Читать книгу - "Любовь, рожденная в аду - Светлана Тимина"

Она открыла шкаф и выбрала простое белое платье, не задумываясь о том, как оно подчёркивает её хрупкость и почти девичью невинность. Бросила взгляд в зеркало — отражение ангела. Но внутри — вулкан.

Так хотела мама. Чтобы на этом ужине Джулия была леди. Кого она пыталась обмануть?

Джулия не торопилась. Ее мысли непроизвольно вернулись к Кею Кастелло.

Он действительно хорош собой до такой степени, что, не будь необходимости этого дьявольского брака, Джулия бы рассмотрела его как кандидата на секс. Раз, не больше. Она остерегалась мужчин, у которых в глазах горел контроль и жажда поработить.

Что касательно брака – это пусть наивные дуры успокаивают себя тем, что отхватили красавца, когда от его дьявольских проделок стынет кровь в жилах. Если бы ей дали волю, ее супруг принадлежал бы к другим категориям: либо спокойный, уравновешенный, признающий необузданный нрав супруги, либо партнер. И пусть между ними будут искры как при извержении Этны, равноправный союз всегда идеальный вариант.

Не сложилось. Мать изменила самой себе, решившись на этот союз. Что ж, если в силах Джули не допустить его – она воспользуется советами Стефано.

С ослепительной улыбкой девушка спустилась в гостиную. Кей, увидев её, замер. Она выглядела так… чисто, так светло, что у него в голове что-то сорвалось.

Его взгляд стал тёмным, зрачки расширились. Он был доном, закалённым в крови, но эта женщина в белом платье вызывала в нём желание сжечь всё вокруг. Он хотел сорвать с неё эту ткань и заставить рыдать от удовольствия прямо здесь, на глазах у Валентины Санторелли.

Но Валентина хранила железную выдержку. С бокалом в руке она обсуждала детали контракта:

— Как мы и договаривались, Кайро, если брак состоится, твой клан получит долю в наших торговых линиях и часть территории Белла Вера. — Её голос звучал мягко, но глаза оставались хищными.

Кей кивнул, его внимание всё ещё было приковано к Джулии, которая остановилась чуть поодаль, скрестив руки на груди.

Как ее глаза затуманиться слезами и страстью, когда он возьмет ее натиском? Как эта дерзкая красавица поплывет в его руках, забыв собственное имя?..

Из фантазий, спасая мужчину от неминуемой эрекции, вырвал звонкий голос самой причины этих самых фантазий.

— А что с портом в заливе? — спросила Джулия, и в её голосе зазвенела сталь. — Этот объект важен для нашей семьи. Я требую оставить его под контролем именно нашей семьи. Он слишком важен. И вам это известно, дон Кайро.

Кей поднял брови. Ему понравилась её дерзость, но ещё больше — мысль о том, как он её проучит. Валентина лишь слегка улыбнулась, а затем посмотрела на свой телефон.

— Простите меня на минуту, — сказала она, вставая. — Мне нужно сделать один звонок. Предлагаю вам обоим выйти на лоджию и обсудить оставшиеся вопросы.

Кей обернулся к Джулии, его глаза сверкнули.

— Ну что, жёнушка, спектакль удался, — усмехнулся он, но его голос был низкий и опасный. — Но когда я надену кольцо на твой палец, твой мотоцикл станет грудой металлолома. Ты больше к нему не приблизишься.

11.1

Джулия улыбнулась, но глаза её оставались холодными.

— Милый, ты торопишь события. Я не собираюсь отказываться от привычных вещей только потому, что мы заключаем политический брак. Каждый из нас пойдёт своим путём.

Он шагнул к ней ближе, нависая своей огромной фигурой.

— Ты ошибаешься, Джулия, — прорычал он. — Своего пути у тебя больше не будет.

И тогда она улыбнулась, почти нежно, но в её взгляде сверкнула искра вызова.

Кей хищно улыбнулся, его голос стал слегка сиплым от желания и ярости.

— Ты можешь играть в сильную женщину, Джулия, но когда я надену кольцо на твой палец — ты станешь моей. Твоё тело, твои желания, твои привычки — всё будет принадлежать мне.

Джулия не стала играть в свои игры. Она осталась собой. В глазах появился тот оттенок льда, что превращал ее из красивой и жизнелюбивой девчонки в опасную наследницу мафиозного престола:

— Ты действительно думаешь, что купишь меня кольцом? Я тебе не игрушка, Кастелло. Этот брак — это политический фарс, и я буду свободна. У тебя репутация умного мужчины. Я смогу играть роль преданной супруги, если ты составишь мне мою привычную свободу.

Кей не усмехнулся в ответ, как ожидала Джулия. Смотрел – и понимала: его взгляд темнеет, и внутри него словно закипает темное пламя; в груди тяжелеет ярость и желание.

— Свободна? — он тихо рассмеялся, низко и опасно. — Девочка, я не отпущу тебя ни на шаг. У меня было слишком мало свободы в жизни, чтобы позволить её тебе.

Его кулаки сжались. Он ощутил, как желание срывает с него маску спокойствия. Его тело задрожало от того, как сильно он возжелал её здесь и сейчас.

Картины одна безумнее другой — разорвать это неуместное белое платье, подчинить, заставить кричать от удовольствия и страха – настолько сильно завладели его рассудком, что он перестал контролировать себя.

Женщины никогда не позволяли себе такого в его присутствии. И не из-за страха. Не было той, что не пала жертвой его дьявольского обаяния. А если бы кому-то выпал золотой билет стать его женой… Кей обрел бы на всю готовую и покорную рабыню на всю жизнь. Она сама бы надела его кандалы за право просто быть рядом.

Девчонка Санторелли мало того, что не дрожала, не отводила взгляд и не маскировала сбившееся от возбуждения дыхание – она смотрела на него с подчеркнутой вежливостью и демонстрировала желание поскорее закончить разговор, кроме того… выдвинула ему ряд совершенно неприемлемых условий!

А это платье? Она совсем не пыталась соблазнить его своей роковой красотой и подчеркнуть ее уместным нарядом. Она оделась так, как ей удобно. Легкость и шик, подчеркнувшие ее свободу и независимость от чужого мнения. Никаких декольте или силуэта, подчеркивающего изгибы.

Она словно отменила его как самого опасного и желанного мужчину Сицилии!

На короткий миг – почти неуловимо – внутри поднялась волна нераспознанного, болезненного восхищения, которое Кей не пожелал признать в себе. Сделав глубокий вдох, он призвал свою Тьму.

Ту самую, что всегда была его спутником… но почему-то на доли секунды оставила одного, решив отойти в тень.

- Любишь свободу, девочка? – хрипло, пугающе отрешенно произнес Кастелло, нависая над Джулией подавляющей темной тенью. – Я тоже.

Бросил взгляд на охрану