Читать книгу - "Семь смертоносных шипов - Эмбер Хэмилтон"

— Что вам от меня нужно? — говорит она, высоко подняв подбородок.

— У королевы Марии есть зеркало. Вы поможете нам его уничтожить, — говорю я. — Королева использует свою магию, чтобы терроризировать нас. Но вы знаете о ее силе больше, чем кто-либо другой, не так ли?

— Я действительно проявляла особый интерес к способностям королевы, — она властно скрещивает руки на груди. — Но я не могу просто взмахнуть рукой и заставить ее ужасы исчезнуть. Мне понадобятся определенные вещи…

— Вещи вроде этой? — Я лезу в карман и достаю маленький серебряный колышек.

Она ахает.

— Каким чудом ты попала в мой кабинет?

— У меня талант к замкам.

Профессор фыркает.

— Что ж, он тебе понадобится, чтобы уничтожить зеркало и разорвать ее связь с магией. Оно не выдержит контакта с чистым серебром. Что ж, я поблагодарила бы тебя за мое освобождение, но, учитывая, что твое существование — первопричина моего ареста…

— Хорошо, — прерываю я ее. — Тогда идем.

Я подталкиваю профессора вперед, позволяя ей вести нас. Каждое мгновение промедления приближает нас к рассвету, когда у Роуза не останется времени.

Пока мы проходим мимо камер к выходу, я бросаю взгляд на Сериз и замечаю, что она смотрит на меня со странным, озадаченным выражением.

— Что?

— Ви… ты что, какая-то принцесса?

Я пожимаю плечами.

Ее лицо выражает смесь благоговения и веселья.

— Ну что ж. Придется попрактиковаться в реверансах.

— Заткнись.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Мы крадемся вверх по чудовищным изогнутым лестницам под огромными люстрами, окруженные великолепием Королевства, которое считает меня своим врагом. Я принадлежу другому.

— Зеркало королевы Марии в ее покоях, — шепчу я Сериз и профессору Борхес, пока мы пробираемся по коридорам. — Нам остается только надеяться, что его не убрали после ее «смерти».

— Серебряный колышек может пригодиться, если мы столкнемся с чем-то, что Королева сотворила, чтобы запугать нас, — говорит профессор.

— Тогда пусть он будет у Виолы, — говорит Сериз.

Глаза профессора сужаются. Она явно не считает, что я должна обращаться с ее вещами, и, по правде говоря, я с ней согласна. Я протягиваю колышек Сериз.

— Нет, — говорит она, вскидывая руки. — Виола, возьми его ты.

— У меня есть мои тени.

— И горгулья, — добавляет профессор Борхес.

Это звучит странно.

— О. Да, пожалуй, верно. — Я бросаю взгляд вниз, на Святого Ваффлса, трусящего рядом с нами.

Профессор приподнимает брови.

— Твои родители прислали его с тобой в Арагоа для твоей защиты. Ты не замечала, насколько он необычайно предан?

Я смотрю на приземистую фигуру Ваффлса, а он смотрит на меня, тяжело дыша с улыбающейся мордой.

— Я думала, это просто его характер.

Профессор Борхес фыркает.

— Горгульи — грозные существа, создания чистой ночи, обученные защищать своих человеческих спутников от всякого зла. Они готовы растерзать врагов, превратить угрозу в лохмотья плоти и костей за считанные мгновения, если почувствуют опасность.

Язык Ваффлса небрежно свисает из его пасти.

— Он ужасен, — говорит Сериз.

Профессор ощетинивается.

— Не стоит недооценивать горгулью, девочка. Это будет ошибка, которую ты никогда не забудешь.

— Хорошо, — говорю я. — У меня есть Ваффлс и мои тени. Сериз, возьми серебро.

Она ворчит, но забирает колышек у меня.

— Хорошо. А теперь не отставать.

Я выглядываю в окна, пока мы проносимся мимо них. Туман все еще черный — никаких признаков солнца. Это слабое утешение.

Я задыхаюсь, в боку колет от острой боли, пока мы поднимаемся на верхний уровень замка, к королевским резиденциям. Я поворачиваю за угол, ожидая увидеть коридор, ведущий в покои Королевы, но предстает зрелище совершенно неправильное, хотя и знакомое — зал перед тронным залом.

Я останавливаюсь на бегу, Сериз и Ваффлс рядом со мной, профессор отстает. Этот зал больше других, с великолепным потолком, на котором изображены лики святых среди облаков и лучей славного солнечного света. При тусклом освещении люстр картина, должно быть, внушавшая трепет, кажется чем-то смутно зловещим.

— Это неправильно, — говорю я. — Должно быть, мы свернули не туда.

Профессор цокает языком.

— Ты привела нас в тронный зал. Я-то думала, ты знаешь, куда идешь.

Я качаю головой.

— Я была уверена, что это нужный путь, я просто…

Слова застревают в горле, когда я оборачиваюсь. На другом конце коридора, там, откуда мы пришли, — тупик.

— Какого черта? — бормочет Сериз, оглядываясь по сторонам. — Что происходит? Куда делся коридор?

— Это Королева, — шепчу я. Я возвращаюсь к тому концу коридора, из которого мы только что вышли.

Это иллюзия, думаю я уверенно. Как и безликие стражники. Как и жуки в моем супе.

Я протягиваю руку к стене, умоляя свою ладонь пройти сквозь нее, словно сквозь дым. Но вместо этого ладонь ударяется о темные обои с вышивкой, и ощущение нитей под пальцами кажется абсолютно реальным.

— Невозможно, — выдыхает профессор Борхес. — Это магия, которую я никогда не видела.

Я сглатываю.

— Она становится сильнее.

Она питается страхом. И даже от этой мысли паника сжимает грудь. Я закрываю глаза и глубоко вдыхаю, ладонь все еще плотно прижата к стене.

Спокойствие.

Контроль.

Я не дам ей своей силы.

Я разворачиваюсь на каблуках к Сериз и Борхес, осматривая комнату, которую Королева создала из коридора, где мы только что были. Никаких дверей. Кроме одной.

— Хорошо. Есть только один путь вперед.

Я делаю шаг к дверям тронного зала, но Сериз останавливает меня, положив руку мне на локоть.

— Разве мы не попадаем в ловушку?

— Да, — говорит профессор Борхес, скрестив руки. — Ты играешь ей на руку.

— У нас нет выбора.

Я тянусь к дверям и медлю, когда рука касается прохладной золотой ручки. Делаю еще один успокаивающий вдох и толкаю дверь.

В тронном зале — кромешная тьма. Здесь нет окон, и канделябр освещает лишь несколько футов перед нами. Роскошный алый ковер поглощает звуки наших шагов, пока мы пробираемся вглубь зала. Мои тени умоляют отпустить их, готовые нанести удар в любой момент. Мы углубляемся во тьму, и колеблющийся свет свечей выхватывает троны и пустые кресла принцесс рядом с ними.

— Здесь никого нет, — шепчу я.

Слова едва успевают сорваться с моих губ, как до слуха доносится низкое, мягкое рычание. Рычание, которое определенно не принадлежит Ваффлсу. Сердце подпрыгивает к самому горлу, когда я поворачиваюсь в ту сторону — к темноте за тронами.

— Что это было? — спрашивает Сериз.

— Мы должны уйти, — говорит профессор Борхес. — Сейчас же.

Мы поворачиваемся и бросаемся к двери. Профессор добегает первой, тянется к ручке… но ее нет. Дверь превратилась в сплошную стену. И я едва слышу слабый звук — скрежет и поскуливание с другой стороны.

— Ваффлс остался