Читать книгу - "Моя прелестная роза - Мэри Джо Патни"

Розалинда всегда хорошо владела собой, но на этот раз ей не удалось сдержать гнев.

— Да как ты смеешь? — взорвалась она. — Неужели ты и впрямь думаешь, будто я вышла за тебя замуж из-за твоих проклятых денег? Если ты еще раз осмелишься заявить такое, то встретишься с Творцом куда раньше, чем думаешь. — По ее щекам заструились слезы. Она яростно принялась их вытирать. — Чтоб тебя черт побрал, Стивен. За что ты решил отослать меня обратно?

Несколько мгновений он остолбенело молчал, затем шагнул вперед и с такой силой стиснул ее, что у нее затрещали ребра.

— Вот дьявольщина. Прости меня, Розалинда, — сказал он с болью в голосе. — Тут нет никакой твоей вины. Просто… Просто мне ненавистна мысль, что ты увидишь мою постепенную деградацию. Я полагал, что смогу это вынести, но когда соприкасаюсь с реальностью, все во мне восстает против этого.

Она уткнулась лицом ему в плечо. Он такая надежная опора. Еще шесть недель назад они даже не знали друг друга, но сейчас она слита с ним в одно неразрывное целое.

Только уверившись, что ее голос не будет дрожать, она продолжала:

— Ты, видимо, невнимательно слушал слова брачного обета? «В радости и горе, в здоровье и в недуге, пока смерть нас не разлучит…» Я знала, что делаю, когда согласилась выйти за тебя замуж, и ты тоже знал, что делаешь, когда попросил моей руки. Даже во время приступа боли ты не должен этого забывать. — Запрокинув голову, она сверкнула на него глазами. — К тому же наверняка есть светское правило, запрещающее приказывать герцогине, что ей делать.

— Ты очень неплохо справляешься с ролью знатной дамы. — В его глазах вспыхнуло желание, которое тут же уступило место благоразумию. — Я хочу, чтобы ты была со мной. Но не уверен, что моя гордость и чувство справедливости потерпят это.

— А как насчет моей гордости? — язвительно спросила она. — Я просто не переживу, если мой второй муж откажется от меня после первой же ночи. Первому своему мужу я надоела через шесть месяцев. — Она осеклась, и глаза ее наполнились слезами. Она вновь спрятала лицо, надеясь, что Стивен не заметил их, но он был очень наблюдателен.

— Измены Чарлза глубоко ранили тебя, хотя ты и старалась этого не показать? — участливо спросил он. Она кивнула.

— Если бы родители поняли, как сильно я была расстроена, они спустили бы на Чарлза всех собак. Отец вполне мог его убить. Во всяком случае, вышвырнул бы из труппы, и я была бы поставлена перед выбором: уехать, как подобает верной жене, вместе с Чарлзом или остаться со своей семьей. Поэтому я всячески прикрывала амурные похождения мужа и прикидывалась, будто его поведение ни капли меня не беспокоит. Я надеялась, что со временем смогу примириться с этим, однако мне становилось все тяжелее и тяжелее. Я почувствовала облегчение, когда он уехал в Ирландию. Но когда его убили, это был большой удар для меня. Я почему-то почувствовала себя очень виноватой.

Стивен ласково погладил ее спину.

— Похоже, тебе не очень везет в браке. Один твой муж изменял тебе, другой умирает. Ты заслуживаешь лучшей участи.

Она не могла допустить, чтобы он огорчался из-за нее. Слава Богу, у него хватает своих проблем, и эти проблемы куда более тяжелые. Она постаралась вернуть себе спокойствие, и это ей удалось.

— Мой брак с Чарлзом — дело прошлое. Если я о ком-то и беспокоюсь, то только о тебе. Мы заключили с тобой полюбовную сделку, я вышла за тебя замуж и ничуть не раскаиваюсь. — Она подняла на него взгляд, с умением опытной актрисы стараясь придать ему как можно большую искренность. — В нашем распоряжении не так уж много времени. Это, конечно, печально, зато у нас есть полная уверенность, что мы не наскучим друг другу. Если кто-то из нас и раскается, что заключил этот брак, ему не придется долго терпеть его последствия. У нас не будет никаких жизненных неприятностей, которые иногда подтачивают лучшие, казалось бы, браки. У нас будет только то, что истинно прекрасно — радость узнавания другого человека.

Морщины на его лице разгладились, глаза вновь приобрели обычный зеленый оттенок. Теперь он выглядел сильным и оживленным. Чувствовалось, что он одержал полную победу над приступом боли.

— Интересная мысль, — сказал он. — Хотя ты забываешь, что это прекрасное все же будет отравлено; но ты совершенно права, утверждая, что мы, конечно же, не успеем наскучить друг другу.

— Тогда не говори, чтобы я уехала, — отступив на шаг, она натянула капюшон. — Ты так и знай, я все равно не уеду. Должна же я беречь свою репутацию.

В его смехе зазвучало искреннее веселье.

— Я вижу, что ты полезнее для моего здоровья, чем целый флакон с пилюлями. Хорошо, я обещаю больше не ссориться с тобой по крайней мере две недели. А пока мы можем наслаждаться, узнавая друг друга. — Он предложил ей руку. — Как нам лучше всего использовать имеющееся у нас время? Я бы хотел провести здесь несколько дней, а затем не спеша отправиться в Лондон, осмотреть достопримечательности, которые я раньше не видел.

Она приняла его руку.

— Я всегда хотела поехать в Йорк. Это возможно?

— Конечно. — Он открыл дверь, и они покинули часовню. — Я хочу побывать в Озерном крае, хотя бы немного.

Сквозь тучи стало пробиваться солнце. Розалинда восприняла это как добрый знак. Стивен выглядел почти так же хорошо, как накануне, но их еще разделяла легкая отчужденность. Он был уже не так угрюм, как в часовне, когда она нашла его, но той близости, что накануне, между ними не было.

Подумав, она пришла к мысли, что некоторая отчужденность поможет ему преодолеть конфликт между желанием быть в ее обществе и презрением к своей слабости. Возможно, и ей она позволит легче перенести предстоящие трудные недели.

И однако все ее существо восставало против этой отчужденности.