Читать книгу - "Попаданка в беременную. Бывшая жена дракона - Анжелика Янчевская"

С колотящимся сердцем я поднялась на второй этаж. Спальни. Много спален. Большинство из них были пустыми и унылыми, с голыми стенами и гуляющим в пустых окнах ветром. Но одна, угловая, с видом на лес и деревню, была почти в порядке. Там даже стояла широкая кровать с остатками матраса, набитого какой-то слежавшейся, но душистой травой. Здесь я и устроюсь.

Я подошла к пустому оконному проему и оперлась на подоконник. Я стояла и смотрела на свои новые земли. Внизу, как на ладони, расстилалась деревня. А за ней, до самого горизонта, — безбрежное море леса. Гиблый лес. Дом драконов-изгоев.

Да, мой дом был запущен. Да, впереди была прорва работы. Но впервые за много-много лет я почувствовала не всепоглощающую усталость, а невероятный прилив сил. Это все было мое. Моя земля. Мой дом. Мои проблемы. И моя будущая, новая жизнь.

«Ну что, домик, — подумала я, проводя рукой по теплому от солнца камню подоконника. — Будем знакомиться. Кажется, мы с тобой подружимся».

5

Конечно, масштаб запустения был колоссальным. Десятилетия пыли, паутины и забвения смотрели на меня из каждого угла. Какая-нибудь нежная барышня, вроде прежней Оливии, наверняка села бы на сундук и зарыдала от отчаяния. Но бывалая женщина внутри меня, закаленная битвами за урожай и войной с тараканами в коммуналке, видела не разруху, а фронт работ. Огромный, сложный, но безумно интересный проект. А любой большой проект начинается с плана.

План был прост: завоевывать дом по частям. Создать себе «базу», цитадель чистоты и порядка, откуда я буду совершать вылазки на остальную территорию. И этой цитаделью станет та самая угловая спальня на втором этаже. Но для войны нужны инструменты.

Я спустилась вниз, оставив сундуки нетронутыми, и отправилась на поиски хозяйственного инвентаря. Логика подсказывала, что он должен быть где-то рядом с кухней. И точно, за кухней обнаружилась небольшая дверь, ведущая в то, что можно было бы назвать бытовкой или чуланом. И — о, чудо! — там, в углу, стоял мой будущий арсенал: пара крепких деревянных ведер, несколько истлевших, но еще живых тряпок и, самое главное, веник. Не метла, а именно веник, связанный из каких-то упругих прутьев. Пыльный, в паутине, но абсолютно боеспособный.

Схватив трофеи, я направилась наверх. По пути мой взгляд зацепился за вид из большого окна на лестнице. Там, во дворе, за домом, среди зарослей бурьяна, виднелся каменный сруб колодца. Колодец! Не речка за три версты, а свой колодец, под боком! Господи, да это же половина успеха! Мое дачное сердце запело. Я уже видела аккуратные грядки, которые разобью прямо под окнами кухни. Помидорчики, огурчики, кабачки, зелень… Вода для полива будет всегда под рукой. А что у меня будут грядки, я не сомневалась ни на секунду. Земля есть, руки на месте, тело молодое — грех таким шансом не воспользоваться.

Воодушевленная этой мыслью, я с новыми силами принялась за работу. Первым делом — уборка. Я обмотала волосы куском какой-то ветоши, найденной в сундуке, и принялась за дело. Веник в руках лежал непривычно — тело Оливии было не знакомо с такой работой, но память моя была сильнее. Я мела так, будто выметала из дома не только пыль и сор, но и всю прошлую тоску и отчаяние. Облака пыли стояли столбом. Из-под кровати я выгребла несколько мышиных гнезд и кучу мусора.

Старый матрас, набитый слежавшейся прелой соломой, я с трудом выволокла из комнаты и безжалостно вышвырнула прямо из оконного проема во двор. Лети, прощай, прошлое! Туда же отправились истлевшие остатки занавесок и прочий хлам.

Следующий этап — вода. С ведрами наперевес я спустилась к колодцу. Цепь заржавела, ворот скрипел так, что, казалось, плакал от натуги, но он работал! И вода в колодце была. Ледяная, чистая, с запахом камня и глубины. Натаскать четыре ведра на второй этаж оказалось той еще задачкой для этого изнеженного аристократического тела. К концу я дышала, как загнанная лошадь, но была страшно довольна собой.

Я отмыла свою комнату. Драила каменный пол, оттирала пыль со стен, отмывала подоконник. Вместе с грязью уходил и запах тлена, комната наполнялась свежестью и запахом мокрого камня. Рядом со спальней оказалась и ванная комната — роскошь по моим меркам. С настоящей ванной на ножках-лапах и даже отдельным «ночным горшком» из фаянса. Насос для воды, конечно, не работал, но сама комната была в приличном состоянии. Ее я тоже отмыла.

Теперь постель. Спать на голых досках не хотелось. Я устроила рейд по другим спальням. В одной нашла вполне приличную подушку в наволочке из тонкого полотна, в другой — теплое шерстяное одеяло, поеденное молью лишь по самому краешку. А в самой дальней комнате, в огромном шкафу, лежал почти новый матрас, набитый, судя по запаху, сухой лавандой и вереском. Видимо, гостевой, которым почти не пользовались. Бинго!

Все это добро я вытащила на улицу. Нашла во дворе перекладину, где когда-то сушили белье, и принялась выбивать из матраса и одеяла вековую пыль. Я колотила по ним палкой с таким остервенением, что с соседнего дерева испуганно взлетела стая ворон. Пыль стояла столбом, но я чувствовала невероятное удовлетворение. Потом я оставила все это богатство проветриваться на свежем, прохладном ветерке и греться на нежарком северном солнышке.

И тут мне в голову пришла гениальная, как мне показалось, мысль. Окна! Пустые глазницы окон впускали в комнату не только свет, но и пронизывающий ветер. Я спустилась в парадный зал. Там, на огромных окнах, висели тяжелые портьеры из темно-синего бархата. Пыльные, выцветшие, но целые. Снять их в одиночку было непросто, но я справилась. Вытащила их во двор, вытрясла так, что чуть не задохнулась, а потом… постирала. Прямо в ведре, колодезной водой, с крохотным обмылком душистого мыла, который я нашла на кухне. Вода после них была черной. Выжать эти тяжеленные махины было почти невозможно, но я старалась.

А потом, не высушивая, я потащила их, мокрые и тяжелые, наверх и повесила в пустые оконные проемы своей спальни. Мокрая тяжелая ткань натянулась под собственным весом, разглаживаясь лучше любого утюга. Она намертво перекрыла доступ ветру, и в комнате сразу стало тише и уютнее. Да, темно, но зато тепло! А сдвинуть такие шторы с места сможет разве что ураган.

К вечеру, когда солнце начало клониться к лесу, я занесла свою благоухающую свежестью постель. Распаковала сундуки. Чего там только не было! Стопки тонкого белья, несколько платьев — от простых до вычурных,