Читать книгу - "Осмеянная. Я вернусь и отомщу! - Анна Кривенко"

не пожалела денег и наняла известного художника для этого, хотела поддержать бедную сиротку и сделать для неё что-то приятное. Лаура же ответила черной неблагодарностью.

Боже, как такое возможно? Почему порой люди становятся монстрами и идут на тяжкие преступления ради своих амбиций??? Чего не хватило Лауре? Заботы? Мама подарила ее с лихвой, да и я поддерживала, как могла. Мы действительно были, как сестры, всегда вместе. Да, Лаура частно проявляла характер, иногда мне казалось, что она осуждает меня, но… я всегда отмахивалась от подобных ощущений, стыдясь думать о подруге плохо.

Я смотрела в юное лицо бывшей подруге на портрете и испытывала к ней глубокое чувство жалости. Обида давно исчезла. На кого обижаться? На девушку, которая потеряла рассудок? Да, теперь я видела Лауру именно такой — неистовая злость, ненависть, амбиции и преступления не могли зародиться в нормальном человеке. Возможно, её разум не вынес факта, что погибли родители, и она сломалась внутри, не знаю. Но после вспышки ужаса и отвращения мне действительно стало её жаль.

Как рассказать об этом маме? Она будет глубоко огорчена, я даже не могу себе этого представить, какие слова придется подбирать…

Как жить с этим дальше? Но нет, жить я буду жить хорошо. Не хочется больше думать о Лауре. Она не заслужила моих душевных мук о ней. Больше я не приду в эту комнату…

Во всём нужно поставить точку, в том числе и в вопросе с бывшей подругой.

— Прощай, Лаура, — прошептала я, глядя на портрет. — Надеюсь, ты хоть когда-то осознаешь свою неправоту и раскаешься…

Сказав это, я развернулась и ушла, оставляя позади эту странную дружбу и её не менее странные последствия…

Вернувшись в свою комнату, попыталась лечь спать, хотя после такого насыщенного дня сна не было ни в одном глазу. Вдруг услышала шум из комнаты Микаэля. Сердце сжалось — не упал ли он с коляски? Набросив халат, я поспешила к нему. Дверь его комнаты оказалась приоткрытой. Тихо приоткрыв её чуть шире, я замерла от увиденного.

Микаэль стоял на собственных ногах возле кровати. Стоял твёрдо и уверенно, обнимая Ванду, которая крепко прижималась к нему. Они целовались, медленно и трепетно, словно учились это делать впервые. Поглощённые друг другом, они не заметили моего присутствия. Я едва удержалась от удивлённого возгласа, захлопнула отпавшую челюсть и осторожно, на цыпочках, отступила от двери, стараясь ни в коем случае не выдать своего присутствия.

— О, Боже! — пронеслось у меня в голове. — Кажется, братец выздоровел. Вырос, выздоровел… и попал в отличные девичьи руки.

Не удержалась и улыбнулась, поспешив через холл к себе и стараясь как можно быстрее скрыться, чтобы, не дай Бог, влюблённые не узнали, что я за ними подсматривала. Ванда — хорошая девушка. В чём-то она напоминала меня в прошлом. С ней Микаэлю будет хорошо, я чувствовала это.

С умиротворяющим чувством я легла в кровать и, несмотря на глубокие переживания, впервые за долгое время спокойно уснула, поверив, что жизнь действительно можно начать заново…

* * *

Три дня спустя…

Мэтью Гарнер полностью погрузился в работу. Его отчёт о расследовании в Академии Золотой Лилии вырос до ста страниц рукописного текста. Голова пухла, желудок жалобно урчал, а глаза слипались от усталости. Но Мэтью упрямо не хотел покидать рабочее место в своей конторе, пока не завершит дело. Он не обращал внимания на суету вокруг, шепотки и улыбки коллег, которые уже были наслышаны о переполохе в Академии. Гарнер стремился как можно скорее закончить работу, хотя силы оставили его уже несколько часов назад.

Неожиданно на краю стола появилась корзинка, наполненная ароматными пирожками с мясом. От их запаха у Мэтью закружилась голова. Он ошеломлённо поднял взгляд и увидел смущённо улыбающуюся девушку в простом сером платье и с неприхотливой причёской.

— Агафа? — удивился он, вставая.

Глаза девушки лучились теплотой, её щеки порозовели. Мэтью не смог не улыбнуться в ответ.

— Я пришла проведать вас, — тихо сказала она, слегка опустив голову. — И поблагодарить за всё, что вы для нас сделали.

— О, спасибо! — обрадовался дознаватель, жадно поглядывая на пирожки. — Я как раз очень нуждаюсь в таком подарке.

Мэтью отложил отчёт, и они вдвоём вышли на задний двор канцелярского дома. Присев на лавку, он с удовольствием принялся за угощение, наслаждаясь каждым кусочком. Когда парень наконец наелся, то посмотрел на девушку с широкой улыбкой.

— Спасибо, Агафа! Ты просто чудо!

Она смутилась и опустила взгляд.

— Ну что вы… я не…

— И прекрати называть меня на «вы»! — прервал её Мэтью, слегка нахмурившись. — Я просто Мэтью. Обычный парень, ничем не примечательный.

— Это не так! — внезапно воскликнула Агафа с жаром. — Вы очень особенный!

Выпалив это, девушка дико смутилась, но Мэтью улыбнулся ещё шире, приятно удивлённый её искренностью.

— Ты тоже очень хороша, — сказал он мягко.

Так, обмениваясь любезностями и смущёнными улыбками, они на какое-то время забыли обо всём на свете. Тем временем их коллеги-дознаватели, выглядывающие из окна, с интересом наблюдали за этой сценой и посмеивались. Почти все сошлись во мнении, что буквально через пару месяцев Мэтью женится на милой девушке, которая угостила его пирожками…

* * *

Амелию приговорили к продолжительным общественным работам без права поступления в какую-либо магическую академию королевства.

Клара всё-таки вышла замуж за Дина Нортона, её брата. Родители Амелии теперь боялись проявлять лицемерие и высокомерие, так как их семья оказалась униженной в глазах общества, и приняли нищую невестку. Более того, породнившись с небогатой девушкой, они хотели подчеркнуть своё великодушие и таким образом вернуть расположение прежних друзей.

В академии серьёзно изменился преподавательский состав и постепенно установился более-менее нормальный порядок.

Мы с Эриком решили пожениться в конце этого курса и продолжить учёбу уже как супруги. Это стало новостью месяца (друзья Эрика по комнате разнесли, проходимцы!). Многие девчонки поглядывали на меня с завистью, но я не обращала внимания. С некоторых пор мнение других людей обо мне уже не имело никакого значения…

Мама, узнав о моих планах выйти замуж, была в шоке. Но в положительном смысле. История с Лаурой её сильно огорчила, но она быстро смирилась с этой ситуацией. Возможно, она и раньше замечала, что с ее воспитанницей что-то не так. Это я была абсолютно слепа…

Мама несколько раз ездила в больницу для душевнобольных, где сейчас находилась моя бывшая подруга. Лекари сообщали, что Лаура замкнулась в себе и ни с кем не разговаривает. Эрик великодушно нанял для неё надежную сиделку и оплатил проживание в лучшей палате. Это