Читать книгу - "Король Вечности - Л. Дж. Эндрюс"

изяществом. Удары сыпались, прежде чем я успевала проследить его предыдущее движение. Я боролась, пытаясь перейти в наступление, но все время отходила, неистово блокируя каждый выпад.

Мне удалось извернуться и оказаться у него за спиной, но в результате неудачного удара Эрик смог перехватить мою лодыжку и выбить меня из равновесия. Я с грохотом упала на спину.

Эрик прижал меня к земле, не давая возможности вырваться. Красный цвет его глаз напоминал мягкое пламя, а из-за проступившего пота ко лбу прилипли темные волосы. Его тело было твердым и крепким и находилось слишком близко к моему. Мерзавец только усугубил ситуацию, прильнув своим ртом к моим губам.

– Я представляю тебя такой слишком часто, – прошептал он. – Бушующий огонь в глазах, капельки пота на лбу.

– Это останется только в твоем представлении, Кровавый певец.

Он тихо хихикнул.

– Но я ведь уже пробовал, Певчая птичка. И чувствовал себя довольно опьяненным.

Его губы коснулись моих, и я прикусила язык, чтобы сдержать стон.

– Ты часто не даешь мне сказать ни слова, но я хочу, чтобы ты знала вот что… – Эрик отстранился и дождался, пока я посмотрю в его сторону, прежде чем продолжить. – У тебя ужасная координация ног.

Я изо всех сил ударила его кулаком в плечо.

– Отстань от меня.

Он расхохотался и встал, но протянул руку, помогая мне подняться. Я приняла ее почти инстинктивно, словно наш танец заставлял нас соприкасаться, но чувствовалась неловкость, не дававшая вновь переступить запретные границы.

Король не произнес ни слова, прежде чем отвернуться.

– Куда ты идешь? – Боже, прозвучало, словно я ребенок, собирающийся начать капризничать, но мне все чаще не нравилось наблюдать удаляющийся затылок Бладсингера.

– Королевские дела, дорогая. – Эрик оскалился своей чудовищно привлекательной ухмылкой. – Часто скучаешь по мне?

– Никогда. – Я развернулась и направилась в противоположном направлении, не обращая внимания на ухмылки Сьюэлла и Селин, словно они что-то подозревали.

Ничего подобного.

Клянусь богами, я и сама не до конца понимала, что происходит со мной всякий раз, стоило этому чертову Королю Вечности приблизиться.

В произнесенных королем словах была доля истины. Порой его длительное отсутствие вызывало необъяснимую тоску. Несомненно, все дело в узах и ритуале претендентства. Видимо, существовала некая магия, связывавшая меня с Кровавым певцом, но от его постоянного игнорирования становилось невыносимо грустно.

Эрик, проскользнув в свои покои, умывался, одевался и снова уходил. На протяжении многих дней он не произносил ни слова, кроме простого приветствия Певчая птичка.

Я пыталась расспросить Селин, где король проводит время. Но в ответ она твердила, что мне не следует приставать к нему с вопросами о его досуге, и настаивала, что мое любопытство только усугубит ситуацию. Однако после торжества она крайне редко оставляла меня. Казалось, что ее поведение обусловлено не только приказом короля.

Целыми днями Селин показывала мне дворец, знакомя со слугами, которые лишь при одном моем появлении широко распахивали глаза и старались сбежать, редко удостаивая меня разговором, и мучила мои ноги на многочисленных лестницах, ведущих на разные этажи.

– Ну как? – спросила я через неделю после того, как Эрик объявил меня своей. – Что скажете?

Алистер, старый дворецкий, наклонив голову, надул полные губы и прищурился, уставившись в окно.

– Что это?

– Что это? – недоуменно переспросила я. Кисточка все еще оставалась в моих пальцах, когда я широко раскинула руки к сверкающему окну. – Это же Ёрмунганд! Великий морской змей. Кто еще это может быть?

Алистер фыркнул и, сделав еще один вдох, стал изучать черное тело, окутанное дикими синими волнами.

– Я ценю художественные вольности, однако это не Ёрмунганд, которого я когда-то видел.

Селин сдавленно хихикнула, прикрывая рот рукой. Я откинула с лица прядь волос и посмотрела на дворецкого, снова собирая корзину с красками.

– Что ж, Алистер, боюсь, у меня плохие новости.

– Какие, леди Ливия?

– У вас нет ни капли художественного вкуса.

Мужчина снова фыркнул, но, когда он повернулся, собираясь уходить, его морщинистая кожа приподнялась на щеках, демонстрируя редкую улыбку.

– У нас полно окон, на которых можно потренироваться, миледи. Не падайте духом.

Прошло больше недели с той памятной ночи, когда луна, находившаяся высоко на ночном небосклоне, заливала покои своим светом. Эрик, тихо проскользнув в комнату, рылся в гардеробе. Я, притворившись спящей, была признательна ему за возможность не тревожить меня весь день и, пожалуй, немного раздосадованная тем, что он, похоже, решил избегать меня.

Прислушиваясь к звукам, которые издавал король, сбрасывая грязную одежду, и представив, как выглядит его обнаженное тело, я внезапно осознала, что Бладсингер стоит возле кровати.

Мое сердце пропустило удар, когда он бережно поправил одеяло на моих плечах, а затем нежным прикосновением кончиков пальцев убрал прядь волос со лба – касание, возникшее и исчезнувшее, как легкий поцелуй ветерка.

А потом он оставил меня одну.

В который раз.

– Мы называем его большим залом, – сказала Селин, с удовольствием оглядывая тронный зал, где почти две недели назад состоялся праздник. – Вы ведь тоже так называете свой, верно?

Я начала подмечать хитрые способы, с помощью которых Селин пыталась найти сходство между нашими мирами: прически, методы выращивания растений, даже форма ушей.

– Да, – ответила я. – Мы обедаем и веселимся в больших залах дома. – Я провела кончиками пальцев по филигранному трону из черного дерева, на спинке и подлокотниках которого были выгравированы разбивающиеся о скалы волны и морские растения. Я подмигнула Селин и уже собралась сесть. – Посмотрим, каково это – быть Кровавым певцом?

– Нет! – Она отдернула мою руку с такой силой, что я едва устояла на ногах. – Нет, только король может восседать на троне.

– Почему?

Селин облизнула губы.

– Если бы ты заняла трон, это означало бы, что ты считаешься равной королю. Но не существует равных Королю Вечности. Это уменьшило бы статус и власть Эрика.

– Боги, это что-то символическо, или какое-то заклинание?

– Таков порядок вещей. Если Король Вечности бессилен, значит, у повелителя больше ничего нет.

Взглянув на пустой трон, я прониклась сочувствием к Бладсингеру. Ему пришлось в одиночку нести бремя правления своим королевством и драться за то, чтобы не прогнуться под чужими неодобрительными взглядами.

Он практически лишен права иметь… кого-либо.

Здесь, в Королевстве Вечности, не бывает королев. Я вспомнила своих родителей и их безграничное доверие друг к другу, зависимость друг от друга. Они властвовали вместе, но стоило одному сдаться под тяжестью короны, как второй принимал ее за них обоих.

У Эрика могли быть любовницы, которые подарили