Читать книгу - "Любовь королевы - Шейн Роуз"

того величия, которое мы создадим.

Я покачала головой и попятилась от него.

— Ты только что сказал, что он помог убить мою мать?

Иван закатил глаза, как будто я была наивной.

— Таков мир, Каталина. Благодаря этому он быстрее получил свою силу. Если ты хочешь быть безжалостной, тебе нужно забыть о мести. Мы сосредоточимся на том, чего хотим.

— И чего же?

— Власть, чтобы что-то изменить, доступ к деньгам, к сделкам. Когда у тебя это есть, ты можешь делать всё, что угодно. — Его голос звучал издалека, словно он мечтал о том, что могло бы быть.

Иван никогда не достигал такого статуса. Братва была слишком разрозненной, и он никогда не контролировал её должным образом. Я прикусила губу.

— Я тебе не доверяю. И твоё слабоумие…

— Скоро проявится. И всё равно, ты пришла сюда сегодня. Сегодня ты лишила жизни своего дядю.

— Это была самооборона, — заметила я.

— Это был захват власти, и ты это знаешь. Ты вышла на ту улицу и ждала, пока подъедет его внедорожник, потому что хотела чего-то большего. Это то, чего ты хотела. Возьми это. Будь жадной. Будь смелой. Будь храброй. Ты способна на величие.

Я споткнулась о персидский ковёр и тут же выпрямилась.

— Я не знаю, как руководить братвой. Я не знаю... знаю только, как быть приманкой.

Вздохнула и закрыла глаза. Жжение в глазах и горле было явным признаком того, что слёзы вот-вот хлынут наружу. Я попыталась сдержать эмоции, закрыла рот, чтобы удержать их в себе.

— Я не готова.

— Я собираюсь научить тебя, Каталина. Что может сделать ещё один преемник, а? Ты хочешь оставить своё наследие кому-то другому? Заяви свои права на трон прямо сейчас. Скажи мне, что ты хочешь этого, чтобы мы могли вернуть братву к жизни. Ты и Арманелли можете править вместе.

Я медленно покачала головой, но мой мозг работал так быстро, как только мог, пытаясь сложить все кусочки мозаики воедино. Меня слишком долго использовали, и ещё дольше я хотела власти.

Уже взялась за золотую ручку входной двери, но тут же опустила руку. Потом уставилась на деда, на его серебристо-седые волосы, свидетельствующие о многолетнем стрессе. Я обратила внимание на голубой фарфор в столовой и напольные часы в углу. Он жил прекрасной жизнью, отойдя от дел. Но когда я опустила взгляд, мёртвое тело Дмитрия стало напоминанием о том, что было бы на самом деле.

— Я не такая, как все вы, — сказала я.

— А, так слова моего сына задели тебя за живое. Ты думаешь, что ты шавка, а шавка не может править?

— Нет. Я думаю, что шавка будет править лучше. — Я помолчала. — Я знаю это. Потому что была частью всего этого и в то же время не была включена ни в одну из них.

Иван склонил голову набок, пытаясь понять. Миру потребовалось бы время, чтобы понять, но я не буду ждать.

— Трон мой.

4

Ром

Дни. Кэти не было несколько дней.

Я позвонил ей в первый же вечер и заметил, что её телефон всё ещё лежит на столе. Каталина всё оставила, и единственное, что мы могли сделать, это слушать. Кейд не спускал с неё глаз и дал мне телефонный доступ к тем, кто взял её в заложники. И всё же, я должен был доверять ей. Должен был отпустить Каталину, как она просила.

Мы следили за новостями и сосредоточились на собственной чистке.

В тот же вечер я сказал Бастиану:

— Мы приведём в порядок эту чёртову семью. Это значит, что ты вот-вот станешь настоящим лидером этой страны.

Мы были его людьми чести, его солдатами, его мушкетёрами. Настал день, когда он решил остаться с нами. Была ли важна наша кровь или кровь семьи?

Бастиан медленно кивнул, осмысливая мои слова.

— Я думал о том же.

— Нашей семье пора взяться за работу. Если улицы красные, мы красим их в этот цвет, чтобы на следующий день они были чище.

Данте, Кейд и Бастиан кивнули. Мы согласились, что боремся за перемены. Это было бы жестоко, но оно того стоило.

Теперь я стоял в комнате с другим человеком, которому не доверял.

— Серджио, умолять — это не то, в чём я хорош. Я не буду умолять тебя рассказать мне, что ты знаешь, — сказал я мужчине передо мной.

— Тебе и не нужно, Ром. Я бы не стал тебе лгать. — Даже родинки на лысой голове Серджио, казалось, вспотели. Его выпученные глаза и поджатые губы были точными признаками того, что он что-то от меня скрывал.

— Я знаю тебя всю свою жизнь. — Слова, которые должны были быть произнесены с болью, слетели с моего языка без малейших эмоций.

— Верно! Я знал тебя, когда ты был ещё маленьким мальчиком, — взвизгнул Серджио, готовый ухватиться за что угодно, лишь бы спастись. Он был привязан к стулу в своём собственном доме, его выпученные глаза бегали туда-сюда, ища выход из тайны, которую, как я знал, он скрывал от нас.

Возможно, я должен был почувствовать желание пощадить его. Мы были достаточно близки. Он был частью семьи.

Неужели никто не понимал? Каталина ушла. Исчезла. Она забрала с собой всё хорошее, все надежды, все мечты о будущем.

Всё моё сердце.

Она оставила только монстра.

Я не смог бы удержать его в клетке, даже если бы попытался. Он вырвался из укрытия, и мы начали неистовствовать.

Каталина не просто разбудила моего демона. Она заставила всех в нашем подразделении трепетать от опустошения из-за её потери.

На этот раз я не мог вмешаться больше, чем уже вмешался. Хотя должен был позволить этому случиться, иначе она бы никогда ко мне не вернулась.

Я не стал долго ждать.

Но я убивал в исключительных случаях. Всё, что мне было нужно, — это список, и Кейд проделал прекрасную работу, предоставив мне его.

Один за другим мы с Данте прошли по списку. Неважно, знали ли мы их день, год или всю жизнь. Нам нужна была новая семья, и мы с моим ближайшим окружением собирались очистить свою, пока не получим ту, которую заслужили город и Каталина.

— Кейд достал твои банковские выписки за тот год, когда пропала мама Каталины. Много больших цифр, — раскрыл я секрет Серджио. — Вы с Марио имели к этому какое-то отношение? Ты знал о ней?

— Я не знаю, о чём ты говоришь. Деньги, которые мы тогда перевели, Ром, всё это так запутанно. У нас было гораздо больше...

— Серджио,