Читать книгу - "Ты мне не братишка - Евгения Сергеевна Паризьена"

посмотрит на меня с другой стороны. Распускаю свои длинные волосы и подвожу ресницы, в зеркале отражаются довольные карие глаза, сегодня будет мой вечер. Тот, о котором можно только мечтать. На ногах красуются утончённые шпильки. Как только я появляюсь на лестнице, то Марк открывает рот, мой наряд его действительно поразил.

— Ты с ума сошла? А ну, сними его немедленно! — подходит ко мне и хватает за запястье!

— Марк мне больно! — хочу вырвать свою руку, как он пристально смотрит на мои губы. В это время дядя Костя был в кабинете, ему нужно было сделать один срочный звонок.

— Что в нём не так? — сама нарываюсь на его дальнейшие действия. Потому что он хватает меня за шею и подводит к центральному зеркалу, где пристально всматривается в моё отражение в зеркале.

— И ты ещё спрашиваешь? Вырядилась как шлюха! Полинка, я думал ты скромная девушка! — меня обидели его слова. Он что по-прежнему считает меня маленькой девочкой? Как он вообще смеет себя так вести.

— Я старалась для тебя! — вот-вот расплачусь, как он прижимает меня к зеркалу лицом, так что я слышу его дыхание, задирает моё платье сзади и шепчет свои адские слова:

— Представь, что я наглый парень, который увидел тебя в этом наряде! Как ты думаешь, что я хочу с тобой сделать? Я не слышу Полина? — он не останавливается, почти достигает моих трусиков. Он же не сделает этого?

— Я не знаю...- мне страшно, могу вот-вот провалиться сквозь землю.

— Мне проникнуть в твои трусики, чтобы до тебя дошло? Немедленно переодевайся! — отталкивает от себя, и я чувствую, как в горле образовывается комок.

— А другим девушкам, значит можно наряжаться в такие платья? Чем я хуже их! Скажи мне Марк! — тушь размазалась от нахлынувших слёз, он тут же наклоняется ко мне ближе, в надежде успокоить:

— Они никогда не сравнятся с моей сестрёнкой! Ты идеал! Девушка, которая достойна настоящей любви!

— Проваливай! Я не хочу с тобой разговаривать! Как показывает практика именно таких шлюх, ты предпочитаешь трахать в своём бассейне! — вытираю слёзы и бегу в сторону лестницы, он сделал мне больно.

Глава 3.2

От лица Марка

Как только я увидел её в этом платье, едва устоял на ногах. Создалось такое впечатление, что передо мной стояла совершенно незнакомая девушка. Боже, мой, как она выросла. Грудь, стала похожа на два сочных персика, тонкая талия, округлые бёдра. Не понимаю, она же моя сестра, и я должен её оберегать. Но в тот момент, когда она показалась в своём платье, я еле сдержался, чтобы не наброситься на неё и совершить грех. Всю ночь в клубе я думал о нашей ссоре. Не хочу причинять боль моей малышке, она слишком мне дорога. Сижу около барной стойки, и выпиваю очередной бокал виски, чувствую, что это пойло превращает меня в самого настоящего идиота.

— Марк, ты не хочешь поиграть? Я тут позвала с собой подружку, всё, как ты любишь! — шепчет на ухо очередная шлюха, как я хватаю её за волосы, и отталкиваю от себя, как ненужный элемент:

— Держись подальше от моего члена! Он может тебя прямиком отправить в ад! Покидаю клуб и возвращаюсь домой. Половина третьего утра, не включаю свет, сажусь на холодный пол и смотрю на наше семейное фото, тут Полинка целует меня в щёку, а я не перестаю ей восхищаться. Глаза слипаются, чувствую слабость, засыпаю прямо в гостиной. Представляю, какую сцену мне устроит отец с утра пораньше.

— Марк! Ты совсем от рук отбился? Живо в ванную! — кричит мне отец, а я чувствую, что голова вот-вот расколется пополам.

— Отец, прошу, только не надо так кричать! И тут как раз на лестнице показались Тётя Тамара и грустная сестричка. Представляете, она даже не соизволила на меня посмотреть. Что это было? Я думал, что она меня благополучно простила, а эта мерзавка, даже не подняла своих глаз. Вот тебе сюрприз.

— Доброе утро! Надеюсь, мы не помешали вашей утренней беседе? — принимается за завтрак Тётя Тамара, а Полинка начинает меня подкалывать:

— Что Марк, до сих пор не можешь отойти от своих шлюх? — наливает себе стакан воды, и специально меня провоцирует.

— Полина, как тебе не стыдно? Между прочим, это не твоё дело, ты ещё маленькая, а Марк, вправе сам распоряжаться своей жизнью! — сделала мама мне замечание. Просто великолепно в очередной раз она пытается меня унизить. Я будто для неё козёл отпущения.

— Не угадала сестричка, я ублажал одну девушку, и она так стонала, ну тебе не понять! — специально доводит меня до кипения, читаю в его глазах страшный гнев. Подхожу к нему ближе, и говорю так тихо, чтобы он подавился от злости:

— Надеюсь, ты её не слишком затрахал в постели!

— Полина! Где ты набралась таких слов? — бросает мама ложку на пол, как к ней приходит дядя Костя

— Хватит ссориться! — его голос привёл нас немного в чувство.

— Я не хочу есть! Всем приятного аппетита! — хочу уже идти, как Марк не оставляет без внимания мою персону:

— Решила наконец-то сесть на диету! А то глядишь, скоро не влезешь в свои любимые джинсы! — это был удар ниже пояса, хочет мести он её получит.

— Ценю твою заботу братишка, но моему парню нравится моя попка! Он тут же смеётся и специально садится напротив меня, чтобы в лишний раз показать, кто здесь главный. Обычно, мы с ним редко ругаемся, но с учётом вчерашней ссоры, со стороны выглядим как злейшие враги.

— А я думал, что ты ещё сказки читаешь, — смеётся в лицо, как я тут же даю отпор:

— Да, нет! Мы с ним предпочитаем позу шестьдесят девять. Знаешь, когда парень делает девушке куннилингус, а она ему в ответ сногсшибательный минет!

Понимаю, что мне потом достанется от его слов. Он тут же хватает меня за запястье, и буквально убивает своим взглядом:

— Что ты сказала? Я не расслышал, повтори погромче! Надеваю свою злорадную улыбку на лице, всё равно, он никогда меня не полюбит, проще с ним поругаться, но не страдать от неразделённой любви.

— Он ласкает меня, а я кончаю от сладкого секса. А что тебе можно, а мне нельзя?

— У тебя парня нет! Спорим? — его пальцы касаются моей правой щеки, чувствую, что растворяюсь в его ласке. Он стал для меня всем. Только пусть не смотрит своими голубыми глазами, без которых я просто не могу дышать. Они стали моим кислородом, смыслом дальнейшей жизни.

— Мне что, тебя с