Читать книгу - "Непокорная тигрица - Джейд Ли"

Он слушал все эти россказни, стиснув от злости зубы и делая вид, что верит ей. Он решил, что пусть уж лучше она думает о своей сказочной жизни в Англии, чем об ужасной реальности и о том, что они собирались сделать с ее приемным отцом. Именно по этой причине они приехали в Шанхай и сидели сейчас в борделе, принадлежавшем Половинке. В настоящий момент Чжи-Ган находился в маленькой задней комнате и слушал, как этот ублюдок-полукровка, жадно поедая жирные клецки, хвастался своими особыми привилегиями в отношении девочек.

— Десять лет назад ты тоже управлял этим заведением? — осведомился Чжи-Ган, стараясь вернуть Половинку к интересующей его теме.

— Я здесь с самого рождения, — ответил тот. В этот миг открылась дверь и в комнату вошла молоденькая девушка лет шестнадцати. В руках она держала поднос, на котором стояли чайные чашки и бутылка американского виски. — Сэмюель считает меня очень способным человеком и поэтому обучил всему, что нужно для управления таким заведением. Сейчас я — его правая рука. Именно так он меня называет.

Он явно лгал, но Чжи-Гану нравилось наблюдать за тем, как идиоты наподобие Половинки разглагольствуют о собственной значимости. При этом они обязательно сболтнут лишнее, упомянут какую-нибудь важную деталь.

— А как насчет новых девочек? Они всегда попадают прямо к тебе?

— Да, — с важностью произнес Половинка и довольно ухмыльнулся, наблюдая за тем, как девушка расставляет чашки и наливает виски. Ее лицо было невозмутимо спокойным, а движения неторопливыми и четкими. На какое-то мгновение Чжи-Гану показалось, что перед ним не человек, а машина. Однако Половинка тут же развеял все его сомнения. Когда девушка повернулась, собираясь выйти из комнаты, он обхватил рукой ее талию и, притянув, усадил к себе на колени. Девушка вскрикнула от неожиданности и попыталась вырваться, но он ударил ее кулаком по голове, и она сразу затихла. Хотя он ударил ее не очень сильно, она мгновенно успокоилась. Ее глаза стали какими-то пустыми и безжизненными, а слезы, появившиеся в них, тут же высохли.

— Что ты делаешь? — закричал Чжи-Ган. — Я не буду пить в присутствии женщины.

— Она все равно ничего не скажет. Пойми, именно об этом я тебе и рассказывал. Я помогал обучать девушек с тех самых пор, как начал превосходить их в весе.

Чжи-Ган вздрогнул.

— Меня интересует только одна девушка, — сказал он, однако Половинка не слушал его. Он был занят другим делом.

— Они все одинаковые. Просто половые щели, которые нужно открыть, — сказал он и раздвинул ноги девушки.

— Ты порвешь платье, — пробормотала она. Похоже, ее часто били и она привыкла подчиняться.

— У нас здесь платьев навалом, — ответил Половинка и задрал девушке юбку, обнажив ее красноватые ягодицы.

— Я не хочу смотреть…

— После моих тренировок они могут делать все, что угодно. А если они упрямятся, то для этой цели у нас есть кровати с цепями. Опиум делает их послушными. А еще толпа клиентов, которым очень нравится лишать их девственности, — сказал Половинка, и на его лице появилась довольная улыбка. Он явно гордился собой. — Но обычно первым это делаю я. Как говорится, своеобразная тренировка. Ты же знаешь, что у белых мужчин большие члены, и девушки должны быть готовы к этому. — Ухмыльнувшись, он засунул свой палец во влагалище девушки. — Они всегда кричат, когда я ими занимаюсь.

Половинка раздвинул ее ноги еще шире, но девушка совершенно не сопротивлялась. Она просто уставилась в одну точку и молчала. В отличие от нее, Чжи-Ган не мог спокойно на это смотреть. У него внутри все просто перевернулось от отвращения. Он понимал, что Половинка был еще слишком маленьким в то время, когда его сестру лишили девственности, но сейчас ему казалось, что это сделал именно ублюдок-полукровка, который насиловал сотни маленьких испуганных девочек, а потом издевался над ними при каждом удобном случае. Чжи-Ган почувствовал такое непреодолимое желание положить этому конец, что у него даже руки зачесались.

— Прекрати немедленно! — крикнул Чжи-Ган. — Мне совсем не нравится смотреть на это.

Но Половинка, не обращая на него внимания, продолжал заниматься своим мерзким делом. Тогда Чжи-Ган резко наклонился и схватил его за руку.

— Все это отвратительно, — процедил он сквозь зубы и сплюнул.

— Не хочешь поразвлечься? Она уже готова. Я даже не потребую с тебя денег.

Чжи-Ган проигнорировал его слова. Он схватил девушку, поставил ее на ноги и одернул задравшуюся юбку. Девушка посмотрела на него, и он заметил в ее пустых глазах вспыхнувшую искорку интереса.

— Пойди и найди Анну, — сердито пробормотал он. — Белую женщину, которая приехала вместе со мной. Расскажешь ей, когда и где ты родилась.

Девушка продолжала неподвижно стоять, недоуменно уставившись на него. Чжи-Гану пришлось самому развернуть ее лицом к двери и вытолкнуть из комнаты. Плотно закрыв за ней дверь, он обратился к Половинке.

— Когда ты свяжешься с Сэмюелем? — спросил Чжи-Ган. — Я хочу знать время нашей с ним встречи.

Половинка пожал плечами.

— Он здесь частый гость. Как только узнает, что я вернулся, сразу же придет навестить меня. Скорее всего, завтра вечером.

— Точно? — спросил Чжи-Ган. — Разве ты не посылаешь к нему гонцов? Неужели он сам является в твой дом?

— Да, — ответил Половинка, и его глаза как-то странно заблестели. — Анну лишил девственности тоже я, — вдруг сказал он и гадко улыбнулся, очевидно вспомнив, как это произошло. — Она была тогда моложе — такая маленькая, упругая. Я тогда тоже был еще совсем юным, но уже достаточно большим, чтобы заставить ее кричать. Сильно кричать.

Потом Половинка наклонился, схватил кружку, до краев наполненную виски, и залпом выпил ее, слегка запрокинув голову. И это было последним, что он сделал в своей жизни. Чжи-Ган выхватил нож и всадил его прямо Половинке в сердце.

Минут через пять после этого в комнату влетела Анна. Чжи-Ган как раз просматривал расходные книги борделя, пытаясь найти хоть какое-то упоминание о своей сестре. Миссис Тин очень тщательно вела записи, и он нашел массу полезной информации о том, как шли дела в публичном доме. И только когда Половинка взял управление в свои руки, записи начали вести кое-как.

Когда Анна открыла дверь, Чжи-Ган тут же вскочил на ноги и выхватил свои ножи. Она резко остановилась и с ужасом посмотрела на тело Половинки.

— Тебя нельзя оставлять одного даже на пять минут!

Чжи-Ган пожал плечами.

— Я больше не мог терпеть эту свинью, — сказал он, бросив взгляд на мертвого полукровку. — Я позже сам все уберу. Мне нужно еще одно полотенце, — добавил он. Найдя грубую, сплошь покрытую жирными пятнами тряпку и ведро, он уже успел вытереть почти всю кровь.

Анна презрительно скривилась и ушла. Буквально через минуту она привела с собой двух слуг с кучей полотенец в руках.

— Надеюсь, вы знаете, что следует сделать, — сказала она им.