Читать книгу - "Бегство из-под венца - Карен Кинг"

– Где Джордж?

– Меня это не волнует, – ответила Эмилия. Виктор шагнул в сторону, все еще сжимая ее пальцы.

– Где Джордж? – повторил он свой вопрос.

– Я устала от его выходок. Почему он всегда такой напыщенный? Почему я всегда во всем виновата?

– Потому что ты спишь с другими.

– Только с тобой, – шепнула она.

– Больше этого не будет.

– Господи, ведь она еще ребенок, – сказала Эмилия. – Не может быть, чтобы ты предпочел девушку, переодевшуюся мужчиной. Вокруг тебя столько женщин.

– Я хочу лишь ее одну.

Эмилия отступила и странно на него посмотрела.

– Так вот почему ты пришла ко мне? Потому что теперь я, что называется, лакомый кусок? – догадался Виктор.

– Ты всегда был притягательным, а твоя верность жене, которая тебя не стоила, делала тебя еще желаннее, – с горечью сказала Эмилия.

Второй раз за неделю его упрекали. Да, он не понял Лидию. Он обесчестил ее, воспользовался ее доверием, но ей было нужно другое. Он не знал ее намерений. Ее стремление к свободе и независимости вовсе не отрицало супружества. Неужели она хотела выйти за него замуж?

Если бы он рассказал ей, как погубил Мэри-Фрэнсис, повторила бы Лидия слова любви? Если бы он поведал, как предал дружбу с Джорджем, она бы его поняла? Если бы Лидия узнала, что Кин готов был убить его, то осознала бы, насколько рискованно иметь с ним отношения?

Если у нее осталась хоть капля рассудка, она умчится назад в Бостон.

Но тогда, в ее постели, ему казалось, что все его горести и ошибки остались далеко в прошлом. Виктор старался убедить себя, что лишь физическое влечение после долгого целомудренного брака заставляет его пылать страстью к этой девушке. Ноне Эмилию, не красавицу Пенелопу или какую-нибудь другую женщину, а именно Лидию он жаждал так, что сердце у него разрывалось.

Однако когда у него появилась возможность уладить дело, объявив ее братьям, что женится на ней, если она того захочет, он заартачился. Потому что Лидия шептала ему о любви, а он не верил в любовь. Виктор не верил ей. Лидия ведь сказала братьям, что он женится на ней, задолго до того, как он сам пришел к этой мысли. Виктор не знал, где заканчивается ложь и начинается правда.

Виктор посмотрел на Эмилию, которая не сводила с него глаз. Теперь он знал, что делать.

– Возвращайся к Джорджу, или я сам отведу тебя к нему.

Она резко повернулась и направилась в бальный зал.

Через некоторое время Виктор последовал за ней. Он оглядел собравшихся, отыскивая глазами хозяина и хозяйку, чтобы попрощаться.

К нему незаметно подошла леди Пенелопа и взяла его под руку.

– Это правда?

– Что?

– Правда, что эта американская девица слонялась по Лондону, переодевшись мужчиной?

– Кто вам сказал?

Леди Пенелопа неприятно улыбнулась:

– И вы действительно держали ее в своем доме? А когда устали от неё, отослали к Дейвисам? Уверяю вас, я никогда бы не повела себя столь возмутительно.

– Согласен, и именно это делает вас невыносимо скучной, дорогая.

Улыбка Пенелопы исчезла.

– Так вы ничего не отрицаете?!

Черт, Лидия погублена навсегда. Ее репутацию уже не восстановить, и все по его вине. Зачем он ввел ее в общество? Она не стремилась к этому, ей достаточно было посещения игорных домов, чтобы пополнить запасы денег.

– Сплетни не делают вам чести, леди Пенелопа.

– Лорд Уэдмонт, вы не джентльмен, – выпалила она в припадке гнева и отошла.

Виктор в душе согласился с ней. Несмотря на титул и длинную родословную, он не заслуживает уважения. И что бы он ни предпринял, ему не остановить злых языков, которые станут порочить имя Лидии.

Лидия смотрела на заполнившие гавань корабли. Многочисленные мачты лесом поднимались над водой. Джеймс, не теряя времени, забронировал каюту до Турции, где им предстояло пересесть на торговый пароход собственной компании.

Плечо ныло, на нем красовался багрово-черный кровоподтек. Врач Дейвисов, осмотрев рану, сказал, что ничего серьезного нет. Лидия понимала, что удар Джеймса разбередил почти зажившую рану. Поскольку она могла двигать плечом, ничего страшного не произошло. Но рассказать Джеймсу о ранении было большой ошибкой.

Утром Джеймс велел Дженни собирать чемоданы. Когда Лидия попробовала возразить, он снова пригрозил, что вскинет ее на плечо и потащит по улице, как мешок с картошкой. Брат был настолько зол, что вполне мог сделать это. Так Лидия оказалась здесь.

Джеймс сердито шагал взад и вперед.

– Куда запропастился Тревор? Я велел ему ждать нас здесь.

Лидия смотрела на корабль, на котором ей предстояло начать путешествие к дому. Ничего похожего на радужные предвкушения, обуревавшие ее несколько месяцев назад на пути в Англию, не всколыхнулось в ее душе. Лидию охватил тошнотворный страх. Бостон пронизывают холодные ветры с побережья. Лидия родилась и выросла там, но не хотела туда возвращаться, хотя и поклялась больше не убегать. Бегством ничего не решить.

Когда ей показали ее крошечную каюту и внесли туда чемоданы, сердце заныло от предстоящей разлуки с Англией. Она даже не попрощалась с Виктором.

Хуже всего то, что ее судьба совсем не волновала его, и он даже не справился о ее здоровье. Лидия смотрела на узкую койку, где ей предстояло провести несколько ночей в одиночестве.

Она хотела дать Виктору то, что ему было нужно, и ничего не требовала взамен. Она была наивной дурочкой. Й все ее старания обернулись разбитым сердцем.

В Бостоне ее не ждет ничего, кроме прозябания. Она не настолько глупа, чтобы надеяться, будто Виктор приедет за ней. Она знала, что он этого не сделает.

– Ее здесь нет, – сказал Кин. – Ее брат приехал за ней утром. Он увезет ее в Америку. Я послал тебе записку. Где ты был?

Виктор пристально посмотрел на сводного брата.

– У архиепископа Кентерберийского. Почему ты их не остановил?

– Я не мог чинить им препятствия, не зная, как ты намерен поступить, – печально покачал головой Кин. – Ты слишком медленно соображаешь.

Да, Виктору понадобилось слишком много времени, чтобы понять, сколь велико причиненное им Лидии горе, независимо от того, рядом она с ним или нет.

Репутация Лидии была погублена. Сплетни преодолеют Атлантику и достигнут ее родного дома. Хотя девушке, которая выдавала себя за мужчину, наплевать на репутацию.

Увы, он сделал именно то, что она так ненавидела: определил за нее ее судьбу.