Читать книгу - "Попаданка в послушницу - Ольга Геннадьевна Росса"

я смогу тихо улизнуть из дворца, не вызвав подозрений у Бутурлина и его людей, — говорила я уверенно, но сердце сжималось от тревоги.

— За тобой будут следить, — кивнул муж, и в его глазах появилась знакомая решимость. — Мне нужно доложить обо всём графу Лорис-Меликову. Сегодня в полночь возьмём князя и его сообщников. Этот трус один не придёт. А ты будешь под надёжной охраной. Я об этом позабочусь.

Илларион покинул корпус, оставив меня в компании кузины. До самого вечера он отсутствовал, и я вся извелась в ожидании, так как время уже поджимало.

Когда супруг появился в моих покоях, я уже переоделась в вечернее платье. Горничная только что уложила мои волосы в причёску и молча удалилась, едва князь переступил порог.

— Прости, Елена, что заставил ждать и переживать, — муж всё прочёл в моих глазах, нежно чмокнул в губы. — Нужно было продумать наши действия до мелочей.

— Понимаю, — я сдержанно улыбнулась.

План действий был прост. В назначенный час я выхожу из зала под предлогом уединиться в уборной и спускаюсь в Нижний сад. Ко мне будет приставлена невидимая охрана из Третьего отделения — маги высшего уровня. Лабиринт окружат также маги из охранки, которые возьмут Бутурлина и его людей. Главное — излучать уверенность, а внутренне быть готовой к любой ситуации.

— Помни, моя душа, минимум риска. Если почувствуешь что-то неладное, уходи, — настойчиво повторил супруг, обняв меня. — И надень бриллиантовую парюру. Артефакт сможет защитить тебя даже от самого мощного магического удара.

— Хорошо, с родовым артефактом действительно будет спокойнее, — вздохнула я, мысленно настраиваясь, что всё у меня получится. Вера в себя уже половина успеха.

Ужин четвёртого дня ассамблеи проходил в Большом дворце, поэтому приглашённых гостей пришло чуть больше обычного, где-то около полусотни: высокопоставленные чиновники с жёнами, члены Совета Десяти и их близкие.

Екатерина была в восторге от шикарного приёма и, сама не зная того, помогла мне своим настроением держать лёгкую непринуждённую улыбку, особенно когда я ловила на себе недобрые взгляды князя Бутурлина и Ольги. Они сидели за столом практически напротив нас с Илларионом. Золовка, заметив на мне фамильные бриллианты, скривила губы. Ох, не даёт ей покоя чужое добро.

Ужин длился больше часа. Бесконечная смена блюд, неутихающие беседы — меня это несколько утомило, и, когда с трапезой закончили, я вздохнула с облегчением. Можно будет молчать и смотреть балет, наслаждаясь живой музыкой.

Гости не спеша переместились в соседний зал, где уже была обустроена невысокая сцена с ковровым покрытием. В углу расположился квинтет. Газовое освещение погрузило зал в особую атмосферу театрального действа. Перед сценой поставили мягкие кресла для императорской семьи и особо приближённых лиц. Следующие четыре ряда кресел предназначались для остальных гостей вечера. Правда, мы не торопились занять места, чтобы сесть поближе к выходу и потом незаметно покинуть представление, когда придёт время.

Как в настоящем театре, распорядитель подал три звонка, и музыканты начали играть вступление. Зрители умолкли, и вскоре на подмостки выпорхнул первый женский дуэт в пышных лёгких пачках. Они словно бабочки летали по сцене, легко и грациозно. Только иногда стук пуантов и шуршание ткани доносилось со стороны сцены.

Представление меня увлекло, и я не сразу заметила, что Бутурлин в зал даже не вошёл. Ольга с Николаем и свекровью сидели во втором ряду, а его не было. Значит, ушёл готовиться к встрече. А вот Плещеев сидел чуть левее в третьем ряду вместе с женой.

Когда пришло время, Илларион взял меня за руку и легонько сжал пальцы, подав мне знак. Я нагнулась к Екатерине, тихо прошептав ей на ухо:

— Мне нужно выйти освежиться. Никуда не уходите, дождитесь меня.

— Сопроводить вас, княгиня? — девушка была готова исполнить свои обязанности, но по глазам я видела, что пропускать представление даже на пять минут ей не хотелось.

— Не нужно. Дежурный лакей поможет мне. Наслаждайтесь искусством танца, кузина, — улыбнулась я, взглянув на сцену, где пара исполняла танец влюблённых.

Я тихо покинула зал. На выходе один из дежуривших лакеев предложил свою помощь, но я вежливо отказалась и поспешила к лестнице.

Оказавшись на пустой террасе, я уже не торопилась. Нужно время, чтобы Илларион следом за мной покинул зал. Я поёжилась от прохладного воздуха и расправила шёлковый палантин, скрыв обнажённые плечи. Спиной ощущала, что за мной наблюдают. Надеюсь, это люди Третьего отделения.

Когда справа мелькнула тень, направившаяся в сторону каскада, я поняла, что супруг рядом, и пошла к лестнице. Сердце гулко билось в груди, я быстрым шагом двигалась по парку, миновав золотого Самсона. Фонтаны уже отключили, и только листья деревьев тревожно шелестели, будто предупреждали меня, что не время для позднего променада.

Я старалась ступать осторожно, но гравий под ногами предательски шуршал. Казалось, что мои шаги было слышно на весь парк. Собравшись с духом, я вошла в лабиринт. Днём он казался совсем другим. Аккуратные шпалеры и ровные стены кустов превратились в глухой барьер, который скрыл меня от всего мира. Стало вдруг страшно, будто я попала к самому Минотавру, но пути обратно нет. Заблудиться здесь было трудно, дорожка вела прямо к уснувшему на ночь фонтану.

Выйдя к каменному бассейну, где стоявшая вода напоминала чёрное зеркало, я почувствовала, что тут не одна.

— Доброго вечера, Ваша Светлость, — раздался низкий голос, и в тени шпалер показался чёрный силуэт. — У нас мало времени. Давайте по существу.

Князь не приближался, словно боялся меня.

— Вы готовы дать ответ, Василий Фёдорович? — спокойно произнесла я.

— Да. Я принимаю все ваши условия, светлейшая княгиня, но вы же понимаете, что на подготовку документов уйдёт не один день, — вкрадчиво проговорил он, и я вдруг ощутила, как на груди бриллиантовое колье тихо завибрировало. Что с ним? Неужели на меня кто-то пытается воздействовать магией?

— Прекрасно понимаю ваши опасения, князь, поэтому готова дать вам неделю на оформление дарственной. Я подожду. Лавку всё равно не завтра открывать, — театрально вздохнула я. — Вот только зря вы пришли не один,