Читать книгу - "Пленённая - Брэнди Элледж"

— Трев и его брат-псих отрубили мне два пальца. Вот что случилось.

— Ты шутишь?

Я помахала перевязанной рукой у неё перед лицом.

— Стала бы я врать о чём-то настолько безумном? Чудесным образом она совсем не болит. Вообще. И ещё они сказали, что отправили мои пальцы Финну, чтобы он не пошёл на штурм академии и не перебил всех.

Реми так разозлилась, что у неё сжались челюсти.

— Думаешь, Командир сейчас зол? Подожди, пока я приведу тебя к нему и он увидит, что они с тобой сделали.

Я кивнула. Вернуться к Финну казалось мне лучшим, что только могло быть. Архангелы сказали, что я скоро его увижу. Наверное, я просто боялась надеяться, что это произойдёт уже сегодня.

— Ладно, какой теперь план?

Она поджала губы.

— Мне просто нужно вывести тебя наружу. Как только окажемся снаружи, Командир сказал, что дальше сам обо всём позаботится. Очевидно, мы не можем выйти тем же путём, которым пришла я, потому что ты не сексуальный призрак. К тому же есть небольшая проблема. Мы не знали, что кто-то связал твои силы. То есть брат этого придурка должен знать, насколько ты сильна, а ты ведь не ходишь и не рассказываешь об этом всем подряд.

Я промолчала, пока она задумчиво постукивала пальцем по губам. Архангелы ясно дали понять, что не хотят, чтобы я снимала сковывающее заклятие с моего разума, но, скажи я об этом Реми, её бы хватил удар.

— Ладно, вот что мы сделаем. Здесь три уровня камер. Эти люди, кстати, настоящие садисты. На этом уровне только ты одна, зато два уровня над нами забиты до отказа, и это заставляет меня задуматься, почему…

Я щёлкнула пальцами у неё перед лицом.

— Сосредоточься. Побег.

— Ладно, ладно. Поднимаемся на два уровня, потом ищем боковую дверь. Уже почти стемнело, так что найдём боковой выход и рванём. Я буду в форме призрака, поэтому, если кто-то на тебя нападёт, я их задержу.

— А я что должна делать? Просто оставить тебя?

— Да я буквально призрак. Не могу умереть.

— Тоже верно.

— Готова?

Я кивнула.

— Я была готова в ту самую секунду, когда ты вошла в мою камеру. Пошли.

Я смотрела, как моя подруга снова исчезла. Без моих сил я не могла видеть её, когда она была в форме призрака. Будь проклят Трев и его идиотский брат.

Меня обдало арктическим холодом, и я задрожала.

— Полегче, подруга. Ты только что прошла прямо сквозь меня, — упрекнула она.

— Алло! У меня нет сил. Значит, я тебя не вижу. Надо радоваться уже тому, что я хотя бы слышу тебя.

— Ненавижу Трева и его брата.

— Я тоже. Он сейчас на первом месте в моём списке тех, кого я ненавижу.

— Мило. У тебя есть список. Держись правой стороны лестницы. Я пойду слева. И больше никаких разговоров.

Я молча пошла следом, размышляя над словами архангелов. Ханиэль сказала, что если я позволю брату Трева снять сковывающее заклятие, то будет менее больно. Она была ясновидящей. Это был намёк или совет? Если я сбегу с Реми, увижу ли я вообще ещё когда-нибудь Трева или его брата?

Мы поднялись по одному лестничному пролёту, но прежде чем смогли идти дальше, услышали чьи-то шаги. Я проскользнула в открытую дверь, ведущую в камеры этажом выше, надеясь, что Реми последовала за мной. Почувствовав лёгкое дуновение холодного воздуха, я немного расслабилась. Я была в беде, но её присутствие делало груз, лежавший у меня на плечах, немного легче.

Я указала на что-то похожее на ещё одну дверь в конце коридора, но тихий всхлип заставил меня замереть на месте, и я посмотрела направо.

Две девочки, не старше десяти лет и совершенно одинаковые на вид, сидели, прижавшись друг к другу, на холодном полу. Я знала, что сама выгляжу грязной, но эти девочки были просто ужасно грязными. Возможно, их волосы были светлыми, но сказать наверняка было трудно: спутанная масса свисала им на плечи. Под их большими карими глазами залегли лиловые тени.

— Я не могу оставить их.

Реми прошипела:

— Мы вернёмся за ними. Даже с одной тобой это достаточно рискованно. Как мы собираемся сбежать с двумя детьми? Нет, нет и нет.

— Чёрт возьми, Реми! Дай мне ключи.

Она материализовалась передо мной и протянула связку ключей, всё время качая головой.

— Это безумие. Я прямо вижу, как твоя свобода ускользает.

Я открыла дверь, но девочки так и остались сидеть на полу, глядя на Реми.

Я слегка улыбнулась им.

— У моей подруги есть очень классные способности. Если хотите остаться здесь, я не стану вас заставлять. Но если хотите быть свободными, вам нужно сейчас же встать, молчать и идти за мной.

Обе близняшки кивнули и поднялись, всё так же крепко держась друг за друга. Единственное различие между ними заключалось в том, что у одной глаза были более светлого оттенка карего. Именно она потянулась к моей руке. Я ободряюще сжала её пальцы, и мы снова пошли.

Из тёмных камер начали доноситься голоса. Со всех сторон на меня посыпались мольбы, пока я стояла, сжимая руку маленькой девочки. Сколько ещё из этих людей были детьми? Из одной из камер дальше по коридору я услышала плач младенца. В глубине моего живота закипела ярость.

Пожилой мужчина, сгорбившийся так сильно, что казалось, будто он тянется к собственным пальцам ног, прислонился к решётке.

— Девочка, ты не можешь взять их с собой. Они отмечены. Им не пройти через лавандовые поля.

Прежде чем я успела спросить, какого чёрта это значит, я услышала звук, который мгновенно заставил все мольбы стихнуть.

Реми сказала:

— Вот же дерьмо.

В ту же секунду к нам послышался топот сапог. Мы никак не успевали добраться до двери.

Из-за угла вышел Трев с подносом, полным еды. Его взгляд остановился на мне, потом на Реми, потом на маленьких девочках.

Одна из них вырвала свою руку из моей. Затем обе бросились к нему и обняли его за талию.

Он удерживал поднос одной рукой, другой обнял каждую из девочек вполсилы и прошептал:

— Простите. Директриса не позволяла мне прийти к вам, пока я не приведу обратно девушку, рядом с которой вы только что стояли.

Он гладил их по спинам, пока они плакали.

— Сегодня Директриса наконец подписала ваше освобождение. Всё будет хорошо.

Одна из девочек вытерла сопли с носа и указала на меня.

— Она ангел?

Он улыбнулся ей в ответ.

— Думаю, да.

Другая девочка спросила:

— Мы правда свободны?

Он