Читать книгу - "Искалеченная судьба - М. Джеймс"

не видели ничего необычного, когда совершали обход...

Я поворачиваюсь к нему и вижу, как он вздрагивает.

— Как ты думаешь, этот курорт привлекал бы столько клиентов, если бы змеи случайно забирались в кровати гостей?

На челюсти охранника дёргается мускул.

— Нет, сэр.

— Тогда что, по-твоему, произошло?

— Я не знаю.

— Конечно, ты не знаешь. Потому что ты не выполнил свою работу. — Я направляю пистолет обратно на разделительную дверь. — Убирайся.

Я никогда не видел, чтобы кто-то покидал комнату так быстро. Засунув пистолет за пояс, я прохожу мимо уничтоженной змеи туда, где София всё ещё стоит, прислонившись к двери. Я замечаю, как бьётся пульс у неё на шее.

Это первый раз, когда я вижу её по-настоящему испуганной.

— Ты в порядке? — Я обхватываю ладонями её лицо, нежно поглаживая большим пальцем скулу. — Боишься змей?

— Немного. — Она с трудом сглатывает. — Это точно не моё любимое животное. И я ничего не могла...

— Я позаботился об этом. — Я снова провожу большим пальцем по её скуле. — Ты в безопасности, София. Со мной ты в безопасности.

Она поднимает взгляд, и выражение её глаз угрожает сломать давнюю защиту, последнюю стену, которую я возвёл вокруг своего сердца. Её взгляд полон удивления, как будто никто и никогда раньше не говорил ей подобных слов. Кажется, она мне не совсем верит.

— Пойдём, — говорю я, наклоняясь и беря её за руку. — Мы должны обсудить это с руководством. А потом снимем новые номера.

Она кивает, закусывая губу. Я наклоняюсь и на этот раз целую её, не горячо, не жёстко и не жадно. Поцелуй получается мягким, почти сладким, когда я касаюсь губами её губ, держа её лицо в своих ладонях.

Я хочу целовать её вечно. И я могу.

София Моретти — МОЯ.

Моя женщина. Моя жена.

16

ВАЛЕНТИНА

Я смотрю в потолок нашего нового роскошного люкса и прислушиваюсь к умиротворяющим звукам саванны за окном. Это единственный шум в эту спокойную ночь, если не считать ровного дыхания Константина, который лежит рядом со мной. Его широкая и тёплая ладонь покоится на моём обнажённом бедре. Обычно от этой тяжести я чувствую себя задыхающейся, как это было с другими мужчинами раньше. Но не в этот раз. Только не с ним.

Что же мне теперь делать?

Я смотрю на свою сумку, которая лежит в другом конце комнаты. В ней я держу пистолет и нож. Мне следовало бы заранее найти удобное место для них, чтобы быстро достать, когда придёт время завершить работу.

Первым я использую нож, а пистолет на крайний случай, если нож не сработает. Если бы я застрелила Константина, мне пришлось бы иметь дело с его охраной в соседней комнате. Но я уверена, что смогу справиться и с этим.

Я уже неоднократно делала подобное, убирала охранников, приставленных к цели. Каждый раз это был побег с напряжёнными нервами, и несколько раз ситуация была гораздо опаснее, чем я ожидала. Однако я всегда находила выход.

Но вместо этого мы с Константином, как только оказались в нашей новой комнате, упали в постель. Его прикосновения были опьяняющими, неистовыми, почти отчаянными, словно он понимал, насколько близка я была к тому, чтобы быть укушенной змеёй. Как будто столкновение с моей смертью и с его собственной заставило его пошатнуться, и он не мог дождаться, чтобы напомнить себе, что я всё ещё жива, и он тоже.

Если честно, меня это тоже потрясло. Я и раньше сталкивалась с покушениями на свою жизнь, но змея, поджидающая в постели, это что-то новенькое. В итоге мы занялись любовью на столе в новой комнате, потому что я не могла лечь в постель, не раздевшись, а Константину не терпелось оказаться внутри меня.

Как только мы оба кончили, и он смог проверить кровать, вскоре мы оказались там.

Я делаю глубокий вдох, и меня охватывает жар. Всё, что я чувствую, это его запах, его пот и аромат секса на простынях. Мы не могли оторваться друг от друга, и я не могла притворяться, что это просто игра, чтобы привлечь его внимание.

Я хочу его так же сильно, как и он меня. И я не хочу, чтобы это заканчивалось.

Никогда прежде я не испытывала ничего подобного. То, как Константин желает меня, завораживает и вызывает зависимость. Это страсть, в которой я могла бы раствориться, и я уже начинаю это делать. Он заставляет меня чувствовать, что я единственная женщина, которую он когда-либо хотел, что он никогда не насытится мной и что у него никогда не будет никого другого. Он заставляет меня задуматься, возможно, для него это так и есть.

В конце концов, он считает этот брак настоящим.

Сегодня вечером мне нужно его убить. Завтра за нами вернётся самолёт, и мы улетаем ближе к вечеру, самое позднее — ночью. Константин, возможно, и согласился бы провести ещё одну ночь перед змеёй, но теперь я знаю, что он захочет уйти сразу после приземления самолёта. И если я не успею его убить до этого момента... Я потерплю неудачу.

Может быть, я уже потерпела неудачу. Я смотрю на его резкие черты в лунном свете, на его красивое, точёное лицо, на широкие мускулы, которые спускаются вниз, к белым простыням, облегающим его бёдра, и всё во мне восстаёт против мысли о том, что я должна убить этого человека. Что я могу быть причиной того, что его больше не существует. Причиной того, что он больше никогда не прикоснётся ко мне.

Я тяжело вздыхаю, вновь поднимая взгляд к потолку. Я не могу продолжать эту игру бесконечно. Как только мы вернёмся в Майами, Кейн потребует объяснений, почему Константин всё ещё жив. И даже если я смогу придумать оправдание, как-нибудь отложить этот разговор... Рано или поздно мне придётся всё рассказать. Если я этого не сделаю, либо Константин раскроет мою личность, либо Кейн пришлёт кого-то другого, чтобы завершить дело вместо него, и вернёт меня домой. А затем...

Ни один из этих вариантов — Константин, узнающий правду, или Кейн, вынужденный выполнить задание иначе — меня не устраивает. Я не думаю, что Кейн будет пытать или убивать меня, но он больше не будет мне доверять. И это почти так же плохо, как ужасная смерть, на которую, я знаю, Константин обрёк бы меня, если бы узнал правду.

Если Кейн мне не доверяет, никто не знает, как долго я буду работать на него, выполняя опасные задания,