Читать книгу - "Возрожденная - Джеймин Ив"

чтобы ты еще раз уточнила. Теперь, когда я в здравом уме.

— Ты хочешь знать, почему он напал на альфу?

Тень кивнул, и я почувствовала, как внутри меня разливается тепло: он проявил достаточно заботы, чтобы расспросить меня подробнее.

— Судя по всему, это началось, когда мне было пять лет, — начала я, а затем подробно рассказала обо всем, что узнала от Льюисонов, и о своей теории, согласно которой моя сторона Нексуса проявлялась, когда речь шла о потере или защите близких, а не о защите себя.

Тень внимательно слушал, положив руку на дверной косяк своей комнаты, которая только что появилась перед нами.

— Ты определенно больше склонна к альтруизму, чем к самозащите, — хрипло согласился он. — Вот почему жестокое обращение с тобой никогда не затрагивало твою сторону Нексуса. Ты слишком сильна духом и телом. Ты можешь справиться с чем угодно — черт, ты справлялась со всем, что я тебе бросал, и при этом бросала это обратно мне в лицо. Но когда страдают твои близкие, ты сдаешься.

Он знал меня лучше, чем я предполагала. Тень видел все, и он был слишком умен, чтобы не сложить все воедино.

— Я много думала об этом, особенно когда пыталась вспомнить, что спровоцировало мою первую схватку с огненной силой.

— Ты помнишь?

Я судорожно сглотнула, потому что сама недавно вспомнила.

Это было болезненное воспоминание для меня, но я решила рассказать об этом Тени.

— Я заблокировала эти воспоминания, потому что в то время они были слишком травмирующими для моего юного сознания, — тихо сказала я, — но недавно мне пришлось заставить себя вернуться в прошлое, и тогда воспоминания вернулись. — Я с трудом сглотнула, а он протянул руку и взял меня за руку, но не сказал ни слова, позволив мне говорить так, как я хочу.

— С трехлетнего возраста у меня был домашний кролик. — Я вздохнула. — Родители, видимо, разрешали мне свободно бродить по лесу, и как-то раз я нашла бурого кролика. В Торме ни у кого не было домашних животных, потому что Виктор был против того, чтобы волки дружили с едой, но я была слишком мала, чтобы понимать, насколько серьезно он относился к этому правилу. Я каждый день навещала своего кролика, и два года он был моим другом, пока однажды мы не играли слишком близко к дому, и его не заметил охранник.

Они убили его. Просто невинное животное, которое совершило ошибку, доверившись мне.

Это была моя первая потеря. Я плохо с ней справилась. Я с трудом сглотнула.

— Я до сих пор с ней справляюсь. Мы не можем потерять еще кого-то в этой войне… Мы просто не можем.

Тень пристально смотрел на меня в течение этого долгого, тяжелого мгновения. Связь между нами дико трепетала, как птенец, впервые отправляющийся в полет.

— Я не могу обещать, что ты никого не потеряешь, — сказал Тень, наклоняясь ко мне и касаясь носом моей щеки. — Но я могу обещать, что бы ни случилось, ты не будешь противостоять этому в одиночку. Мы будем бороться вместе и отдадим за это все, что у нас есть.

Его слова были утешительными и зловещими одновременно, но я понимала, почему он не мог дать такого обещания. Никто из нас не знал, что произойдет, когда мы встретимся с Дэнни лицом к лицу. Но, по крайней мере, у нас была последняя ночь перед нашей последней битвой.

Мы с Тенью вошли в его комнату, и мне пришлось ущипнуть себя за то, насколько мы похожи на пару сегодня вечером. Он повел меня в ванную, где включил сильный и горячий душ, затащив меня под него полностью одетой. Он наклонился, чтобы поцеловать меня, а я уже приподнялась ему навстречу, вцепившись руками в его рубашку, чтобы сорвать ее с его тела.

Через несколько секунд мы были обнажены, и в следующую секунду он уже был внутри меня, жар воды казался почти прохладным по сравнению с пламенем нашей силы. Каждый раз, когда мы соединялись подобным образом, наша связь укреплялась, и я начинала понимать, как на самом деле работает эта супружеская связь.

У нас с Торином была лишь первая связь, но этого было бы недостаточно. Нам не хватало топлива, чтобы разжечь огонь. Мы с Тенью были полны топлива, искр и пламени, и наш огонь становился сильнее с каждым днем.

Застонав, я вцепилась в его плечи, когда меня охватил оргазм. Первый из многих, и к тому времени, когда мы наконец вымылись и забрались в постель, нам оставалось поспать всего несколько часов.

К счастью, мы были сверхъестественными существами, потому что я не отказывалась бы от секса ради сна. Ни за что на свете.

***

На следующее утро, очень рано, меня вытащил из постели совершенно голый Тень. Он усадил меня в гардеробной и велел одеться. Возможно, из-за того, что я не выспалась, я не слышала ни слова из того, что он говорил, и еще из-за его твердого члена, который он выставил напоказ, как оружие.

— Мера, — повторил он, его тон был одновременно язвительным и веселым. — Мне нужно, чтобы ты сосредоточилась, Солнышко.

Я застонала, высунув язык, чтобы облизать губы, потому что действительно хотелось пить… Нет, подождите, жарко. Здесь было действительно жарко.

— Я думала, мы уедем сегодня попозже, — пробормотала я, все еще не отрывая взгляда от его члена.

— Сегодня утром нам нужно попрактиковаться в крепости связующего круга, — напомнил он моему затуманенному разуму. — Это самая прочная тюрьма, которую только можно создать, но она требует навыков и координации, на совершенствование которых могут уйти месяцы. У нас есть часы.

Я кивнула, и его член кивнул вместе со мной. Или… он просто выпрямился? Потому что я была почти уверена, что у члена Тени не было способности двигаться независимо от самого зверя.

— Солнышко, ты слышала хоть одно чертово слово из того, что я сказал?

Я, наконец, смогла оторваться от того места, куда смотрела, и, моргая, посмотрела в его золотистые глаза.

— Да, точно. Круг смерти. Надо попрактиковаться. Я имею в виду, что именно надевают, когда создают круг, который, возможно, уничтожит нас всех? Красный?

Радужка Тени вспыхнула пламенем, и золото мгновенно исчезло.

— Красный подойдет.

Я только сделала первый шаг в его сторону, все мои мысли и желания были наготове, когда его сила пригвоздила меня к месту. Он направился ко мне, и я успела бросить на него испепеляющий взгляд.

— Солнышко, — протянул он, растягивая слова. — У нас нет времени на то, о чем меня