — Джон Джеймс вздрогнул. — Ох… если кинжалы Солнца и Луны попадут в руки Бальтазара, случится нечто ужасное. Поистине ужасное. Весь мир погрузится в хаос.

— Почему? — спросил Марселиус.

— Потому что Бальтазар сможет править всем миром! — Джон широко развёл руками. — Он сможет погрузить мир во тьму и уничтожить всех людей!

Я невольно ахнула.

Несмотря на свою слабость, я вдруг почувствовала невероятную решимость найти кинжалы и любой ценой не позволить Бальтазару завладеть ими.

Джон Джеймс покачал головой. Морщины вокруг его глаз стали ещё глубже от тревоги.

— Это было бы настоящей катастрофой. Он заставил бы людей убивать друг друга, а затем пожирал бы их души. Его сила стала бы настолько огромной, что уже ничто и никто не смогли бы его остановить.

Я повернулась к Марселиусу.

— Мы не можем позволить ему заполучить это оружие!

— Ну вот. Наконец-то у нас появился план, — сказал Марселиус с самодовольной усмешкой.

Я презрительно фыркнула, полностью проигнорировав его замечание.

— Итак, Малик хотел найти оба кинжала, чтобы перестать убивать и навсегда остаться с Лейлой. Он пришёл к Бальтазару и рассказал ему о своём плане. Это была ошибка, но он был влюблён. — Джон Джеймс тяжело вздохнул. — Он сказал: «Если я найду кинжалы Солнца и Луны, то перестану убивать и останусь с Лейлой. И ты тоже сможешь перестать убивать и быть с Алиной». По всей видимости, он долго умолял и убеждал Бальтазара. Но Бальтазара интересует только власть. Его полностью поглотило стремление завоевать мир. И знаете, что он сделал? Он убил Лейлу. А затем заточил Малика за то, что тот ослаб из-за любви.

Я прижала кончики пальцев к губам.

— О боже… Какая же он мразь! Но Малик ведь не погиб, правда? Если ему известно, где мамин дневник, значит, он должен быть жив.

— Я не знаю. Одни говорят, что он мёртв. Другие утверждают, что видели его живым. — Джон Джеймс плотно сжал губы.

— А вы сами как думаете?

— Думаю, он где-то жив. Более того… я убеждён, что ему удалось сбежать. — Джон пристально посмотрел на меня своими голубыми глазами. — Бальтазар считает его мёртвым. Но я думаю… нет, я знаю, что Малик скрывается в тенях. Он выжидает. Терпеливо ждёт своего часа. Строит планы. Плетёт интриги. Готов поклясться в этом. Малик знает все тайны Бальтазара. Все его слабости. Чёрт возьми, он знает о нём абсолютно всё. Именно поэтому, если вы найдёте Малика, он поможет вам. Вы сможете помочь друг другу.

Я бросила взгляд на Марселиуса.

Неужели он подумал о том же, о чём и я?

Затем я снова посмотрела на Джона Джеймса.

— Что значит «скрывается в тенях»?

— Именно это и значит. По словам моих осведомителей, он таится. Выслеживает. Прячется в тенях. И ждёт, словно хищник, стоящий на вершине пищевой цепи. — Лицо Джона стало жёстким, словно он запер все двери перед надвигающейся бурей. — Если кто и способен годами терпеливо ждать подходящего момента, готовясь нанести удар Бальтазару, так это Малик. Время