Читать книгу - "Останься в прошлом - Анастасия Ридд"

на Дениса, и я быстро вырываю руку из ослабевшего захвата мужчины. Кроме Олега Поля не видела ни одного представителя мужского пола рядом со мной, поэтому сейчас она с интересом разглядывает Вяземского.

— Привет! — дочь здоровается с ним. — Ты красивый.

Я замираю, кажется, не дышу вовсе, ожидая реакции от Вяземского. Денис открывает рот, но из него не вырывается ни звука. Я снова думаю о том, что таким мне его еще никогда не доводилось увидеть. Боюсь представить, что сейчас творится в его голове.

— Ты жених? — не дождавшись ответа, спрашивает Полина. Она часто бывает прямолинейной, а еще любопытной.

— Привет! Да, я жених, — глухо отвечает он прежде, чем я успеваю одернуть дочку.

— А где твоя невеста? — хмурится Полина.

— Поля! — восклицаю я.

— Она еще собирается, — произносит Вяземский все тем же ровным тоном.

— Идем, Полин, у жениха с невестой много дел. Не нужно отвлекать.

— Мамочка, подожди, — она дергает меня за руку. — А у тебя есть дочка?

Вяземский выгибает бровь в изумлении — такое ощущение, что ему ни разу не приходилось общаться с детьми. Но больше всего меня успокаивать одно: напряжение между нами спало благодаря дочери, а это значит, что после милой беседы мы сможем уйти по-английски. С Олегом я объяснюсь позже. Вот только есть небольшая проблема. После упоминании о невесте Полина может не захотеть уходить и устроить представление, чего мне бы хотелось меньше всего. У нее сейчас не самый простой возраст — дочь всегда хочет, чтобы все плясали под ее дудку и выполняли все, что ей вздумается.

— Нет, Полина. Правильно? Тебя Полина зовут? — спрашивает Денис, чем удивляет меня.

— Идем, — произношу настойчиво.

— Мамочка, подожди. Невежливо будет уйти, когда с тобой говорит жених, — деловито заявляет мой умный ребенок.

Я едва не прыскаю от смеха, а на губах Дениса появляется давно забытая улыбка. Я чувствую, как хаотично пульсирует в висках от непрошенных болезненных воспоминаний. Гоню их от себя ко всем чертям и увожу взгляд за изгородь — как раз туда, где стоит Олег со своей семьей. Наши еще не начавшиеся отношения заведомо обречены на провал.

— Да, меня зовут Полина. А тебя? — слышу голос своей дочери.

— Меня Денис, — отвечает Вяземский.

— Полина, идем. С Денисом мы сможем увидеться позже, — настаиваю я, и Полина наконец соглашается.

Я поднимаюсь по ступенькам, держа дочку за руку и чувствуя, как острый взгляд потемневших глаз прожигает мне спину. Не нужно оборачиваться, чтобы ощущать его на себе. Мы скрываемся в уборной, и я наконец могу перевести дыхание. Меня до сих пор трясет — то ли от неожиданности встречи, то ли от злости к этому человеку, то ли от трепета, с которым он строил диалог с Полиной. Все эмоции и чувства перемешиваются, превращаясь в одно сплошное противоречие, а голова вот-вот взорвется от невообразимого потока мыслей.

Нужно бежать отсюда! Как можно дальше. Это единственный выход вернуть себе спокойствие и гармонию, которые я с таким трудом смогла обрести за последние годы.

— А мы куда? — спрашивает Полина, когда мы выходим из уборной и идем в противоположное от заднего двора направление.

— Малышка, мне нужно срочно выпить лекарство. У меня болит голова, — отвечаю уклончиво. Но таблетка от головы мне действительно необходима.

— А мы потом вернемся? — летит ожидаемый вопрос.

— Я не знаю, солнышко, — произношу я, открывая парадную дверь перед Полиной и пропуская ее вперед.

— Мама, а как же папа Олег?

Слова почти четырехлетнего ребенка снова окатывают меня ледяной водой, а от произнесенного ею «папа» буквально хочется лезть на стенку. Я — взрослый человек, но совсем не знаю, как реагировать. Пропустить мимо ушей или же наоборот заострить на этом внимание?

— Я ему позвоню чуть позже, не переживай, — мягко отвечаю я.

Из только что подъехавшей машины с шашечкой на крыше выходят очередные гости, а я жестикулирую водителю рукой, спрашивая, свободен ли он. Мужчина средних лет коротко кивает, и мы с Полиной, быстро добравшись до такси, устраиваемся на заднем сидении.

— Мама, смотри! Это она! — восклицает дочь, когда водитель трогается с места.

Я смотрю туда, куда тычет своим маленьким указательным пальцем дочь, и тоже вижу ее — виновницу торжества. Регина стоит на балконе второго этажа особняка, разговаривая по телефону с мрачным выражением лица. Даже с такого расстояния заметно ее недовольство.

— Мама, а почему она не улыбается? Она ведь такая красивая.

— Наверное, у нее что-то случилось, — пожимаю плечами.

— Она хоть и красивая, но мне не нравится. Невеста должна улыбаться.

— Я тоже так думаю, милая, — провожу рукой по ее мягким волосам.

— А вот жених мне понравился, — в заключении говорит Полина, и на этот раз мрачнею я.

Я отмалчиваюсь, и дочь переводит тему на другую, более безопасную. Спустя некоторое время мы подъезжаем к дому, и я наконец чувствую себя в безопасности. Но стойкое ощущение, что это ненадолго, меня не покидает.

Глава 4

— Мамочка, можно покачаться на качельке? — спрашивает Полина, как только мы выходим из машины такси.

— Поль, пойдем домой, у меня разболелась голова.

— Ну, пожалуйста, я чуть-чуть покачаюсь и пойдем, — умоляющим голосом просит она.

— Мы и в платьях нарядных. Не для улицы, — прихожу еще аргумент.

— Одну минутку, — улыбается ребенок, и я соглашаюсь.

Пока качаю дочь на качеле, достаю из сумочки мобильный, решая сообщить Олегу о нашем внезапном исчезновении. Извиняюсь, ссылаясь на ужасную головную боль, и отправляю. Семенов — умный мужчина, маловероятно, что он воспримет головную боль как серьезную причину ухода с такого значимого мероприятия.

Минут через десять мы наконец-то заходим домой. Скинув босоножки, я прошу дочку пройти со мной в гостиную. Чем быстрее состоится наш разговор об Олеге, тем лучше.

— Полюшка, я хотела поговорить с тобой насчет Олега, — начинаю я. — Он тебе нравится, да?

— Да, он хороший, — не задумываясь, отвечает Полина. — И всегда улыбается.

— Да, — киваю. — Поль, но он не твой папа.

— Я знаю, — уверенно говорит она, но в голосе слышатся грустные нотки. — Но мне хочется, чтоб у меня был папа.

— Я знаю, моя