Читать книгу - "Предательство. Я подарю вам боль - Ванесса Рай"

родственников нет? Детей, племянников? Пусть они возглавляют, — нервно ерзаю я на стуле.

— Хм… Дети, племянники. Есть! Но лучше б не было… Шайка шакалов, которые только и ждут, когда мы с Георгием помрем. Они даже в гости просто так не ездят. Только, когда деньги нужны. А запросы там… ого-го! Колька мою фирму чуть до разорения не довел. Хорошо, я вовремя вмешалась. Второй сын наркоман… лечится. Дочь непутевая пустышка, да еще и с ужасным характером. В общем, разочаровалась я в них. А вот ты мне нравишься, — с интересом смотрит она на меня. — Неужели такой шанс упустишь, а? Тебе ж деньги нужны, а со мной ты на все заработаешь: и на дом, и на машину…

Через несколько дней

С самого утра верчусь, как белка в колесе. У Георгия Валентиновича сегодня день рождения, и к моим основным обязанностям прибавилась еще и помощь по дому. Пока именинник отдыхает после обеда, я помогают готовить десерт, перебираю посуду, натираю столовое серебро.

— О, приехали стервятники! Сейчас начнут клянчить деньги. Хоть бы раз о моем здоровье спросили, — ворчит хозяйка дома, выглядывая в окно. — Тот, что потолще, это Колька. А высокий — племянник мой, Стас, — кивает она в в сторону молодых людей.

Оба шикарно одеты и с недовольными лицами. Позади всех идет высокая молодая женщина лет тридцати. В моде я не разбираюсь, но готова поклясться, на ней платье, которое стоит целое состояние.

Через десять минут все собрались за праздничным столом. Я хотела уйти в свою комнату, но Августа Александровна настояла, чтобы я осталась. Но это пришлось не по вкусу ее гостям.

— Не понимаю, почему мы должны сидеть за одним столом с прислугой? — недовольно покосилась на меня дочь хозяйки дома. — Мама, у тебя же для них домик есть. Вот пусть и…

Меня аж передернуло от неприязни к этой напыщенной стерве. Мерзавка живет на всём готовом. Ей даже работать не надо, потому что она родилась в богатой семье. А я уже несколько дней сына не вижу. Выезжаю из дома в половине восьмого, а возвращаюсь только в одиннадцатом часу…

Сережу отвезла к маме: у нее отпуск, и она на время взяла к себе внука. От Родницкого ни слуху ни духу. У меня даже нет времени подать на развод, чтобы стребовать с него алименты… А эта зажравшаяся змея смеет называть меня обслугой, да еще и в такой презрительной манере.

— А с чего ты взяла, что Даша — прислуга? — хозяйка замка даже голос на дочь не повысила, но посмотрела на нее так, что та вжалась в стул.

Боится, гадина, что мать доступ к финансам перекроет. Тогда ей самой работать придется…

— А кто она такая? Сиделка… За отцом ходит… горшки его моет, — презрительно хмыкнула она. — Да, она сиделка, но пока, — Августа Александровна с помощью интонации выделила последнее слово. — Со следующей недели я буду вводить её в курс дела… и она будет управлять моей фирмой. Одной их моих фирм.

Стайка мажоров даже есть перестала от негодования. Все уставились на меня, но уже не как на безобидную прислугу, а как на опасное насекомое, которое надо немедленно раздавить.

— Мама, ты это серьезно?! Может, ты много вина выпила и тебе прилечь надо? — уставился на мать сынок. Тот, что чуть не довел ее фирму до банкротства.

— А ты меня спать не посылай. Не немощная… Я соображаю лучше всех вас. И я вполне серьезно: Даша будет управлять фирмой, и это не обсуждается! Под моим присмотром, разумеется. А потом, — она сделала паузу и торжественно посмотрела на стайку стервятников, поедающих ее деликатесы. — Она станет владелицей этой фирмы.

В зале повисла пугающая тишина. Даже полный сынок Колька перестал жевать, и уставился на меня выпученными глазами.

— А ты папу не хочешь сначала спросить? Посоветоваться? Может, он против, чтобы его сиделка оттяпала фирму семьи?! Мама, приди в себя! Это же семейная компания, она не должна уходить в чужие руки! — взвизгивает гламурная доченька.

— Арина, отец не против: он только за! — моментально ставит она на место обнаглевшую дочь. — Даша для меня сейчас ближе, чем мы все вместе взятые. Стая стервятников, которые после моей смерти разбазарят состояние. Один на еду и тачки, другой на наркотики и продажных баб… Другая на шмотки, курорты, цацки… Тьфу! Хотя бы один нормальный оказался.

Чувствую себя ужасно. Лучше бы она объявила эту новость не при мне. Сейчас я будто под прицелом трех врагов…

Чтобы снять напряжение, делаю глоток вина. Тревога не снижается, вместо этого меня начинает подташнивать.

— Даша, ты куда? — спрашивает Августа Александровна, заметив, что я встала из-за стола.

— В ванную. Сейчас приду. В ванной мне сразу же становится легче. Открываю кран и умываю лицо холодной водой. Надо придумать какой-то предлог, чтобы не возвращаться за стол с токсичными людьми.

Точно… Георгию Валентиновичу как раз пора на прогулку…

Выхожу из ванной и сталкиваюсь с племянником хозяйки дома. Странно… Он ждал свою очередь, а ведь рядом еще две ванные комнаты.

— Ничего у тебя не получится. И не мечтай, — с ненавистью смотрит он на меня.

— Вы о чем?

— Не делай вид, что не поняла. Святая простота… Я насквозь тебя вижу: ты лживая тварь. Вторглась старухе в доверие, добренькую из себя изобразила… А все для того, чтобы фирму ее забрать и нас без денег оставить, — шипит он. Брезгливо смотрю на одного из мажоров. Не зря моя работодательница их не любит, считая стервятниками….

— По себе других судите? — смерила его брезгливым взглядом. — Думайте, что хотите… Мне все равно.

— Берегись, — роняет он.

— Ты мне угрожаешь?

— Пока нет… Но лучше откажись от предложения этой маразматички и уезжай отсюда. Я даже бабок могу подкинуть, если надо.

— А если не откажусь и не уеду, то что? — вкрадчиво спрашиваю я. В начале я и сама хотела отказаться от фирмы, но сейчас это уже дело принципа.

Глава 9

Через две недели

Больше обнаглевшие мажоры к Августе Александровне не приезжали. Но расслабляться не стоит: стервятники так просто не сдадутся. Наверняка, обдумывают коварный план, как поссорить меня с бизнесвумен, или сделать что-то похуже. А пока я получаю удовольствие от новой жизни, и скучать мне некогда. Одна беда: я почти не вижу своего сына.

— Ну, что, вижу, ты потихоньку разбираешься. Ничего, разберешься. Москва не сразу строилась, — одобрительно похлопывает меня по плечу работодательница. — Ты упорная, старательная, не наглая, решительная. Одной тебе пока рано фирмой