Читать книгу - "Кости - К. Л. Спир"

на тебя, если получит травму. Я могу, — добавила я и почувствовала ярость Мака, как жар огня.

— Мадам… — снова попытался Мак.

— Еще одно твое слово, и последствия будут еще хуже, — сказала Мадам резким жестоким голосом, снова заставляя его замолчать. Когда она повернулась ко мне, она снова улыбнулась, и волосы у меня на затылке встали дыбом. — Что ж, Боунс, раз ты так отчаянно хочешь взять на себя ответственность, я позволю тебе это сделать. Ты примешь удары за Мака. — Она повернулась к своим людям, лениво махнув рукой в нашу сторону. — Проследите за этим.

Трое людей Мадам с пистолетами наготове заставили Мака отпустить меня. Сакс схватил меня за руку и потащил к двери. Я встретила безумный взгляд Мака и попыталась одними губами произнести «Со мной все будет в порядке», прежде чем Сакс потащил меня по коридору.

Я охотно пошла с Саксом, сердце бешено колотилось в груди. Я перенесла сотню различных пыток, но меня никогда не били кнутом. Когда Сакс подтащил меня к столбу для битья, толпа уже собралась. Я обшаривала глазами лица, надеясь, что не увижу никого из детей или команды Мака, но я не могла сосредоточиться надолго. Сакс рявкнул на меня, чтобы я сняла куртку, и я подчинилась, дрожа на холодном ветру. Один из мужчин приковал мои трясущиеся руки к цепям наверху столба. Я стояла там, пытаясь подавить панику и собраться с духом.

Затем Сакс схватил меня сзади за рубашку и разорвал ее.

Я ахнула, пытаясь прижать обрывки ткани к груди, больше беспокоясь о клейме, чем о своем голом теле, но тут первый удар хлыста с гулким треском ударил меня по спине. Ослепляющая боль потрясла меня, но каким-то образом мне удалось стиснуть зубы. Затем последовал второй удар. Мое тело выгнулось от боли, и из меня вырвался крик. Снова и снова боль ослепляла меня, пока не стала единственным, что я различала. Я прислонилась к столбу, рыдая. Я чувствовала, как моя кровь стекает по спине, и видела, как она разбрызгивается по земле и столбу. Десять ударов плетью казались небольшим количеством, но мне показалось, что прошла вечность. Когда все, наконец, прекратилось, я повисла на руках, которые разрывались от боли, но ноги не могли удержать мой вес. Сквозь затуманенное зрение я увидела улыбающееся лицо Мадам. Она взяла меня за подбородок, и ее взгляд скользнул вниз, к клейму на моей груди.

— Я вижу, Джак оставил на тебе свой след, — пробормотала она. — Считай, что это мой.

Мадам отпустила мой подбородок. Я слышала, как она что-то говорила толпе, ее голос был громким и повелительным, но я не могла разобрать слов. В глазах потемнело и…

— Боунс, ну же, очнись. Пожалуйста, Боунс, — прошептал кто-то срывающимся голосом.

Я с трудом открыла глаза, и в тот же миг сквозь меня пронзила обжигающая боль. Я ахнула и слезы боли сами собой покатились по моему лицу.

— Мак! — крикнул Трей.

— Боунс, ты должна снова исцелить себя. — Передо мной предстали суровые глаза Мака.

Слова, которые он произнес, перекатывались в моей голове, как шарики, когда осознание вернулось ко мне. Я лежала на животе на смотровом столе, и моя спина горела.

— Боунс! — Сердитый голос Трея прорвался сквозь боль, и я встретилась с ним взглядом.

Я никогда не видела его таким злым. Он схватил меня за руку, и это легкое движение заставило меня застонать, стиснув зубы.

— Исцели себя. Как ты сделала прошлый раз.

Исцелить себя? Я попыталась сосредоточиться. Образы и звуки мелькали в моей голове. Серое лицо Сэма. Звук хлыста. Улыбка Мадам.

— Боунс. — Голос Трея смягчился.

Я почувствовала, как его большой палец коснулся тыльной стороны моей ладони.

— Все в порядке. — Со мной все будет в порядке.

Сэм. Я сосредоточилась на своем воспоминании об осунувшемся лице Сэма. Ни за что. Нет. Я бы, черт возьми, не стала делать этого снова.

— Боунс, если ты не исцелишь себя, нам придется дать тебе наркотик, — взмолился Трей.

Я напряглась, а затем попыталась сдержать крик. Малейшее движение мышц ощущалось так, словно кто-то заливал кислоту в открытую рану на моей спине.

— Я хочу это сделать, — снова попытался Трей грубым голосом. — Боунс, позволь мне это сделать.

— Нет, — прошипела я сквозь зубы.

— А что, если я это сделаю? — Спросил Мак, и в его голосе послышались нотки отчаяния. — Боунс, ты исцелишь себя через меня?

Я не ответила, пытаясь дышать сквозь боль, но продолжала задыхаться короткими глотками воздуха. Мак наклонился достаточно близко, чтобы я могла видеть только его серые глаза.

— Боунс, позволь мне исцелить тебя. Ты забрала мои плети, так позволь мне сделать это, — прошептал он, что-то похожее на страх промелькнуло в его глазах. — Пожалуйста.

Я крепко зажмурила глаза.

— Нет, — выдавила я.

Над моей головой поднялась суматоха, но боль снова отвлекла мое внимание. Мою спину свело судорогой, и из меня вырвался крик боли.

— Черт возьми, — выругался кто-то.

Мою руку пронзила боль, и ужас захлестнул меня. Я попыталась повернуть голову, чтобы посмотреть, но знакомый ледяной холод наркотика подействовал быстрее, распространяясь по моим венам, пока все не исчезло.

Вот ты где!

Ужас охватил меня. Я крепко зажмурила глаза. Нет. Это был просто сон. Это был просто кошмар.

Я повсюду искал тебя. Где ты?

Это всего лишь сон. Это всего лишь сон. Слезы жгли мне веки.

Что случилось? Я думал… — Его голос прервался, и я попыталась собраться с силами.

Открой глаза.

Я продолжала сжимать веки. В тишине я чувствовала исходящие от него эмоции и собралась с духом.

Ты использовала меня. Слова были полны боли и предательства.

Я вздрогнула от прикосновения призрачных рук, обхвативших мое лицо, их прикосновение было таким же ледяным, как наркотик.

Тебе следовало бы знать, что лучше не играть с огнем. Эти слова коснулись моей кожи, как ласка. Открой глаза.

Нет. Мой голос дрожал, но я сказала это.

Я ощутила первую волну гнева, исходившую от него. Открой глаза.

Нет.

Вот как? В его голосе звучало веселье. Ты хочешь сделать это по-плохому?

Я судорожно вздохнула, стараясь опустошить свой разум, сделать его пустым и чистым, как книга без единой страницы.

Он разочарованно вздохнул, как будто я была непослушным ребенком, и я вздрогнула, когда его пальцы сильнее сжали мое лицо. Значит по-плохому.

Я пыталась бороться, но, как всегда, он прорвался в мою голову, словно когти сквозь бумагу. Он протянул руку и схватил,