Читать книгу - "Не целуй незнакомца - Хизер Гротхаус"

— Возвращайтесь обратно в кольцо, леди Элис, и дождитесь утра, — сказал ей Пирс, не снижая темпа. — Я не стану вас ждать, а если вы потеряетесь и не сможете найти дорогу домой, то умрете с голоду.

— Может быть, вы по крайней мере проводите меня в Фолстоу? — задыхаясь от бега, спросила Элис.

— Нет.

Это уж определенно. Пирс слышал разные истории о могущественной Сибилле Фокс. И знал о ее игре в кошки-мышки с королем Эдуардом. Она потребует, чтобы он назвал свое имя, а потом постарается упрятать в тюрьму за похищение и совращение девицы. Или выслушает его рассказ и вернет в поместье, где властвует Джудит Энгвед. В любом случае Сибилле не понравится, что человек, имеющий серьезное дело к монарху, бродит вокруг Фолстоу. Ведь он вполне может иметь цель пошатнуть положение женщины, которая держит в своих цепких руках семейное состояние.

У Пирса было достаточно собственных проблем, требующих решения. Пока ему необходимо как можно скорее добраться до Лондона. Причем в одиночестве.

— Я не пойду обратно! — выкрикнула девчонка, стараясь не отстать от него. — Вы не можете меня бросить. Я ваша жена.

Пирс ничего не ответил на этот очевидный бред. Он продолжал идти. Опять заболела голова. Девчонка явно неуравновешенна. Если она не отстанет, то через час или около того они окажутся вблизи Фолстоу. К этому времени она устанет, замерзнет и, увидев родной дом, немедленно побежит туда.

«Вот и прекрасно будет, леди Элис Фокс. Скатертью дорога».

В лесу уже стало опасно светло, когда Пирс нашел берлогу, в которой мог переждать день. Там, где соединялись две массивные поваленные сосны, их ветки и опавшие листья близрастущих деревьев образовали нечто вроде крыши. Пирс со вздохом облегчения забросил свой мешок в это случайное убежище. К сожалению, он не может рисковать, и потому не будет разводить костер.

Он потянулся, чувствуя, как ноет каждая мышца. Сейчас он заберется в этот шалаш, который достаточно велик, чтобы вместить его крупное тело, поест немного черствого хлеба и соленой рыбы и провалится в благословенное забытье.

Кажется, он избавился от маленькой глупышки — Элис Фокс. Она отстала, когда они проходили мимо темного туманного силуэта замка Фолстоу. Помнится, он с немалым облегчением подумал, что больше ему не придется слушать ее дурацкую болтовню об их женитьбе.

Пирс покачал головой, присел на корточки и стал осматривать раны, полученные от необычного питомца Элис — Лайлы. Укусы были не такими глубокими, как ему вначале показалось, хотя и дьявольски болезненными. Ранки уже покрылись коркой и были окружены большими кровоподтеками, поэтому он просто туго перевязал их остатками бинтов, данных ему монахом.

Супруги. Леди Элис Фокс — супруга Пирса Мэллори, простого молочника и печально известного сына хозяина Гилвик-Мэнора. Обхохочешься! Если бы малютка Элис только знала, с кем связалась, она наверняка от страха намочила бы штанишки. Да и леди Сибилла вряд ли была бы счастлива и довольна.

Супруги! Ха-ха-ха!

«Никто и никогда не выйдет за тебя замуж, кроме пастушки или скотницы. Грязный нищий ублюдок!»

Пирс уже привык слышать голоса, периодически звучавшие в его голове. Он нашел даже некоторое удобство в том, что им не надо отвечать. Покачнувшись, он упал на спину, потом повернулся на бок, подтянул к себе мешок и стал рыться в нем в поисках пропитания.

«Уорин должен был утопить тебя сразу после рождения, но его сердце смягчил каш дорогой Беван. И отец решил просто забыть о тебе. Забавно, не правда ли? Ты должен благодарить моего сына за спасение твоей никчемной жизни».

Пирс был почти уверен, что после его рождения отец не имел столь злобных намерений по отношению к нему. Похоже, он действительно предпочел просто забыть о том, что у него есть второй сын. Мать Пирса умерла, когда ему было шесть лет, и у Уорина хватило совести если не взять ребенка к себе, то по крайней мере оставить его на молочной ферме поместья. Теперь Пирс считался хозяином этой фермы, однако он не сомневался, что благодарить за это должен вовсе не обстоятельства своего рождения. Просто он был лучшим в своем деле, и даже жестокая Джудит Энгвед не отрицала его талантов. «В тебе говорит крестьянская кровь», — издевалась она.

Пирс все еще помнил первый год без матери, когда он доил корову и беззвучно рыдал, прижимаясь лицом к ее теплому боку. Он спал вместе с другими деревенскими сиротами на сеновале над хлевом, учился отвоевывать у других сначала еду, а потом и монеты. После смерти матери его никто не защищал. И теперь тоже никто не мог помочь ему.

Мэллори проглотил последний кусок хлеба из своего дневного рациона — по вкусу он почему-то напоминал мокрую шерсть — и запил его вином из кувшина. С сожалением вздохнув, он плотно закрыл кувшин и вернул его в мешок, после чего засунул свои пожитки глубоко в берлогу. Наконец он может уснуть!

Пирс как раз забрался под навес и с наслаждением вытянулся на импровизированной постели из хвороста и прошлогодних листьев, когда услышал, как кто-то с шумом продирается через низкорослый кустарник. Удовлетворенный тем, что его укрытие невозможно заметить с дороги, он заполз еще глубже и закрыл глаза.

Он услышал какие-то визгливые звуки, шелест травы, треск сухих веток.

«Лесные жители вышли на охоту. Им тоже надо добывать себе пропитание».

— Пирс, Пирс, где вы? Ты видишь его, Лайда? Нет? Я тоже. Пи-ирс!

Его глаза сами собой широко открылись. «Этого не может быть».

— Пирс! Я устала! Мне холодно и страшно.

Пирс нахмурился. Ее голос действительно звучал испуганно.

— Да где же вы, черт бы вас побрал!

Впрочем, не очень-то она напугана.

Пирс не мог допустить, чтобы девчонка забрела в чащу леса, заблудилась и замерзла насмерть или стала добычей какого-нибудь зверя. То есть мог, конечно, но тогда он был бы не лучше Джудит Энгвед. Он укажет ей путь в Фолстоу, даже великодушно поделится остатками хлеба и вина, и избавится от этой неизвестно откуда взявшейся на его голову обузы. Сейчас светло, и она через час будет на землях своего семейства. Ну через два, если собьется с прямой дороги.

Он как раз собирался приступить к выполнению нелегкой задачи по извлечению своего измученного тела из укрытия, когда внутрь ворвалась обезьянка, пробежала по нему, села на грудь и громко заверещала, подпрыгивая и колотя его маленькими, но удивительно сильными лапками.

Пирс вскрикнул от удивления, да и от страха тоже — ему вовсе не хотелось, чтобы это зубастое существо снова начало кусаться. Сильным взмахом руки он выбросил обезьяну наружу — она кувырком полетела по земле, оглушительно визжа, — и поспешно выбрался сам. Если уж встречаться лицом к лицу с обозленным зверьком, то не в замкнутом пространстве.

Когда Элис увидела, как Лайла, возмущенно крича, выкатилась из-под поваленных деревьев, то поняла, что ее несговорчивый супруг обнаружен. Девушка бросила свой мешок, скрестила руки на груди и нетерпеливо топнула ногой, ожидая появления Пирса, о чем уже возвестили громкие проклятия.