Читать книгу - "Эскорт. Полюби меня за деньги - Аля Алая"

мягко вернул руки на мое тело, обнял попу и ощутимо ее сдавил.

— Именно так, — ответила я настолько твердо, насколько в этот момент могла. Минуты трезвости, вызванные новостями, отступили и опять начало расслаблять и клонить в сон. — Я сама буду решать.

— Хорошо, — мужчина ласково улыбнулся и, закинув меня на плечо, потащил в сторону спальни. Пара движений — и я оказалась лежащей на кровати. Еще минута, и Роман освободил меня от всей одежды.

— Я бы поспала, — схватив за край одеяла, потащила его на себя.

— Поспишь, потом, — Роман ухмыльнулся. — Ты что по пьяни любишь?

— Спать? — я прижала к груди одеяло и настороженно наблюдала, как Роман неспешно начал избавляться от одежды.

Секс в пьяном виде — это точно не мое. Если бокал вина или два делали меня игривой, то вот после третьего у Бориса уже ничего не получалось от меня добиться. А тут во мне полбутылки коньяка. Я, скорее всего, усну где-то в процессе. Роман сам будет виноват, если не хочет ко мне прислушаться.

— Думаю, мы займемся кое-чем более интересным, раз уж я прервал важную поездку. Сколько раз я тебе звонил?

— Ты не звонил, — глаза мечутся по комнате в поисках телефона и останавливаются на сумочке в углу. Мать его. Я же оставила телефон здесь, а сама на крышу ушла.

— Не звонил, значит, — Роман подходит к кровати вплотную и начинает стягивать с меня одеяло. И тут мне становится страшновато, его взгляд не обещает ничего хорошего.

— Я случайно, честно. Просто забыла взять с собой. Я больше так не буду, — цепляюсь за ускользающую ткань, но ничего не выходит. Одеяло падает с кровати, и я остаюсь на голом матрасе. Быстро прикрываюсь подушкой, но Роман только насмешливо усмехается, я его явно забавляю.

— Деньги сняла, телефон не брала. А я звонил двадцать три раза за последние пять часов. Волновался.

Черт, черт, черт. Выглядело все действительно плохо, как будто я забрала деньги и действительно сбежала, пока Роман уехал в поездку.

— Клиента ни в чем неповинного послал, неустойка будет бешеная.

— Прости, — я тихо отсела подальше и сосредоточилась на подушке в своих руках.

— И что я вижу? Сидит моя Анечка на крыше и спокойно себе коньяк попивает за сигареткой, пока я как дурной на самолете туда-сюда летал.

— Рома, ну прости, пожалуйста, — поднимаю глаза и сталкиваюсь с его, которые уже совсем рядом с моими.

— Конечно, вот накажу так, чтобы хорошенько запомнила и прощу, — подушка растаяла в руках, и меня придавило к матрасу. — С чего начнем? С сигарет?

Глава 39

— Доброе утро.

Открываю глаза в ответ на приветствие и тут же закрываю. Пытаюсь повторить этот маневр еще раз, но уже осторожнее.

— Доброе, — сама не узнаю свой осипший голос и потихоньку фокусируюсь на Романе. Он уже бодр и свеж, застегивает на себе белую рубашку и смотрит на меня подозрительно довольным взглядом.

Что-то мне это не нравится. Пытаюсь прокрутить в голове события вчерашнего вечера по порядку.

Катя.

Крыша. Коньяк. Сигареты.

Роман.

Я в тебя влюблен, давай встречаться.

Тысяча. Тысяча женщин в его кровати. Ужас.

Дальше какой-то сумбур. Мы в постели, мне явно хорошо, хотя местами не очень. Чертовщина какая-то.

Пытаюсь рывком сесть на кровати, но это зря. Голова отзывается резкой болью и почему-то еще болит задница.

Падаю беспомощно обратно на подушку и жалостливо посматриваю на Романа:

— Пить.

— На тумбочке, — он уже застегнул рубашку и принялся за галстук.

— Спасибо, — тянусь за стаканом и замечаю рядом с ним пару таблеток от похмелья. Да он просто святой у меня. — А что вчера было?

— Совсем не помнишь? — Роман щурится и улыбается одним уголком рта.

— Так, концовка вечера какая-то смазанная. Мы спать пошли? — спрашиваю с надеждой, пытаясь вернуть голосу привычное звучание.

— Неа, — улыбка Романа становится шире.

— А почему у меня голос сел? — голова начинает немного яснеть, и я пытаюсь выведать детали.

— Ты так кричала, не удивительно, что сел, — он прикусывает губу и смотрит с явным любопытством.

Секс значит был. И я не уснула. Кричала.

Ладно, звукоизоляция у Романа отличная и соседей за стенкой нет.

Ерзаю в кровати и опять отваживаюсь тихонько сесть, надо как-то затащить себя в душ и там отмокнуть.

Задница снова начинает предательски ныть, и я ныряю рукой под одеяло. Откидываю его немного и пытаюсь посмотреть, что там такое.

— Что за? — не могу увидеть всего, но кожа на ягодицах красная. Смотрю на Романа ошарашено.

— Это сигареты.

— Ты меня отшлепал? — чувствую, как краска начинает заливать лицо, грудь и вообще по телу расходится шторм.

«— О боже, Роман. Что ты делаешь? Я же больше никогда, ни одной, клянусь тебе!

Я придавлена к кровати мощной рукой, а вторая хорошенько отхаживает меня по ягодицам. Со звоном, не жалея. Пытаюсь высвободиться и выскользнуть, но не получается. Роман накрывает сверху и толкается, шумно дышит на ухо.

— Конечно, не будешь, — он ударяет меня бедрами по саднящей коже на ягодицах, каждый раз вырывая новый крик.

— Ромочка, еще, — я беспомощно сжимаю простынь и только сильнее оттопыриваю попу, подставляя под новые удары и позволяя ему входить так глубоко и жестко, как ему хочется».

— Да, — Роман довольно лыбится и ждет еще чего-то.

— И что было за телефон и твои бессмысленные перелеты на самолете? — чувствую, тут тоже просто так не обошлось. Что-то еще точно было.

— Не знал, что ты так любишь анал, — он прикрыл глаза и с наслаждением втянул воздух. — Надо было раньше сказать.

Анал?!

«— Ань, раздвинь шире ножки, расслабься, — скользкие пальцы настойчиво массируют сфинктер, пока член входит во влагалище, как поршень, вызывая стоны и выбивая все мысли. — Любишь так?

— Да, — возбужденно выдыхаю, когда чувствую, как пальцы аккуратно растягивают меня все больше. Я вообще ничего не соображаю. Член выскальзывает из влагалища, и скользкая головка упирается в задний проход. И я не останавливаю, только нетерпеливо веду задницей. Пьяная нимфоманка. Роман аккуратно входит, одновременно лаская клитор. Движения размеренные, медленные и невыносимо приятные. Неужели такое может быть?»

Катя же обещала, что Роман не извращенец. Все тело покрывают мелкие пупырышки, и я сползаю под одеяло.

Какой стыд.

И даже сказать нечего, я же сама согласилась, еще и подмахивала. Вон как голос сорвала.

— Ань, — слышу, как рядом со мной прогибается матрас и одеяло соскальзывает, — все в порядке?

— Да, — опять сажусь и закладываю волосы за уши, — все нормально, просто голова болит, — опять открываю глаза и встречаюсь с пытливым взглядом. — Я честно больше не