Читать книгу - "Княжна-попаданка. Между Русью и Степью - Александра Каплунова"

Айгуль вышла проводить нас. Ехать с нами они отказались — хотела повидаться с родней, которой, как оказалось, при ставке хана было немало. Да и восстановиться перед новой дорогой до конца ей не мешало.

— Спасибо вам за все, — сказала она мне на прощание, взяв за руки. — Если бы не вы...

— Береги себя и свою семью. Мужа особенно береги — он человек хороший, только слишком уж прямой для здешних мест.

— В этом вы изрядно похожи, — сказала она, и мы рассмеялись.

Мы тронулись в путь. Ставка оставалась позади, впереди лежала знакомая дорога домой. Арслан все по большей части ехал в задумчивости. Как оказалось — уже мысленно разгребал те дела, что ждали его на подворье.

И все ж, когда ставка скрылась из виду за холмами, он глубоко, облегченно вздохнул.

— Впервые за много дней могу спокойно дышать, — признался он мне.

— Ты же думал, что выкрутимся, — напомнила я ему. — Еще смеялся над моими переживаниями.

— Думал, конечно. И без тебя точно бы не справился — ты план весь выстроила, людей нужных нашла, доказательства собрала.

— Значит, теперь ты мне должен, — я и сама начала ощущать облегчение. И говорить теперь было проще…

— Должен, — согласился он охотно. — И долг свой отдам сполна.

— Интересно, как именно?

— Доедем до дому — узнаешь.

Ну что же… дорога, похоже, обещала снова пройти в ожидании. Хорошо, что теперь в приятном.

Эпилог

Подворье встретило нас привычным гомоном — слуги сновали туда-сюда, решая накопившиеся за наше отсутствие дела. Арслан сразу же погрузился в бумаги и доклады, а я отправилась в женскую половину дома, где меня ждали с новостями и отчетами о хозяйстве.

Кутерьма закрутилась привычная. Гарем, лишенный влияния Лейлы вдруг весь ко мне потянулся, глядя на Айбике. А узнав об Айгуль, так и вовсе перестали меня считать здесь чужачкой.

Да и в целом теперь гаремом называть его было сложно, Арслан же теперь не мог иметь таковой.

С его позволения (а вернее будет сказать — с моего наущенья), гарем переименовался в Женский Дом. И стало известно на весь окрест, что здесь примут любую женщину, что попала в беду и нуждается в помощи.

Эту затею подсказал мне сам Арслан. Видимо, решив, что я слишком много творю на его подворье, когда в очередной раз Евсей пришел к нему с воем, что княжна лютует и опять перетрясла все амбары в поисках переучтенного зерна.

А потому что бумаги надо сразу правильно заполнять. Ну ничего, этому я их еще научу, как бы они ни противились.

А через пару недель пришла весть…

Гонец прискакал с утра пораньше, еще когда мы завтракали. Арслан прочитал депешу молча, лицо его не изменилось.

— Тэмир умер, — сообщил он просто. — Во сне, вроде как от старости.

Я отложила ложку.

— А неофициально? — И посмотрела внимательно.

Арслан смотрел в сторону, в раскрытое настежь окно. Взор его простирался куда-то за горизонт. Быть может, туда, где сейчас предавали земле тело мурзы…

— Перед отъездом, — заговорил он неспешно, — когда мы прощались… Хан мне напомнил старое место… Один дальний улус, куда мы ездили, когда я был совсем мальчишкой.

— Тэмира отправили именно туда.

— Да, — Арслан посмотрел на меня. — И хан решил, что я должен это знать.

Еще несколько долгих секунд мы смотрели друг другу в глаза. В этом немом разговоре Арслан признавался в том, что взял на душу.

Но теперь Тэмир не висел над нами, грозя все ж таки дотянуться.

И я не собиралась его за это корить. Опустив глаза, я потянулась за чашкой. Хлебнула отвара, устремив свой взор в тот же горизонт.

— Ну, земля ему пухом.

Больше об этом мы не говорили.

Через неделю пришли и другие новости. Лейлу уже отвезли к ее новому супругу в дальнюю степь. Представлялось мне, как она там теперь маялась — избалованная, привыкшая к роскоши гарема, а тут суровый быт кочевника-скотовода и куча чужих детей на шее. Что ж, сама выбрала свою дорожку.

А вот Бату так и не нашли. Исчез, как сквозь землю провалился.

Я ожидала, что Арслан будет злиться, метать громы и молнии, требовать продолжить поиски. Но он оставался спокоен. А как-то вечером, когда мы уже лежали в постели, тихо признался:

— Я рад, что его не поймали.

— Понимаю, — я мягко погладила его по руке, которой он меня обнимал.

— Он мой брат… — Арслан повернул меня к себе. — Если он достаточно умен, чтобы больше никогда не показываться возле наших земель, я готов считать это приемлемым исходом.

Я не стала его осуждать. Более того — и правда ведь поняла. Родная кровь есть родная кровь, даже если она оказалась отравленной. И умение прощать — это тоже своего рода сила.

Я помнила наш разговор и, наверное, то было и к лучшему, что все так обернулось.

После всех этих вестей мне на душе наконец стало спокойнее. Целый месяц прошел, как мы уехали из ставки хана, но только теперь меня отпустило. Тревога понемногу развеялась. Я училась жить с мыслью, что нам никто не грозит. Конечно, я опасалась, что Бату может вернуться, но глядя, как Арслан о том не тревожится, перестала и я.

Еще через пару недель к нам приехали Айгуль с Ахметом и мальчишками. Наконец-то вся семья была вместе, без дамоклова меча над головой. Мы устроили большой пир и праздновали допоздна.

Айгуль прознала про мой “Женский дом” и сказала, что хочет помочь. Я тому была только рада. За месяц, что они погостили у нас, части девушек, кои изъявили желание, мы подобрали мужей и договорились о браках.

В очередной вечер, когда мальчишки Ахмета носились по двору вместе с русскими, Айгуль смеялась над шутками мужа, я смотрела на них и думала о том, как иногда жизнь умеет складываться правильно.

В тот же вечер, когда гости разошлись по комнатам, мы с Арсланом вышли на крепостную стену. Отсюда было видно далеко — в одну сторону русские леса, в другую степные просторы. Граница, которую мы держали.

Я стояла и вспоминала, как приехала сюда полгода назад — чужая женщина, отданная непонятно кому в жены. Я не знала, что меня ждет.

А теперь это