Читать книгу - "Лекарство от разбитого сердца - Анна Сергеевна Платунова"

— Да нет же, Милена принесла коллекцию перьев в больницу, чтобы показать её одному больному мальчику. Сейчас они с Мартой в ординаторской, всё в порядке. Я имею в виду, с Миленой.

— А с тобой?

Тьер Мортенс опустил алое пёрышко в котелок, где бурлила золотистая жидкость, и оно вспыхнуло и растворилось в будущем зелье в один момент. Он взглянул на часы: теперь нужно было ждать ровно час, чтобы все ингредиенты пришли в равновесие. Наконец-то у него появилось время, чтобы обнять Тессу, и он незамедлительно этим воспользовался.

— Со мной всё хорошо, Дар, тебе не о чем переживать, — бормотала Тесса, беспорядочно целуя его лицо. — Я очень надеюсь, что зелье поможет, потому что иначе… потому что иначе и быть не может!

— Давай верить в это вместе, — улыбнулся Дарен и нашёл её губы.

— Э-э, кхм, я оставлю вас ненадолго, — заявил придворный алхимик. — Следите, чтобы зелье не убежало!

Конечно, они то и дело посматривали на булькающее варево, но между делом не забывали обниматься и целоваться. Дарен признался, что за долгие дни в заключении снова отвык от прикосновений. Тесса сжала его пальцы в своих и посмотрела на него снизу вверх, очень серьёзно.

— Первое, что я сделаю, когда ты вернёшься домой, — потребую от тебя исполнения супружеского долга. Даже не мечтай отвертеться, я всё же теперь твоя жена и не слезу с тебя, пока не добьюсь своего!

— Звучит заманчиво, — улыбнулся Мортенс и провёл ладонью по её спине, от шеи и до поясницы. — Особенно обещание не слезать с меня. О, кажется, температура зелья поднялась выше нормы!

Тесса вспыхнула и приложила руки к щекам: она и не думала, что её слова прозвучат так буквально. Хотя, вероятно, думала, потому что и Дарен, бросив кубик льда в котелок, пытался не смотреть на жену, чтобы восстановить дыхание.

В тюремной камере он не помышлял о брачной ночи — приговор перечеркнул будущее, направив все мысли лишь на подсчёт оставшихся дней. Сейчас всё было иначе: солнце било в окна и отражалось в разномастных лабораторных посудинах, и Тесса была совсем рядом, и в измученной душе некроманта вновь поселилась надежда.

Когда пришло время давать королю Альдоресу зелье, принцесса Аглая заперла двери, за которыми теперь томились не только выставленные вон целители. В небольшой толпе были и советники, и министры, и даже невесть как проскользнувший мимо гвардейцев журналист из газеты.

— Пахнет неплохо, — втянув аромат антидота, произнесла Аглая. — Но как понять, что это не новый яд?

Дарен понимал сомнения принцессы. Она прекрасно знала, что ему, осуждённому на казнь, терять нечего. Это был страх дочери, которая когда-то лишилась матери, а теперь могла вот-вот потерять и отца. Она готовилась стать королевой, но пока ей требовался мудрый наставник. Ей нужен отец!

— Если вы не доверяете мне, я могу сам выпить порцию зелья прежде, чем мы напоим короля, — предложил Дарен.

— Нет, не надо. Его не так уж много, а перьев феникса у нас больше нет. Я согласна!

Короля разбудили и поднесли ему зелье в серебряном стаканчике. Он без сомнений опрокинул содержимое в рот и прикрыл глаза в ожидании эффекта. Тем временем и Тереза, и Дарен уже готовили диагностические заклинания. Мягко водя руками над сонным королём Альдоресом, они переглядывались, и взгляды их были полны ожидания чуда. И чудо случилось!

— Он уходит, яд уходит. Его всё меньше и меньше! — воскликнула Тесса.

— Ох, жаль, что я ничего не вижу, — взволнованно сказала принцесса, стискивая руки отца. — Папа, скажи что-нибудь? Что ты чувствуешь сейчас?

— Как будто чудовище, которое пережёвывало меня несколько дней, наконец разжало челюсти.

Король отбросил одеяло и пошевелил ногами. Аглая радостно бросилась обнимать родителя.

Дарен и Тесса ещё долго при помощи заклинаний наблюдали за тем, как остатки яда в организме короля Альдореса исчезают без следа. Они истратили уже весь магический резерв и пользовались виталитами из ящика, который доставили в покои по приказу Аглаи. Нужно было убедиться, что прахоцвет ушёл навсегда, что его цветы даже спустя много лет, когда Альдорес состарится и умрёт, не вырастут на его могиле.

— Вам нужно поесть чего-нибудь, ваше величество, — сказал Дарен. — Лучше горячего и жидкого, вроде куриного бульона. А потом как следует отдохнуть.

— Ух, как я голоден! — воскликнул король и посмотрел на дочь. — Прикажи накрыть обед.

— Боюсь, вам лучше поесть здесь, ваше величество, — осторожно сказала Тесса. — Пока вы ещё не полностью выздоровели. А вот завтра уже можно будет вставать и потихоньку возвращаться к делам.

— Мне так надоела эта постель. — Альдорес в сердцах ударил кулаком шёлковую подушку, и она, пролетев полкомнаты, упала на пол. — Ох, ладно, если целители говорят лежать, то буду лежать.

— Мы должны убедиться в том, что яд больше не проявит себя, — сказал Дарен.

Принцесса с тревогой приложила ладони к груди.

— Вы думаете, облегчение ненадолго? Ах, что я говорю, ведь если антидот сработал правильно, то яда больше не осталось. И всё же, Дарен, и ты, Тереза, вы должны остаться во дворце до утра.

— Конечно, ваше высочество, — отозвался тьер Мортенс. — Сколько нужно, столько и будем.

В скором времени королю принесли обед, и Аглая вдруг вспомнила, что ни у неё самой, ни у целителей и крошки во рту не было с раннего утра. Она распорядилась отвести Дарена и его жену в гостевые покои и накормить их, а сама схватила с блюда пирожок и уселась в кресло в покоях короля.

— Хорошо, что нас не пригласили на обед с этой кучей министров и советников, — заметил Дарен, с нежностью глядя на Тессу. — Я ведь совершенно не одет для приёмов во дворце!

— Ты самый красивый мужчина на свете, — заверила мужа Тереза. — Ешь, ты потратил много сил.

После сытной трапезы Дарен, как смог, привёл себя в порядок в ванной комнате. Отражение в зеркале испугало даже его, бывалого некроманта. Тёмные круги под глазами от бессонных ночей и переживаний, щетина, заострившийся подбородок. Тьер Мортенс сбросил одежду и вымылся, а потом долго смотрел на скомканную тюремную робу на полу, не в силах заставить себя надеть её снова. Тесса заглянула в ванную — он успел обернуться полотенцем.

— Тебе принесли чистую одежду. И