Читать книгу - "Секреты прошлого - Кэти Келли"

Где же великолепные асиенды? Где уютные кафе и дорогие бутики, по которым ходят звезды, где голливудский гламур? Только большие черные джипы с мордоворотами за рулем, слушающими странную музыку, от мощи которой дрожал асфальт. Только тощие девицы с осунувшимися лицами и густо подведенными глазами, в развязных позах стоящие вдоль улицы под витриной напротив. Никто никому не улыбался, люди избегали смотреть прохожим в глаза, словно опасаясь получить по физиономии.

Засыпая, Эмбер молилась о том, чтобы остальной Лос-Анджелес оказался другим, более чистым и красивым, чем тот, в котором поселились они.

Утреннее солнце было таким типично калифорнийским, ярким, что в его лучах улицы перестали пугать Эмбер. Подумаешь, грязные тротуары! Всего лишь некачественная работа уборщиков!

— Вернись в постель, — позвал Карл, зевая, из-под одеяла.

Эмбер стояла у окна в стрингах, солнечные лучи золотили кожу, и Карл невольно залюбовался стройной фигуркой подружки.

— Ты зовешь меня в постель? — игриво спросила Эмбер, оборачиваясь. — А я тебе по карману, малыш? — Она подошла ближе, чтобы Карл мог дотянуться рукой, и тряхнула волосами.

— Даже не знаю, — сказал Карл, хватая ее за руку и притягивая к себе. — Конечно, пока я на мели, но вскоре в моих карманах будет куча бабок. Может, пока возьмешь чек, детка?

Эмбер обняла Карла.

— Только ради тебя, малыш.

Всего через полдня их судьба совершила крутой вираж, жизнь изменилась до неузнаваемости. Все решил один-единственный визит к продюсеру. Это был тщедушный человечек с пронзительными черными глазами, которые буквально просканировали каждого члена группы. Он сказал, что остался доволен демозаписью команды, предложил сразу подписать контракт и посоветовал адвоката на случай, если какие-то пункты договора покажутся ребятам спорными.

Услышав последнее заявление, Эмбер удивленно подняла брови: составитель контракта предлагал услуги собственного адвоката на случай возникновения спорных моментов? Разве это не называется «конфликт интересов»? Следует искать стороннего юриста, который станет отстаивать интересы группы, потребует более высоких процентов и комфортных условий работы. Однако ребята ни секунды не сомневались в словах продюсера.

Результатом переговоров стал небольшой аванс, выданный Майклом Левином, а также вселение в отель такого класса, какой до этого момента группе был не по карману. Всего пара часов, и вот уже ребята переносили свои пожитки в четыре прекрасных сьюта в гостинице «Санта-Анджелина», у парадного входа которой росли высокие ухоженные пальмы. Коридорный, провожавший ребят до номера, посмотрел на них с жалостью. Наверное, они целиком провоняли, подумала Эмбер, бросаясь в душ. Перед глазами все еще стояли ужасные ванные комнаты с треснутыми раковинами и потеками бурой ржавчины в унитазах, с облупленной плиткой и тараканами, приходившими на водопой к непросыхавшим лужам на полу. Поэтому Эмбер не терпелось поскорее оказаться в прекрасной мраморной ванной с золочеными кранами, понежиться в теплой пене, а затем вытереться пушистым белым полотенцем, какие предлагала гостям «Санта-Анджелина».

— Вот это местечко! — воскликнул Сид, осматривая номер Карла и Эмбер.

— Никогда в таких не бывал, — согласился Лу.

— Расслабьтесь, парни, — сказал Карл, пытаясь выглядеть непринужденно. — Скоро привыкнете к подобной роскоши.

Эмбер ощутила секундную вспышку раздражения: какого черта Карл изображал из себя крутого? Всего пару часов назад закончилась ужасная двухнедельная эпопея с путешествием по стране, во время которого они питались дешевой китайской лапшой и спали на продавленных диванах с грязными простынями. Да от них все еще разило потом и грязью, а Карл уже принялся выпендриваться! Конечно, парни легче переносили лишения — даже в грязных майках и потертых штанах они выглядели круто, тогда как у нее волосы стали сальными и висели жалкими прядками, обветрились губы и болели в туфлях опухшие ноги.

Утром Эмбер постучала в номер Сида. Приятель открыл дверь, замотанный в полотенце, с сигарой в одной руке и пультом от телевизора в другой. На огромном экране позади него мелькали кадры остросюжетного боевика, на столике лежали остатки сандвича, высился бокал с шампанским.

— В чем дело, детка? — спросил Сид, улыбаясь.

— Ты прекрасно вписался в интерьер, — усмехнулась Эмбер.

Странно, но в последние дни она чувствовала себя более комфортно в компании Сида, нежели наедине с Карлом.

— Мне по душе такая жизнь. Хотя привыкать к роскоши не стоит, ты это верно подметила. Никогда не знаешь, куда выведет кривая.

— Я знала, что у нас все получится, — пожала плечами Эмбер. — Даже не сомневалась, что нас ждет успех. Но жизнь непредсказуема, правда? Сегодня спишь в компании тараканов, завтра ешь золотыми приборами, а послезавтра можешь очутиться на помойке. Я просто стараюсь быть реалистом.

— Знаю, Эмбер. — Сид втащил ее за руку в свой номер. — Тебе роскошь тоже к лицу. Расцвела, глаза сияют.

— Еще бы! Я чувствую себя ухоженной и чистой, — расхохоталась Эмбер. — А то мне уж начало казаться, что я никогда не отмоюсь. Вот только надеть нечего.

— О, шопинг! Это у вас, девушек, в крови. Лола точно такая же — постоянно ноет, что ей нечего надеть. Полный шкаф шмоток, а ей надеть нечего! Конечно, в твоем случае все иначе… — Сид порылся в сумке, валявшейся на диване, и достал несколько купюр. — Здесь около сотни баксов. Не много, конечно, но у меня больше нет. Напишем альбом — деньги будут! А пока возьми это.

— О, ты чудо! — Эмбер порывисто обняла Сида и похлопала по спине.

— Да ладно, детка, — засмеялся тот. — Будешь так бросаться на шею, Лола спинным мозгом почувствует беду и начнет названивать с вопросами, не завел ли я себе другую.

— Да уж конечно! — Эмбер погрозила Сиду пальцем. Она знала, что он скучает по своей подружке, оставшейся в Ирландии. — Только Карлу не говори о деньгах, ладно?

— Договорились. Я все понимаю.

Спускаясь в лифте на первый этаж, Эмбер продолжала размышлять над последними словами Сида. Что именно он понимал? То, что трещина между ней и Карлом становилась все шире? Что она не может просто так подойти к любимому мужчине и попросить у него деньги на одежду? Что именно Сид имел в виду?

В Нью-Йорке Фей уже была готова смириться с поражением. Ей было одиноко. Дочь ни разу не позвонила на мобильный или домой. Фей неоднократно проверяла автоответчик, но все было напрасно. От этого желание проверять его становилось все навязчивее, доводило до исступления.

Все чаще Фей преследовала мысль, что она больше никогда не увидит любимую дочь. От этого ей было так паршиво, что хотелось выть. Она держалась из последних сил.

Когда Джози позвонила узнать о ходе поисков, Фей едва не заплакала.

— Полагаю, тебе она тоже не звонила? — спросила она у матери с затаенной надеждой.