Читать книгу - "Заморская невеста - Мэри Джо Патни"

Кайл прилагал все мыслимые усилия, чтобы пропускать слова отца мимо ушей, но когда граф зашел слишком далеко, равнодушие Кайла сменилось холодной яростью. Он стиснул кулаки, борясь с желанием ответить ударом на оскорбления.

– Добродетель и честь Трот безупречны, и я не позволю оскорблять ее ни вам, ни кому-нибудь другому. Надеюсь, я выразился ясно?

Рексхэм был шокирован.

– Как вы смеете так разговаривать с отцом?

– Долг мужчины защищать жену превыше его сыновнего долга, – отрезал Кайл. – Вы считаете, что Трот недостойна меня. Но на самом деле я недостоин ее.

Граф раздраженно махнул рукой.

– Если вы настаиваете, я готов поверить, что она чиста, как первый снег, и делает честь себе подобным. Но все-таки вам она не жена.

– Вы решительно отказываетесь признать ее моей женой? В таком случае я вам не сын. Можете без колебаний лишить меня наследства.

Лицо Рексхэма приобрело багровый оттенок.

– Вы прекрасно знаете, что так поступить я не могу! Титул и почти все состояние достанутся вам. Они перейдут по наследству к старшему сыну от старшего сына, как и должно быть.

Кайл вспыхнул.

– И это значит, что я не могу жить так, как пожелаю, и у вас нет выхода?

– Да. Неужели я не вправе надеяться на вашу рассудительность и чувство долга?

Кайл поднялся и начал раздраженно вышагивать по комнате, стук сердца отдавался у него в висках. С самого приезда домой он избегал оставаться с отцом наедине, зная, что спор неизбежен, а он пока не мог разрешить противоречие между долгом перед Трот и обязанностями наследника Рексхэма. Но дольше откладывать неприятный разговор было невозможно. Как положить ему конец, не доводя дело до смертельных обид и разрыва?

Отношения Кайла с графом с давних лет представляли собой сложное сочетание привязанности, долга и напряжения. Старик унаследовал поместье уже после того, как оно пришло в упадок, и упорным трудом привел в его в порядок. Он стал справедливым и изобретательным землевладельцем и добросовестным членом палаты лордов. Но когда речь заходила о семье, граф всеми силами оберегал близких и требовал от них беспрекословного подчинения.

Напомнив себе о достойных восхищения качествах отца, Кайл произнес почти спокойно:

– В путешествии я скучал по вас, отец, Я вернулся не для того, чтобы вновь ссориться с вами.

Рексхэм переменился в лице.

– Вы никогда не называли меня отцом.

– Значит, самое время начать. Я ценю ваше мнение, но не позволю вам распоряжаться моей жизнью, как в детстве.

– Я вовсе не собирался распоряжаться вашей жизнью! Я просто… просто пытался уберечь вас от ужасной ошибки…

Кайл грустно улыбнулся. Его отец деспот, но руководствующийся благими намерениями.

– Трезвость суждений – это прекрасно, но на ошибках мы учимся.

Губы отца нехотя растянулись в улыбке.

– Вы правы, но нелегко сидеть сложа руки, видя, как твой сын губит себя.

– А когда вы были ребенком, вам тоже было невыносимо сидеть сложа руки и видеть, как ваш отец губит все семейство Ренбурн?

– Пожалуй, да. – Рексхэм озадаченно потер подбородок. – Об этом я никогда не думал…

За долгие месяцы, проведенные в тюрьме By Чжо-на, Кайл успел подумать о многом, искал взаимосвязь тех событий, о которых редко вспоминал. Страдания подобно безрассудству помогают приобретать опыт. Пришло время поделиться своими прозрениями, упрочить отношения с отцом.

– Вряд ли наш брак с Трот окажется прочным, но быть ему или нет – решать ей. Если она придет к выводу, что сможет быть счастлива без меня, я попрощаюсь с ней и пожелаю всех благ. – Произнеся эти слова, Кайл вдруг поразился боли, вызванной мимолетной мыслью о расставании с Трот. – Если же она предпочтет остаться леди Максвелл, а это вряд ли, я снова сочетаюсь с ней браком в церкви, чтобы никто не смел сомневаться в законности нашего союза. Но решение должна принять она.

– Не позволяйте чувству долга ввести вас в заблуждение, Максвелл, – печально отозвался отец. – Если вы расстанетесь, вам обоим будет легче. Если она и вправду сокровище, она без труда найдет заботливого мужа, а вы выберете себе достойную жену. Такую, которая понимает, что значит быть графиней.

– Но почему вы так невзлюбили Трот? Только потому, что она наполовину китаянка? Мир уже не такой, как прежде, отец. Лорд Ливерпуль на четверть индус, а он целых пятнадцать лет занимал пост премьер-министра. В жилах членов английской королевской семьи есть примесь африканской крови, как у их родственников, королей Португалии. Империя разрастается, брачными узами все чаще сочетаются дети разных рас. Почему бы и Ренбурнам не присоединиться к их числу?

– Дело не в ней, а в том, что я не желаю, чтобы в жилах моих внуков текла китайская кровь. – Рексхэм нахмурился. – Более того, эта девчонка действует мне на нервы. Она… слишком уж покладиста. Чересчур подобострастна, хитра и скрытна. Я никак не могу догадаться, что у нее на уме, и это меня тревожит.

– Трот подобострастна? – Кайл ошеломленно перебрал в памяти события последних недель. Да, Трот старалась быть почти незаметной, вела себя тихо, как и он сам.

– По-моему, все дело в том, что она просто застенчива и к тому же не уверена в своем положении. Но уверяю вас, она не льстива и не скрытна. Она удивительна, и этим она обязана в первую очередь своему происхождению.

После долгого молчания Рексхэм заметил: