Читать книгу - "Чертовски Дикий - Ленор Роузвуд"

о многом: ночка у него выдалась та еще. А расцветающий на подбородке синяк заставляет задуматься, не сделал ли его дикий братец чего-то большего, чем просто исчез после нашей маленькой встречи в туннеле.

Интересно.

— Валек, — приветствует он; его тон тщательно нейтрален. — Рад видеть тебя на ногах.

— Бельмонт, — дружелюбно отвечаю я, хотя уверен, что он не хочет меня здесь видеть. Альфы не пускают чужаков на свою территорию просто так. — Щедро с твоей стороны пригласить меня в свое логово.

Его глаза едва заметно сужаются. Он ищет насмешку в моих словах, скрытый смысл. Умный парень. Но я сохраняю открытое выражение лица, на губах играет полуулыбка.

— Команда заботится о своих, — говорит Тейн, отступая в сторону, чтобы пропустить меня. Он стоит неестественно прямо, словно борется с желанием заблокировать вход. Наверное, так оно и есть.

Я переступаю порог, все чувства на пределе. Гостиная за дверью... идеальна. Слишком идеальна. Каждый предмет мебели стоит точно на своем месте, декоративные подушки разложены в строгом порядке, поверхности сияют. Возникает отчетливое ощущение, что этот дом судорожно убирали и наводили в нем порядок весь последний час.

Мой взгляд цепляется за небольшую картину, висящую слегка криво. По крайней мере, кто-то старался.

— Новая мебель? — мягко спрашиваю я, замечая нетронутый секционный диван и журнальный столик.

— Ремонт, — коротко отвечает Тейн, закрывая за мной дверь.

— Ради меня? — я бросаю на него волчью ухмылку. — Не стоило.

Лицо Тейна ничего не выражает, но мускул на челюсти дергается.

— Мы уже давно собирались кое-что обновить.

Я опускаю свою кожаную спортивную сумку у ног и делаю еще шаг внутрь, глубоко вдыхая через нос. Чистящие средства. Свежая краска. И под всем этим — запах четырех разных альф.

Но омеги нет. По крайней мере, не напрямую.

И всё же есть что-то в этом пространстве — женская энергия в расстановке предметов, тщательный баланс комнаты, — что кричит о влиянии омеги. К тому же они использовали нейтрализаторы запахов. Дорогие. Здесь всё должно пахнуть альфами, но запах странно нейтрален.

Если бы здесь был запах жимолости, он был бы погребен.

— Милое местечко, — комментирую я, проводя пальцем по спинке дивана. — Очень... организованное.

— Чума любит чистоту, — раздается голос слева от меня.

В дверях, ведущих, как я предполагаю, на кухню, маячит Виски с кружкой кофе в мясистой руке. Его глаза бдительны, несмотря на расслабленную ухмылку, приклеенную к лицу. На его виске синяк — свежий и на вид болезненный. Кто-то ударил его чем-то твердым и с прямыми краями.

Сюжет закручивается.

Мой взгляд скользит мимо Виски и останавливается на Чуме, который стоит за ним в дверном проеме кухни. Выражение лица альфы в хирургической маске не выдает ничего, но в его плечах чувствуется напряжение, противоречащее его спокойному виду.

— Я впечатлен, — продолжаю я. — Вы стая альф-холостяков, а ваш дом стаи выглядит так, словно к нему приложила руку омега.

Глаза Чумы над маской сужаются.

— У нас есть клининговая служба, — вмешивается Тейн, вставая между мной и дверью на кухню. Защитная стойка. Территориальная.

— А я-то думал, что войду в логово варваров.

— Необходимость в стае альф, — говорит Чума; его голос звучит ровно и контролируемо.

— Ага, к тому же произошел небольшой инцидент с, эм, старой мебелью, — вмешивается Виски с нервным смешком. — Мы вчера немного увлеклись на вечеринке. Праздновали. Ну, ты понимаешь.

Я вскидываю бровь, переводя взгляд с одного лица на другое.

— Что именно праздновали? Впечатляющую способность вашей команды отправить меня в больницу еще до того, как я успел с вами потренироваться?

Температура в комнате падает на несколько градусов. Улыбка Виски меркнет, и Тейн делает размеренный шаг вперед.

— Это было досадное недоразумение, — осторожно говорит Тейн. — Мы хотели бы оставить его в прошлом, если ты, конечно, не против.

— Конечно, — повторяю я, проходя дальше в гостиную и впитывая каждую деталь. — Кто старое помянет... Или мне сказать, кровь под пластырем? — я постукиваю по пластырям-бабочкам у себя на лбу.

Виски издает странный сдавленный звук, который может быть подавленным смехом. Чума бросает на него ледяной взгляд.

— Будешь что-нибудь пить? — предлагает Чума; его тон намеренно нейтрален, когда он снова поворачивается ко мне. — Воду? Кофе?

— Кофе было бы отлично, — отвечаю я, подходя к рамке с фотографией на камине. Трое альф на льду, победители. Тот, что напал на меня, Призрак, стоит позади них, немного в стороне, и его синие глаза настороженно смотрят поверх маски, скрывающей нижнюю часть лица.

Но что-то не так со стеной за рамкой. Небольшой участок имеет чуть другой оттенок, чем остальные. Свежая краска. Нанесенная наспех, судя по засохшей капле, стекающей из-под нижней рамы.

Я оборачиваюсь и ловлю взгляд Виски, прикованный к тому месту, куда я смотрю. Его глаза отводятся слишком быстро.

— Отличное фото, — комментирую я. — Четыре всадника хоккейного апокалипсиса.

— Это после нашей победы в финале конференции в прошлом сезоне, — говорит Тейн, и в его голосе проскальзывает нотка гордости, несмотря на настороженность.

— Против «Демонов», если я правильно помню, — я стучу по стеклу фотографии. — Призрак действительно надрал Уэйду Келли задницу, не так ли?

Наблюдать, как Келли истекает кровью на льду, было лучшим моментом моего сезона. Жаль, что он снова встал на ноги.

— Келли не умеет проигрывать, — бормочет Виски. — И он дерьмовый альфа.

Интересно, понимают ли они, что я точно знаю, кто эта омега? Омега, которую они так явно охраняют. Та самая, что долбанула меня огнетушителем.

Она показалась мне странно знакомой даже с этими крашеными темными волосами. Я провел бесчисленные часы в поисках, отчаянно пытаясь выяснить, кто она. И нашел её только сегодня утром.

Пропавшая невеста Уэйда Келли.

Айви.

Я никогда не забываю лиц, даже когда их пытаются скрыть. А теперь, видя их коллективное напряжение при одном только упоминании имени Келли, я абсолютно уверен в этом. В чем я не уверен, так это в том, защищают ли они её по какой-то причине, или же они с ней встречаются. Связанные стаи редко встречаются с одной и той же омегой, если только они не истинные, так что, возможно, это только Призрак.

Так или иначе, я обязательно скоро это выясню.

Чума возвращается с кухни с дымящейся кружкой.

— Черный. Я не был уверен, какой ты пьешь.

— Черный — это идеально, — отвечаю я, принимая кружку с кивком благодарности. Наши пальцы соприкасаются при передаче, и Чума отдергивает руку на долю секунды быстрее, чем нужно.

— Позволь мне показать тебе твою комнату, — резко говорит Тейн, поднимая мою сумку. Демонстрация силы. Утверждение себя как хозяина, как главного альфы. Человеческий эквивалент