Читать книгу - "Создатели: сотвори меня снова - Екатерина Слинкина"

– Счастливым? Разве… – хотела возмутиться девушка.

– Не торопись. Ты разделяешь все на черное и белое, считаешь, что человек может быть либо хорошим, либо плохим и поступать соответственно правильно или нет. Не думала ли ты объединить и то, и другое? Как насчет золотой середины и правила баланса вселенной? Где одно не может существовать без другого.

Кайра двигалась медленно, внимательно вслушиваясь в слова собеседника.

– Человек может совершить зло, возможно, даже непоправимое, а затем совершить и ангельский поступок один или даже несколько. Это, конечно, не значит, что зло забыто, но оно не должно перечеркивать всего остального – хорошего. Все совершают ошибки, но не все способны или хотят их исправить. А, если уже поздно, извлечь урок и продолжить правильный путь. С чувствами немного сложнее. Особенно, когда речь идет о сильных и противоположных чувствах, – Николай словно знал наперед мысли, терзающие девушку.

– Например, о любви и ненависти, – произнесла Кайра, в надежде, что Николай даст ей объяснение. На самом деле она хотела задать вопрос, но не позволила себя выдать, хотя все и так было очевидно, особенно Николаю.

– Да. Но прежде чем их сравнивать, человек должен понять, не путает ли он любовь с влюбленностью или страстью, а затем уже сравнивать выбранный вариант с чувством ненависти. Ведь, если человек влюблен или испытывает страсть, это временное явление, поддавшись которым, их поглотит ненависть. А вот, если это любовь… Она прощает все! Абсолютно все. Ты можешь попытаться понять, почему человек поступил так или иначе, тогда простить будет проще. Ты можешь себе это позволить? Простишь все? – оба остановились, так как они уже пришли к намеченной беседке.

– Это роскошь… – промямлила девушка.

– Вот именно! Прощение и любовь – это роскошь. Ты подумай, хорошо подумай! Или забудь! Ведь это всего лишь мои убеждения, а людям свойственно ошибаться, – мило улыбнулся Николай.

– Да вы – философ! – прокомментировала Кайра, пытаясь скрыть, что слова мужчины поселились в ней.

– Надеюсь, это комплимент, – произнес мужчина, а затем вернулся к предыдущей теме: – Кайра, я знаю Марка с молодости. Он далеко не святой и совершал много ошибок, порой жестоких ошибок, но он, как никто другой заслуживает снисхождения. Поверь мне! Впустив его в свое сердце и позволив ему раскрыть тебе душу, ты узнаешь много интересного, в том числе, почему он так поступает.

Кайра, казалось, задумалась, но тут же уловила какие-то неточности:

– С молодости? Чьей молодости? – нахмурилась она.

Николай продолжал мило улыбаться.

– Твой чай готов! Я попросил принести тебе клубничных кексов, они только что из печи, так что не отказывай себе в удовольствие, – еще раз одарил девушку заботливой улыбкой мужчина, игнорируя последний вопрос, а, услышав слова искренней благодарности, удалился.

Кайра же осталась со своими мыслями, рассуждая на тему «А что, если…», перекидывая поступки Марка на плечи Вила и наоборот, а затем, пытаясь понять, простила бы она кого-либо из них за жестокие ошибки или нет. Но решающим вопросом, ответа на который Кайра, не смогла дать, стал: «А, может, Вил никогда бы не поступил, как Марк?».

Тем временем

– После тщательных проверок патогенных генов не обнаружено. Да, и интересующий нас эксперимент прошел успешно, – без особой радости и впечатлений произнес Крупельников, только что вошедший в кабинет работодателя.

– Я знал, что это она, – вздыхая, словно надеялся на обратное, произнес Марк, что для типичных ситуаций ему было несвойственно.

Профессор с призрением оценил подобную реакцию, ведь он всю свою жизнь посвятил идеям Марка и служил ему верой и правдой, лишь иногда выходя за рамки дозволенного, но исключительно в целях преуспеть в намеченном.

– Вот и хорошо. Тянуть незачем. Завтра же введу ей экспериментальный образец, – Крупельников даже и не думал ждать одобрения, поэтому после своих утвердительных слов, молча, собирался выйти.

– Не смейте! – выкрикнул Марк, подскакивая с удобного кресла. Оказавшись на ногах, ему даже пришлось внутренне побороть свое возмущение, чтобы ровным голосом озвучить остальное: – Олег Николаевич, проведите еще один эксперимент с имитатором живого организма, я параллельно займусь тем же. Мне нужно проверить все тщательно, прежде чем принять окончательное решение.

– Окончательное решение?! – раздался грубый крик недовольного ученого. – Это решение было принято пятьдесят лет назад, когда твой отец, как две капли воды, похожий на тебя, пришел ко мне юному, предлагая кучу денег и выдвигая фантастические теории! Я всю свою жизнь посвятил лабораторным крысам в надежде осуществить его, а потом и твои планы! – старик был в жуткой ярости, его глаза наполнялись гневом с каждым сказанным словом: – А теперь, когда мы нашли подходящий объект для эксперимента, ты говоришь, что я прожил жизнь зря? Ты думаешь, я так спокойно вот-вот отдам концы, так и не узнав, смог бы я изменить ход истории или нет?

– Я ценю все, что вы для меня сделали, но девушка пока останется просто под наблюдением. Продолжайте ставить эксперименты с крысами, может, нам удастся изменить людей благодаря ее крови, и вообще не придется разрушать ее ДНК, – пытался усмирить разъяренного профессора Марк.

– Знаешь, что?! – Крупелников твердыми шагами приблизился к Марку. – Я не для того положил свою жизнь и свой труд, чтобы ты, когда вздумается, забавлялся с молодой девицей, которая может послужить величайшему открытию и изменить мир навсегда. Я здесь именно для нашего решающего эксперимента, и я осуществлю его.

Марка обескуражила такая решительность оппонента, но он быстро нашелся:

– Думаете, я не знаю ваши истинные мотивы? Не прикрывайтесь всем миром. В первую очередь все это вы делаете для себя. Ваш отец, Николай Викторович, как и вы, работал в главной лаборатории. Он рассказывал замечательные истории о своей семейной жизни, например, о красавице жене – Кристине, кстати, он ни капли не преувеличивал ее достоинства, о детстве своего сына – о вашем детстве. Он с энтузиазмом делился вашими успехами и достижениями. Вы ведь молодой ученый, и этого будет мало сказать! Также он не упустил момента поведать о том, что и вам внушает продолжить его карьеру. Но главное, что он заразил вас идеей найти ключ к самой желаемой всеми людьми особенности – к продолжительной жизни, а может, даже к бессмертию.

Крупельников пристально смотрел на Марка, поглощая каждое его слово. Сейчас он слышал в них намеки, что способны дать ответ на вопрос, который так давно мучил его.

– Откуда ты знаешь, что говорил мой отец? И о моей матери? Ты никогда не интересовался моей семьей, – профессор уже многие годы догадывался об ответе, но до последнего не мог в это поверить.

– Знаете, у людей принято обращаться к старшим с уважением, никогда не грубить, не перечить, употреблять только личные местоимения второго лица множественного числа. Вы ведь всегда сомневались, что это мой отец пришел к вам с интересным предложением, когда вы сидели над умирающей Кристиной, держа ее за руку в больничной палате? …Так задумайтесь! Может не стоит перечить старшему поколению?