Читать книгу - "В Ад - Бренда К. Дэвис"

и она им нравится. Большинство из них не пойдут ни за кем, кроме того, кого они считают своим лидером. Некоторые из них могут быть здесь с Люцифером, но я в этом сомневаюсь. Демоны сотой печати — это совсем другая история. Они жаждут мести.

Я выпустил еще одну стену огня, которая сожгла горстку демонов низшего уровня. За дымом от их тел я заметил Ликс и скеллейнов, которые пытались направить Эрин и Варгаса в нашу сторону. Лопан сидел на плечах Калаха, когда тот бросал золотые шары из своего котла. Шары взрывались, когда ударялись о землю, отбрасывая преследующих их демонов и оставляя небольшие вмятины в земле.

Когда шары попадали в демонов, они отрывали части тела или распадались на части, превращаясь в жидкость, которая заливала им лицо и глаза. Как только она попала в них, демоны упали на колени и начали кромсать свои лица, пытаясь оторвать ее от себя.

Как только один из них погибал, на его место из тени появлялись другие. Три мантикоры устремлялись вниз, чтобы оторвать людей от земли и поднять их в воздух. Люди кричали, когда их уносило прочь, но эти крики были внезапно заглушены жалами мантикоры.

Мы углубились в лес, и нам стало труднее бороться с теми, кто наседал на нас. Слишком сильный огонь мог охватить весь лес и, возможно, заманить в ловушку большинство наших союзников. Фигуры Магнуса быстро таяли вдали, и у нас не было времени, которое потребовалось бы ему, чтобы замаскировать нас.

На лбу Ривер выступили капельки пота, когда она извлекла из земли еще немного жизни, чтобы использовать ее против демонов, пытающихся добраться до нее. Пока я наблюдал, она подняла обе ладони в стороны. В ее правой руке сформировался золотисто-белый шар, а из левой вырвалась вспышка огня. Она с минуту таращилась на них, прежде чем ухмыльнуться и, взмахнув руками, оттолкнуть их от себя. Она швырнула энергию в демона бартон, в то время как огонь поджег демона более низкого уровня.

— Новый талант? — спросил я, повалив демона на землю. Используя когти, я отрубил ему голову. Я метал огонь в других демонов, пытавшихся приблизиться к нам, отталкивая одних и поджигая других.

— Очевидно, — ответила она. Она подняла руки, но на этот раз из обеих ее ладоней вырвался только огонь. — И нерегулярный.

Жизненная сила Рафаэля валила деревья направо и налево, рассеивая некоторых демонов и ангелов, но другие падали, заполняя дыры. Еще один энергетический шар Рафаэля был пойман ангелом, который метнул его в Корсона. Корсон бросился на землю и перекатился, прежде чем подняться на ноги, в то время как мантикора развернулась боком, чтобы нырнуть сквозь деревья на Эрин.

Упершись ногами в землю, Эрин выстрелила в существо из пистолета. Кровь хлынула из отверстий в его груди и выступила бисеринкой в центре лба, но оно продолжало двигаться, подняв жало, готовясь нанести удар. Ривер вскрикнула и выстрелила в него энергетическим шаром. Мантикора развернулась, чтобы избежать удара.

Корсон прыгнул вперед. Его рука опустилась на плечо Эрин, и он использовал ее, чтобы подняться выше в воздух. Одним взмахом когтей он отсек голову мантикоры от туловища. Голова откатилась в сторону, но из-за инерции ее тело врезалось в Корсона и Эрин. Они пролетели пять футов по воздуху, прежде чем упасть на землю и покатиться по ней. Скеллейны, не обращая внимания на Корсона, бросились помогать Эрин подняться на ноги. Они озабоченно кудахтали над ней, в то время как Корсон хмуро смотрел на них.

Стоявшая рядом со мной Ривер выпустила поток энергии в нападавших на нас бартон. Они постояли секунду, прежде чем схватиться за грудные клетки и показать свои разорвавшиеся сердца. Мой огонь уничтожил еще нескольких демонов нижнего уровня и три дерева позади них. Гончие окружили нас, подбираясь все ближе и ближе по мере того, как все больше моих последователей падали от рук краетонсов.

Одна из гончих взвизгнула от боли. Внутри себя я почувствовал, что моя связь с самцом оборвалась. Печальный вой самки эхом прокатился по деревьям. Когда она завыла снова, все собаки подхватили ее крик, но ее убитый горем голос по-прежнему отличался от остальных.

Затем, внезапно, падшие взмыли в небо. Их внезапное исчезновение вызвало странную тишину, воцарившуюся в лесу, когда люди направили свое оружие на деревья. Краетонсы продолжали окружать нас, но многие из них отступили, чтобы слиться с тенями. Мои зубы сжались, а губы приоткрылись, когда я увидел, к чему нас привели краетонсы.

Я повернулся к Ривер, чтобы помешать ей увидеть то, что лежало за ней, но было слишком поздно. Слезы наполнили ее глаза, когда она посмотрела на широко открытое, залитое кровью поле перед нами. Она поднесла руку ко рту, и ее кожа заметно побледнела, а колени подогнулись. Схватив ее за руку, я удержал ее на ногах.

Каим приземлился рядом с ней и сложил крылья за спиной. Его полные ужаса глаза на мгновение встретились с моими, прежде чем они вернулись к месту побоища. Среди обильного количества крови было так много человеческих тел и частей тела, что было трудно отличить одно от другого. Я видел много зверств в Аду, на мою долю выпало немало пыток и смертей, но я никогда не видел ничего подобного тому, что ждало нас впереди.

Мы нашли пропавших жителей городка Риверс.

Я крепче прижал ее к себе, когда дрожь сотрясла ее стройное тело. Наклонив голову, Ривер вытерла слезы, когда первая из них упал на землю. У нее вырвался тихий всхлип, но я знал, что был единственным, кто услышал его, когда она сжала губы и судорожно вздохнула.

Когда Каим оглянулся на меня, он покачал головой. Один из падших или нет, человечность Каима была очевидна в том, как опустились его плечи и как он расправил крылья, словно обнимая себя. Даже он не ожидал от Люцифера ничего подобного. По правде говоря, как бы я ни ненавидел этого ублюдка, я тоже этого не ожидал. Я бы никогда не сказал, что Люцифер был в здравом уме, но он всегда держал свое безумие на привязи. Эта привязь оборвалась.

— Я навсегда потерял своих братьев и сестер, — пробормотал Каим.

— А ты думал, что у тебя был шанс этого не сделать? — я спросил.

Радужные цвета его глаз казались более яркими из-за блеска воды в них.

— Я надеялся, что если я смогу сохранить хоть какое-то подобие здравомыслия и человечности, то, возможно, и они смогут. Они были… — Он покачал головой