Читать книгу - "В поисках королевы - Адриана Максимова"

Талика. Ее почти человеческое тело начало расслаиваться, вокруг ног образовалась лужа из черной жижи. Кинжал упал, и Грета ловко притянула его к себе. Он покорно лег ей в руку, и она сжала рукоять. Талика с ревом бросилась на нее, сбив с ног. – Ты уйдешь со мной, рабыня!

Грета старалась изо всех сил избавиться от ярости раненой Талики. Та была готова превратить соперницу в пыль и не щадила себя: от каждого удара она становилась все прозрачней, ее волосы побелели, но она продолжила терзать Грету.

Найдя возможность увернуться, та вскочила на ноги и, выставив вперед руку, выкрикнула незнакомое Мараину заклинание. Позже он сообразил, что оно было произнесено на драммарском. Талика завыла, ее уже едва видимый силуэт вспыхнул багровым пламенем и тут же разметался на части черными витками дыма, оставив в воздухе горький привкус.

– Я забираю свой долг себе, – проговорила Грета, глядя на темные завитки, медленно опускающиеся вниз. – И прощаю его.

Все было кончено.

Талика была мертва.

Мариан устало закрыл глаза и отключился.

* * *

Его разбудил холод. Казалось, у него под кожей образовался лед, и он сам превратился в ледяную корку. Кто-то бил его по лицу, выкрикивая проклятья, но он не мог понять, чего от него хотят, словно и его ум заморозился. Его подхватили на руки и куда-то понесли. Судя по покачиванию и цокоту копыт, он оказался в карете. Чьи-то руки касались его, и ему казалось, что после них на коже должны остаться волдыри – настолько они были горячими. А потом огненная жидкость полилась ему в горло, и он, рискуя подавиться, заорал.

– Тише, тише, господин чародей, – торопливо проговорил женский голос. – Для покойника вы слишком бодрый.

– Что ты несешь, – пробормотал Мариан, отталкивая от себя руку Люси. – Прекрати!

– Не могу, иначе вы совсем помрете, – серьезно ответила Люси.

– Все так плохо?

– Ближе к отвратительно, – вздохнула Грета и принялась растирать ему руки. – Но самое страшное уже позади. Хотя напугали вы нас знатно.

– Где Сабола? – прохрипел Мариан, поняв, что в карете он только с Люси. Та отвела глаза. – Он жив?

– Он не совсем… – Люсия замялась и вздохнула, – вернулся. Глаза открыты, пульс есть, но он не реагирует ни на что.

– Вот Тьма, – расстроенно проговорил Мариан. У него начала болеть голова, и его замутило. – Мне надо к нему, самому посмотреть, что с ним.

– Позже, – строго произнесла Люси и, взяв фляжку, стала его поить. Мариан пытался сопротивляться, но надолго его не хватило. – С ним сейчас Бальтазар. Уверена: он хорошо за ним присматривает.

Спорить не было сил. Тело было, словно деревянное, а язык онемевшим. Мариан прикрыл глаза, желая забыться. Тихое шуршание ткани заставило его вздрогнуть. На сидении напротив появилась Грета. Она выглядела уставшей и ее силуэт двоился. Или у него в глазах все расплывалось?

– Она точно мертва? – одними губами произнес Мариан.

– Точно, – спокойно ответила Грета. – Талики больше нет. Она никому и никогда не навредит.

– И переродиться…

– Тоже не сможет.

– Значит, ребенок Кордии в безопасности, – с облечением прошептал Мариан. Грета, поджав губы, молчала. По ее хмурому виду Мариан догадался, что она о чем-то недоговаривает. Ему стало не по себе. В окно он увидел, что карета въезжает в королевский двор. Он хотел спросить Грету, что она скрывает, но сидение уже было пустым. Люси выскочила из кареты и побежала за слугами, чтобы те помогли чародею добраться до покоев.

Талики больше нет. Мариан снова прокрутил в голове эту мысль, ощутил ее вес. Она показалась ему холодной, похожей на мокрый песок. Даже пальцам стало неприятно. Он пошевелил рукой, залюбовавшись, как в вечернем отблеске солнца переливаются камни в перстнях.

Талики больше нет. И он больше никогда не услышит ее смех. Он свободен. У него есть шанс жить дальше, любить и не бояться, что его чувства могут привести возлюбленную к гибели. Вспомнил о Георгине и невольно улыбнулся. Сейчас он мог признаться себе, что хочет увидеть ее снова. И не потому, что их судьбы были связаны, а чтобы узнать лучше, и каковы ее губы на вкус. Если она, конечно, согласится принять его. Осталось только найти в себе силы встать на ноги.

– Как странно, что для счастья одного, кто-то другой должен умереть, – тихо проговорил он и, ухватившись за дверцу, выбрался из кареты. Шатаясь, дошел до фонтана и сел на край. Несколько капель воды упали ему на кожу, и он поморщился – холод все еще не ушел из его тела, хотя стал меньше.

– Матушка, отец… – глухо произнес Мариан, посмотрев в небо. – Та женщина, что вас обманула, а потом убила, больше не существует ни в одном из миров. Пусть вам будет спокойно: она больше никого не обидит.

Мариану стало грустно, что это не он убил ее. Но тут же одернул себя: главное, что все закончилось.

Талика мертва, он жив. Мариан даже нащупал пульс на запястье, чтобы убедиться в этом. Сердце билось ровно и спокойно. Он подставил лицо вечерним солнечным лучам, уже мягким, словно потерявшим утренний задор, наслаждаясь теплом.

– Проводите меня к Саболе, – сказал он, когда к нему подошли слуги. – И принесите ужин.

* * *

Сабола, и правда, был похож на живого мертвеца. Мариан помахал перед его глазами рукой – тот никак не отреагировал, Он сидел в кресле, одетый в белую шелковую рубашку, ноги прикрывал плотный зеленый плед. Напротив него сидел взволнованный Бальтазар. Его глаза были красными то ли от жары, то ли от переживаний. Тут же суетилась Люси, смешивая травы и зажигая свечи.

Мариан сел на кровать: ноги все еще плохо держали его. Взял со стола бокал вина и сделал несколько глотков.

– Сабола, – позвал он, глядя другу в глаза. – Ты не можешь потеряться сейчас. Возвращайся, ты, наконец, свободен.

– Что, если Талика забрала его с собой? – предположил Бальтазар.

– Не думаю, – без особой уверенности ответил Мариан. Ему казалось, что здесь что-то другое, но он не стал озвучивать это предположение. – Он что-то говорил? Может, рукой помахал?

– Нет, он просто открыл глаза и все, – вздохнул Бальтазар. – Я говорил с ним, никакой реакции. Он теперь таким и останется?

– Кто бы знал, – устало сказал Мариан и осушил бокал. Вытер губы и посмотрел на скорпионов, что дремали возле его ног.

– Возьми отца за руку, – предложила Люси, держа в руках чашу с красными лепестками. Бальтазар подчинился. – И повторяй за мной.

Люси начала читать заклинание. Бальтазар неуверенно ей вторил. Мариан мысленно поддерживал их дуэт, не желая в открытую вмешиваться.