Читать книгу - "Жестокое общество - Морган Бриджес"

Двери открываются только через час. Снова появляется Дэниел Кент.

– Совет вынес решение.

Мы идем за ним обратно в зал. Сжимаю кулаки, борясь с желанием бросить все к черту и помчаться к Делайле. Но я знаю, что жизнь в бегах – не выход. Рано или поздно Орден нас найдет.

– Ксавье Донован и Бенджамин Маккензи, – начинает Леонард Гейдж, – совет рассмотрел ваши показания и обстоятельства смерти Эдварда Донована. Мы признаем, что ситуация была исключительная, и понимаем мотивы ваших действий. Поэтому мы решили, что в отношении наследника Маккензи не будет предпринято никаких карательных мер. Вместо этого он продолжит служить Ордену с удвоенной бдительностью и преданностью его принципам.

Гейдж улыбается.

– Но ты, Ксавье Донован, будешь наказан. Ты должен был унаследовать империю своего отца, но теперь этого не произойдет. Обязанность и привилегия править ею перейдет к твоему двоюродному брату Лиаму Доновану.

Я был готов к такому исходу и потому киваю. Орден не мог позволить мне править империей после убийства отца, не то другие вороны решили бы последовать моему примеру. И в семьях воцарились бы раздор и хаос. Теперь же, лишенный власти, я, наоборот, стану поучительным примером для всего сообщества.

Да и черт с ними, зато теперь я весь принадлежу Делайле.

Гейдж опирается на стол, и я оборачиваюсь к нему.

– Однако, – подводит итог он, – есть еще кое-что. Совет решил, что ты, Ксавье Донован, все же сможешь унаследовать империю своей семьи, если женишься и произведешь на свет наследника мужского пола для продолжения рода Донованов. Кандидатура будущей миссис Донован должна быть заранее одобрена Орденом.

Его слова тяжестью ложатся на плечи. Здесь речь уже идет не только о контроле над империей, но и о сохранении наследия Донованов и о том, чтобы удержать меня подальше от Делайлы. Это компромисс, способ совета обеспечить преемственность и одновременно проверить мою лояльность.

Кент поднимается и смотрит на меня очень серьезно.

– У тебя есть пять лет, чтобы выполнить эти условия, ворон. Если ты не послушаешь нас, империя перейдет к Лиаму навсегда.

Я медленно киваю, осознавая, чем рискую. Перед глазами всплывает лицо Делайлы, и в груди разливается тепло. Орден не понимает, что за нее я отдам все.

Империю. Богатство. Жизнь.

Без Делайлы я ничто.

– Я все понял, – произношу я. – И принимаю решение совета.

Глава 55. Делайла

И вот я опять в больнице семейства Кент. Если у них есть бонусы для постоянных клиентов, мне точно что-нибудь полагается.

Зажмуриваюсь. Перед глазами проносятся события в катакомбах – так ярко и отчетливо, словно все произошло пару минут назад. Я страшно испугалась, подумав, что Ксавье грозит смерть. В ярости набросилась на его отца и убила его.

Я лишила Эдварда жизни. И пускай у меня были на то причины, все же это тяжело осознавать. Смерть необратима. Но такова и моя любовь к Ксавье.

Я бы сделала для него все что угодно, я даже свое сердце отдала, хотя не думала, что мне когда-нибудь придется с ним расстаться. Вернее, технически, это он дал мне сердце. Так или иначе, Ксавье – первый и единственный мужчина, которого я полюбила.

Он шел сквозь тьму ради нас, и теперь я сделала то же самое. Если чтобы его защитить, мне пришлось шагнуть в тень, в зону серой морали, значит, так тому и быть.

Мои мысли нарушает стук в дверь. В палату входят Рэйвен и Джун. Смотрят на меня, вытаращив глаза. Должно быть, выгляжу я паршиво.

– О боже. – Джун бросается к моей кровати. – Ты как? Вид у тебя ужасный. Официально заявляю.

– Спасибо.

– Она права, – подмигивает Рэйвен.

– Грубиянки, – улыбаюсь я.

Джун с тревогой берет меня за руку.

– Деклан вкратце рассказал мне о том, что случилось, – она косится на Рэйвен, давая мне понять, что нужно держать произошедшее в тайне. – Не верится, что отец Ксавье пытался заставить его расстаться с тобой.

– А я не могу поверить, что у него случился инсульт и он просто взял и загнулся, – щелкает пальцами Рэйвен. – Не знай я тебя лучше, решила бы, что это ты его сглазила.

– Это было старое доброе божественное вмешательство, – качаю головой я.

– Туда ему и дорога.

– Вы даже не представляете, насколько я с вами согласна, – вздыхаю я.

– Как ты себя чувствуешь? – Джун сжимает мою ладонь и садится на стул рядом. – Что сказал врач?

– Мне нельзя выходить из палаты, – начинаю загибать пальцы я. – Нельзя покидать этот этаж. Нельзя уходить из больницы. С хирургом я не виделась, но знаю, он до сих пор в бешенстве из-за того, что я сбежала с Декланом искать Ксавье.

– А где Икс? – спрашивает Рэйвен. – Мы думали, что найдем его здесь.

Мы с Джун обмениваемся многозначительными взглядами. Орден непредсказуем, и мы понятия не имеем, что будет с Беном и Ксавье.

– Ему нужно было кое с чем разобраться, – объясняю я. – Попозже вернется.

– Очень жаль, конечно, но зато мы сможем спокойно поболтать. – Рэйвен плюхается в кресло. – Давай выкладывай.

– Да нечего особо выкладывать. Я очнулась, мне сказали, что операция прошла успешно. Потом привезли сюда, и вот с тех пор я только и делаю, что сплю или просыпаюсь.

– Жесть, я до сих пор в шоке, что тебе понадобилась пересадка сердца, – кивает Рэйвен. – С тех пор как ты сошлась с Иксом, у тебя не жизнь, а сплошной несчастный случай.

Я закатываю глаза:

– Это врожденный порок сердца, его просто раньше не диагностировали.

– Да я не в упрек, – идет на попятный Рэйвен. – Просто это комедия какая-то с диагнозами вместо искрометных шуток.

– Давайте не будем об этом, – вмешивается Джун. – Ты поправишься к январю, когда начнется учеба?

– Надеюсь.

– И что мне, черт возьми, делать без вас обеих? – начинает ныть Рэйвен. – Ты будешь либо в больнице торчать, либо в комнате Икса, Джун станет ошиваться с Декланом. Худшие зимние каникулы в истории!

Пожимаю плечами:

– А что ты делала, пока я две недели валялась с гриппом? Наверняка накачивалась кофе, сплетничала и болтала о мужиках.

– Именно так, – ухмыляется Рэйвен.

Атмосфера в комнате внезапно меняется, воздух будто прошибает электрическим разрядом. Я понимаю, что вошел Ксавье, еще до того, как поворачиваю голову. Облегчение накрывает волной, в глазах щиплет от слез. Слава богу, он жив!

– К слову о мужиках, – щебечет Рэйвен.

– Здравствуй, маленький ястреб, – произносит Ксавье. Лицо у него такое невозмутимое – в жизни не догадаешься, что произошло. – Рэйвен, Джун, привет!