Читать книгу - "Выйти замуж за незнакомца - Сьюзен Барри"

Когда Стэси пришла в себя, она обнаружила, что лежит на маленьком, обитом муаровым шелком и отделанном шнуром диванчике в кабинете хозяйки, обдуваемая прохладным ветерком, который проникал сюда через выходившее в глухой дворик окно. Доктор Гуэлдер сидел у ее ног, обхватив пальцами запястье ее руки, очевидно, считал пульс, так как не отрывал глаз от часов. Вера Хант, с недовольно поджатыми губами, стояла около секретера и смотрела на него.

— Когда она ела в последний раз? — подняв глаза на Веру, спросил он. — Всегда ли она съедает нормальный обед или обходится парой чашек чаю с булкой?

— Откуда мне знать, — ответила Вера, скрывая нетерпение, ей казалось, что часы на камине тикают как сумасшедшие, а она еще не успела прогладить вечернее платье из жемчужно-серого тюля, которое собиралась надеть сегодня вечером. — Но думаю, она питается, как полагается. В противном случае она сама виновата.

— Ты хочешь сказать, что обеспечила ее нормальным питанием?

Его серо-зеленые глаза смотрели пристально, как бы пронизывая Веру насквозь, и она даже слегка покраснела.

— Ну, не совсем так, — призналась она, — но я плачу ей жалованье, обеспечиваю завтраками и ужинами, а также комнатой в моей квартире. Полагаю, причина ее обморока в этой ужасной жаре. Сегодня так душно!

— Может быть, — согласился он, едва ли не с отвращением глядя на глухое бархатное платье с длинными рукавами, которые туго обтягивали невероятно тонкие руки лежащей на диване обессиленной девушки. Глубокий вырез обнажал хрупкие плечи и тонкую шею, где билась нежно-голубая жилка. Он еще не забыл, как всего шесть недель назад она появилась в его врачебном кабинете, загорелая, пышущая свежестью и, несмотря на всю свою хрупкость, вовсе не вызывавшая у него впечатления пациентки, нуждающейся в усиленном питании. Это была здоровая деревенская девушка с чистыми огромными глазами и ясной головкой. И вот всего за шесть недель Лондон превратил ее в слабую тень — Лондон и Вера Хант, с ее модным магазином на Бонд-стрит! — Удивляюсь, как ты до сих пор не заметила, что на нее так плохо влияет обстановка такого тесного помещения, как это!

Он махнул рукой в сторону позолоченных стульев, черного ковра и бледно-розовых занавесей на окнах. Вера слегка приоткрыла рот от удивления.

— Ты хочешь сказать… — начала, было она, но он резко оборвал ее:

— Ей следует быть в постели как можно скорей, а пока ей нужно дать еще несколько глотков бренди…

Он протянул руку за стаканом, который держала Вера Хант; но как только Стэси ощутила резкий запах бренди, она приподнялась на кушетке и отвела стакан в сторону.

— О нет, спасибо! Мне теперь намного лучше, — заверила она его.

— Это так? — Он пристально посмотрел на нее. — Ваши щеки действительно слегка порозовели, но все-таки сделайте глоток…

На самом деле причиной слабого румянца на ее щеках послужил его пристальный взгляд и рука на ее запястье. Он снова считал пульс и долго держал руку, пока наконец не отпустил.

— Вы можете самостоятельно снять это платье и надеть свое? Или мне придется везти вас прямо в этом наряде…

— О, но я не погладила ваше платье! — виновато глядя на мисс Хант, неожиданно встрепенулась Стэси. — Ведь вы же хотели надеть его сегодня вечером!

— Вы не станете заниматься этим… — решительно заявил доктор Гуэлдер, а Вера Хант, как можно искреннее заверила ее, что сделает все сама, не забыв напомнить, что бархатное платье следует снимать с осторожностью, поскольку оно уже продано.

Мартину Гуэлдеру показалось, что Вера скрывает раздражение, предлагая помочь мисс Брент снять вечернее платье. Он поторопился выйти из кабинета. Стоило ему переступить порог, как она принялась с преувеличенной осторожностью умело стягивать узкое платье через голову Стэси, а затем, стряхнув, повесила его на плечики и выставила в витрину, где ему надлежало красоваться до утра, пока портниха не примется за переделку.

Стэси испустила вздох облегчения, когда платье было снято, но по-прежнему ощущала себя неловко, пока не облачилась в свое простое серое платье с белым воротничком и манжетами — своего рода униформу, придуманную мисс Хант. В этом платье Стэси выполняла свои обязанности в магазине. Она нервно теребила сумочку в поисках расчески и пудреницы, в то время, как мисс Хант, уже не интересуясь ее самочувствием, вышла к доктору Гуэлдеру. Стэси слышала, как она извинялась, что не успела одеться к его приходу.

— Боюсь, что мы уже опаздываем, — напомнила она.

— Мы еще больше опоздаем, нам придется отвезти мисс Брент к тебе на квартиру, — ответил он. — К тому же надо кому-то присмотреть за ней, хотя бы в эту ночь. Полагаю, я не вправе настаивать на твоей компании сегодня. Развлечемся вместе как-нибудь в другой раз…

— Но это же просто абсурд! — резко воскликнула Вера. — Мисс Брент вовсе не больна.

— Не больна, согласен. Но она упала в обморок.

— Сотни людей падают в обморок, особенно в такую жару. И если ты так обеспокоен, я попрошу миссис Маттьюз посидеть с ней. Конечно, у нее муж и семья, но, я уверена, она сделает мне такое одолжение.

Ее предложение не произвело на него должного впечатления.

— Я незнаком с твоей миссис Маттьюз, а девушка в таком возрасте, как мисс Брент, — заметь, совершенно здоровая всего шесть недель назад! — не станет падать в обморок из-за жары да еще находиться без сознания так долго. Я предпочел бы, чтобы с ней осталась ты…

Стэси почувствовала, как в ее хозяйке растет негодование. Жесткие нотки, прозвучавшие в ее голосе, и выступившие на щеках красные пятна выдавали ее гнев. Мысль, что вечер безнадежно испорчен, выводила ее из себя. Стэси поспешила выйти из кабинета к доктору Гуэлдеру, чтобы поправить положение и спасти Веру. Девушка чувствовала себя чуть лучше — несомненно, глоток бренди сделал свое дело.

— О, уверяю вас, я обойдусь без присмотра! Я действительно чувствую себя хорошо, и незачем мисс Хант портить себе вечер из-за меня! — умоляюще проговорила она. — Ну, правда, доктор Гуэлдер, со мной будет все в порядке — мне и так неловко, я причинила вам столько хлопот!